Не хватает металла в голосе

Рынок продолжает верить, что металлурги зарабатывают монопольно

Точку в запутанном межотраслевом конфликте между металлургами и российскими потребителями их продукции не может поставить даже премьер Михаил Фрадков. Потребители сетуют на то, что металлурги заключили картельное соглашение и, используя фактически монопольное положение на рынке, взвинчивают цены на черный металл.

Металлурги признавать своей вины не хотят и уверены, что их отпускные цены стремятся к мировым не по злому умыслу, а по сугубо рыночным законам. В 2004 году, когда за первый квартал цены на черные металлы выросли на 30-40%, а с 1 апреля скакнули вверх еще на 25%, холодная стальная война вошла в горячую фазу и стала окончательно понятна расстановка сил.

Против металлургов выступила сплоченная коалиция. О своем недовольстве ежеквартальным ростом цен на черные металлы публично заявили нефтяники и автопроизводители, железнодорожники и строители, работники ВПК и трубники.

Примечательно, что все промышленники указали именно на сталелитейные комбинаты как на главных инициаторов нового разгона инфляции. А ведь нефтяник мог пойти войной на трубника - и сказать своему ближайшему смежнику, что это именно он вынуждает его поднимать цены на бензин. При желании нефтяник мог пойти по технологической цепочке даже дальше металлургов, и возложить ответственность за рост цен на добытчиков угля и железной руды.

Меткомбинаты всегда этого и добивались - не быть крайними. У металлургов до сих пор главный оборонительный тезис сводится к тому, что благоприятной мировой конъюнктурой сырьевики пользуются еще активнее их. И здесь нужно говорить либо о том, что руководители ведущих компаний и даже целых отраслей ничего не понимают в экономике и накинулись на металлургов по ошибке, либо допустить, что именно металлургические гиганты выплавляют сегодняшний кризис.

Противников металлургов сочли для себя возможным поддержать многие знаковые фигуры российской экономики и политики. Например, мэр Москвы Юрий Лужков в своем письме на имя премьер-министра Михаила Фрадкова объяснил, что из-за удорожания железобетона программа строительства в столице может быть сорвана, а цена квадратного метра строящегося жилья возрастет на 3,5-4%. Глава Счетной палаты Сергей Степашин отметил, что предприятия ЖКХ и ВПК «в связи с беспрецедентным повышением цен окажутся не способными выполнить свои обязательства перед бюджетом, а главное перед нашими гражданами».

Глава Торгово-промышленной палаты Евгений Примаков на встрече руководителей палаты с премьером Михаилом Фрадковым именно "корпоративное ценообразование" назвал одной из главных пагуб российской монополизированной экономики. Надо ли говорить, что в качестве иллюстрации к этому тезису Евгений Примаков выбрал металлургов и их усилия по взвинчиванию цен. "Это больно бьет по нашему машиностроению, конкурентоспособность которого резко падает: например, экспорт шарикоподшипников сократился с 2001 года в три раза", - посетовал глава ТПП.

Металлурги оказались в численном меньшинстве. Но даже лишенные поддержки больших лоббистов, они на редкость удачно держат удар. Объяснить такую стойкость можно только тем, что совместные проблемы объединили металлургов, даже если вначале они на самом деле разгоняли цены порознь. Об объединительных тенденциях в металлургической отрасли говорят не первый год. Но глобальные альянсы все никак не складываются.

Теперь новой конфигурации рынка эксперты ждут от возможного слияния "Евразхолдинга", "Северстали" и "Новолипецкого металлургического комбината", которые еще в сентябре 2003 года начали переговоры о стратегическом партнерстве. Сегодняшние цены металлов на внутреннем рынке как раз и могут свидетельствовать о том, что разные кланы металлургов нашли общий язык и уже не за горами их формальное объединение.

Премьер Михаил Фрадков, который, как видно, очень хочет примирить металлургов с их оппонентами, во время недавнего визита в Торгово-промышленную палату дал понять всем, насколько сложна его миссия. "Слушаешь одну сторону - убедительно, слушаешь другую - не менее. Сложно за очевидными корпоративными интересами уловить экономическую сущность вопроса", - сказал премьер. Но у собеседников премьера почему-то возникла уверенность, что уж в чем в чем, а в экономической сущности вопроса нынешний премьер и бывший налоговик Михаил Фрадков точно разберется.

Другие материалы