Это не любовь

О запрете на любовь и разрешении на глупость

Владимир Путин подписал закон о запрете «гей-пропаганды». Закон дурацкий, популистский, неграмотный, кругом неправильный — и потому такой привлекательный для согласного большинства.

Отношение российского общества к гомосексуалам строго негативное. Оно складывается из нескольких примитивных установок, которые неплохо бы понять.

Главная причина нелюбви — в словарно, филологически неверном понимании гомосексуалов как любителей определенных — «нетрадиционных» — сексуальных отношений.

Нет, серьезно. Неандертальское прочтение корня «секс» (означающего «пол», а не «половые отношения») в слове «гомосексуализм» наблюдается и в злополучном законе. Там запрещается пропагандировать «нетрадиционные сексуальные отношения». Объяснить, что означает эта формула, авторы закона не могут. Правоохранители успели приравнять к ним поцелуи и чуть ли не прогулки под ручку.

Законы, подобные российскому, хорошо известны, хотя обычно более конкретны. В Алабаме за оральный и анальный секс вне брака могут посадить на год, а в Миннесоте еще и оштрафовать на три тысячи долларов. Эти юридические произведения стабильно занимают первые места в рейтингах самых тупых законов США.

Но российский документ стоит особняком, потому что его писали моральные уроды, люди, которые никогда не любили. Они не могут себе представить, что один человек может любить другого, хотеть быть с ним, оберегать его и прожить вместе с ним жизнь.

Скажем, чувства мальчика, влюбленного в девочку, хорошо известны и многократно описаны в мировой литературе. Замените в этой паре один пол на другой — чувства не изменятся, на то она и любовь.

Само слово «пропаганда» здесь неприменимо. Ведь нельзя, скажем, пропагандировать смех, или боль, или удивление.

Законодатели попросту не понимают, какой смысл в русском языке вкладывается в слово «отношения». Тех, кто придумал закон, тех, кто его одобрял и подписывал, когда-то обманули. Родители, друзья, учителя — неважно. Им сказали, что родство душ — это чтобы денег не платить, а любить — значит трахнуть.

Им в глаз занесли осколок кривого зеркала. Они видят вокруг извращенцев, медленно берущих их в кольцо — и посягающих... на что? Внятного ответа на этот простой вопрос вы не услышите. Не на образ же жизни россиян посягают гомосексуалы. Они уже являются частью этого образа.

Еще одна причина неприятия гомосексуальных отношений заключается в том, что сейчас в нашей стране уголовное наказание отбывает примерно каждый сотый гражданин. Всего же в тюрьмах побывали не один и не два процента россиян. Выйдя за порог тюрьмы, бывшие заключенные попадают в другую — тюрьму большего размера, в которой работают те же, наработанные десятилетиями, понятия.

Тюремные правила поведения достаточно распространены, чтобы даже никогда не сидевшие люди начали напрямую ассоциировать гомосексуальность с самым низким общественным положением.

Несвободная свобода — повод стыдиться, а не подражать преступникам, которые как раз всегда и были отбросами общества. Впрочем, это отдельная и очень большая тема. Вернемся к «гей-пропаганде».

Любой закон можно попытаться оправдать. Справедливо сказать, что в обществе работают правила, которые в полной мере отражают его традиции, дух, культуру. Нет ничего неожиданного, скажем, в огромном числе запретов в мусульманских странах или в таком же числе свобод в европейских. Это культура.

По уму, новые законы должны снимать напряженность, избавлять страну от конфликтов, вести общество по некоему единому (пусть не всегда приятному) пути. Решили, например, что нельзя танцевать в церкви — и лицемерное псевдоправославие позволяет наплевать на Конституцию. Решили, что надо угробить программу иностранного усыновления — нашли повод, приняли соответствующий закон. Подумали, что внешний враг использует для проникновения в духовные скрепы финансирование НКО — и прикрыли эту лазейку.

Эти решения могут вызывать шквал критики, быть драконовскими и людоедскими — но сам механизм решения, желаемый результат понятен. Заручиться поддержкой верующих, пустить пару отравленных стрел за рубеж — это курс, избранный властями.

Закон о запрете «гей-пропаганды» и здесь стоит наособицу. Нелюбовь к гомосексуалам не была острой общественной проблемой. В обществе ничего от принятия закона не изменится. Гомосексуалов меньше не станет. Демографическая ситуация, не будем обманывать себя, не улучшится. Собираемость налогов это тоже не увеличит.

Никакой пользы этот документ не принесет обществу. Это памятник юридической бессмысленности, социальной бесцельности, правоприменительной безрезультатности. Поиски внутреннего врага, раз уж недостаточно внешнего.

Предварительные ласки, которые дарит власть гомофобам — это обращение к самому низменному вместо самого высокого. И, вне зависимости от того, с какой вы стороны баррикад, помните одно. Власть не хочет любить народ. Она лишь хочет его трахнуть.