Понижение Европы

Кто заработает на Brexit

Сорокалетняя история членства Великобритании в Европейском союзе подходит к концу. Сторонники интеграции сохранили свои позиции в Шотландии и Северной Ирландии, что потенциально угрожает существованию Великобритании как единого государства. Итоги вчерашнего референдума также серьезно изменят ландшафт финансового рынка, негативно повлияют на глобальный экономический рост, но одновременно открывают перед Россией, Китаем и странами Персидского залива новые перспективы в борьбе за влияние в Старом Свете.

Великобритания в ЕС всегда играла роль инвестора-активиста, постоянно добиваясь различных исключений из общих европейских правил. Уже в ноябре 1979 года Маргарет Тэтчер, агитировавшая голосовать за интеграцию на июньском референдуме 1975 года, заявила брюссельским бюрократам: «Верните мои деньги». И затем пять лет боролась за пересмотр правил расчета взносов в бюджет единой Европы. К 1988 году «железная леди» окончательно стала евроскептиком, сетуя, что, пока она последовательно сокращала вмешательство государства в экономику, европейские чиновники двигались в диаметрально противоположном направлении.

В 1990-х парламент Великобритании со скрипом ратифицировал Маастрихтские соглашения, установившие цели по инфляции, ограничения на бюджетный дефицит и правила согласования валютных курсов. К этому моменту правительство страны успело отказаться от соблюдения последнего требования, позволив прилично заработать Джорджу Соросу, сделавшему ставку на обвал фунта. Наконец, в 2001 году Тони Блэр «приветствовал» введение наличного евро заявлением, что и лейбористы, и тори в течение полувека не отстаивали надлежащим образом интересы Великобритании в отношениях с ЕС.

Неудивительно, что если в 1975 году за интеграцию проголосовали 67,2 процента британцев, то вчера — лишь 48,1 процента. Пожалуй, единственным очевидным плюсом для простых граждан стал расцвет бюджетных авиакомпаний: и для ирландской Ryanair, и для английской EasyJet основные аэропорты — лондонские. И это вряд ли изменится после Brexit. Гораздо сложнее придется банкирам из Сити, использовавшим гибкость британского законодательства для того, чтобы зарабатывать на рынке единой Европы. Теперь минимизация их потерь станет большой головной болью для Банка Англии и ЕЦБ.

Сдержанная реакция рынков (фунт потерял всего 5, а не 20 процентов, как предрекал Сорос) не должна вводить в заблуждение. С одной стороны, сказались технические факторы (ряд банков ограничил закрытие спекулятивных позиций), с другой — все ждут дорожной карты процесса, который растянется не менее чем на два года. По своей сложности прекращение членства Великобритании в ЕС сопоставимо разве что с разрешением долгового кризиса в Греции в 2012-2015 годах, и на этом пути у инвесторов будет еще немало поводов понервничать. В базовом сценарии Великобритания, вероятно, в итоге займет позицию Швейцарии, которая, будучи крупным мировым финансовым центром, подписала европейское соглашение о свободной торговле, но не вошла в единый европейский рынок.

Потери одних всегда дают шанс другим. В частности, Brexit дает хорошие шансы Китаю и странам Персидского залива закрепиться в лондонском Сити. Китай уже заявил о своих амбициях ресурсного маркет-мейкера и активно инвестирует в британский финансовый сектор. В частности, Торгово-промышленный банк Китая стал владельцем пошатнувшегося Standard Bank и приобрел у Barclays крупное хранилище золота. Катар и ОАЭ могут взять на себя роль кредиторов последней надежды для других британских финансовых институтов, подобно тому, как Саудовская Аравия спасла американскую Citigroup в 2008 году. Со всеми вытекающими геополитическими последствиями.

После выхода Великобритании может измениться и позиция ЕС в отношениях с Россией. Уход «ястребов» повысит шансы периферийных стран союза добиться смягчения секторальных санкций или, по крайней мере, исключений в отношении отдельных крупных сделок. Болезненное поражение наверняка заставит чиновников в Брюсселе модифицировать процесс принятия решений и «ослабить вожжи». Дополнительный бонус для России — автоматический рост доли во внешнеторговом обороте союза примерно на 1 процентный пункт, что поддержит статус нашей страны как ключевого торгового партнера ЕС и сохранит базу для широкого диалога.

В долгосрочном плане дезинтеграция и следование принципу «каждый за себя» в решении экономических проблем, безусловно, несет серьезные риски. Поэтому, так же как для Запада важна сильная Россия, для России важна сильная Европа, и попытки «играть на понижение» принесут лишь временное удовлетворение ценой значительных будущих потерь.

Экономика00:0022 апреля
Джефф Безос

Все продам

Самого богатого человека мира давят Трамп и Роскомнадзор. Миллиарды не помогут