Сворачивая палатку

Андрей Козенко о прощании с ларьками

Из городов скоро начнут исчезать продуктовые ларьки. С 1 июля 2012-го в них запрещено продавать пиво крепче пяти градусов, с 1 января 2013-го заработает запрет на ночную торговлю пивом. Также обсуждается запрет на продажу в ларьках сигарет. Так что этот мелкий бизнес становится нерентабельным. Потенциально - это минус 500 тысяч рабочих мест и парадоксальный результат на выходе. С одной стороны, ларьки давно изжили себя. А с другой - их будет не хватать, потому что мелкие лавочки - всегда интереснее, чем унылые гипермаркеты.

Первые продуктовые ларьки (интеллигенция в центре города предпочитала слово "киоск" или "палатка", на рабочих окраинах прижилось и распространилось слово "комок") в последнюю очередь имели отношение к малому бизнесу. В начале девяностых и словосочетания-то такого не было. Это было социальное явление. Жизненно необходимое в стране, где отпустили цены и все подорожало во много раз. Аспиранты осознали, что их стипендии хватает на несколько гамбургеров с сосисками, похищенными из партии гуманитарной помощи. А рабочие продолжали приходить на производство скорее по привычке, потому что производство как таковое встало. Это был способ остаться на плаву. Это был способ выжить для всех по обе стороны прилавка.

Ларьки были устроены так, что лиц продавцов мы не видели - лица были скрыты пачками сигарет, шоколадками и прочим ассортиментом. Мы видели только руки, и ужасно печально от этого теперь. Потому что по ту сторону прилавка стоял весь спектр невостребованных новой Россией профессий и специальностей во главе с бросившим литературный институт Вавиленом Татарским. Рабочие оборонных заводов осваивали калькуляторы вместо высокоточного оборудования. Производить перископы в стране, где больше не строят подводные лодки, глупо, а жить дальше как-то надо.

Назвать эти ларьки "продуктовым" трудно, потому что продуктов как таковых в них было мало. Зато ассортимент среднего комка наполовину состоял из брендов, которые простые люди раньше только по телевизору видели. Сигареты Marlboro, пиво Heineken, водка Absolut. Вкладыши из жвачки Love is или Donald Duck благодаря киоскам перестали быть уделом избранных, чьим родителям повезло ездить в загранкомандировки. И тут же - самопальный алкоголь, сигареты без фильтра и растворимый концентрат Yupi. Смесь блеска и нищеты по относительно доступным ценам. Не спрашивая ни у кого - ну, кроме "крыши" - разрешения, ларьки были и ломбардами, и скупщиками краденого, и последней надеждой постоянного покупателя, которому в очередной раз задержали зарплату.

Не говоря уж о том, что ларьки стали социальным лифтом для многих провинциальных гопников. Если ты грамотно справлялся с крышеванием киосков, то тебя ждал карьерный рост и малиновый пиджак. А потом - если не убили - трансформация в уважаемого предпринимателя на рубеже веков.

Ларьки были начальной школой потребления. Потом, в "нулевые", граждане России стали отличниками в этой школе, но в самом начале приходилось действовать методом проб и ошибок. Мы, тогда еще студенты, довольно быстро выучили, что импортные сосиски в пластиковой упаковке - резиновое дерьмо, однако есть их все равно придется, потому что на другие и денег нет. Выпитая на троих бутылка водки под названием "Что делать?" гарантированно не даст доиграть партию в преферанс, потому что один из играющих непременно закажет мизер, не имея на руках карт младше "девятки". Лимонный ликер Baren сделает твоих однокурсниц в разы сговорчивее, а от хваленого Amaretto их, извините, тошнит. Шоколадка Dove вкупе с пятью тюльпанами и безо всякого ликера обеспечит тебе такой вечер, что ты будешь возвращаться домой пешком (на автобус после шоколадки уже не хватало), смотреть на звезды и не верить, что это с тобой происходит.

Сейчас кажется, что к концу девяностых ларьки умерли бы сами, но кризис 1998 года продлил им жизнь на несколько лет. А позже они перестали соответствовать повестке дня. Стране, попробовавшей суши и совместившей покупку продуктов на первом этаже мегамолла с просмотром кино на четвертом, они оказались не очень-то и нужны. Сейчас киоски - это место, куда наскоро можно зайти купить сигарет или пива. При этом с содроганием посмотрев на салат оливье и вежливо отказав случайному посетителю в десяти рублях на опохмел.

Отчасти в этом виноваты хозяева ларьков, отчасти власть, отчасти сама жизнь. То есть никто. Традиций малого предпринимательства в России нет и последний век не было, зато административных барьеров - сколько угодно. В одной только Москве тысячи многоэтажных домов. И лишь единицы маленьких магазинов при них - где ты здороваешься с давно знакомыми продавцами и обсуждаешь с ними погоду, получая взамен рекомендации относительно свежих продуктов. В основном же ассортимент, манеры продавцов - все это говорило о том, что владельцы бизнеса сделали ставку на социальные низы. Ну, и проиграли в итоге.

Останутся безликие и унылые супермаркеты, останутся мегамоллы, по дороге в которые ты даже в выходные осатанеешь стоять в пробках. Возможно, рынки, но на них тоже давят в пользу крупных торговых сетей. Несколько сотен тысяч безработных, судя по спокойной реакции Минэкономразвития и региональных властей, проблемой не являются. И точно так же, как крепла культура потребления, еще за несколько лет окрепнет и культура проведения субботнего дня. Половину которого ты проводишь в закупках продуктов на неделю, а вторую половину - там же, в ресторанах или кино. И это не хорошо или плохо, это просто неимоверно скучно.

Другие материалы рубрики
Россия16:2618 октября

«Они сдохнут, даже не успев раскаяться»

Путин назвал врагов, рассказал о смерти за Отечество и отсутствии страха