"Врачи-убийцы" снова в деле

Прокуратура обжалует второй оправдательный приговор трансплантологам

2 ноября Мосгорсуд оправдал группу врачей, обвиненных в изъятии почки у еще живого пациента. Это уже второй оправдательный приговор по делу. Однако Хорошевская прокуратура Москвы намерена обжаловать и его. Между тем ее действия уже привели к сокращению числа трансплантаций в несколько раз. Это угрожает не только жизни десятков тысяч больных, но и самому существованию российской трансплантологии как науки.

Новое дело "врачей-убийц"

"Дело трансплантологов" было возбуждено 11 апреля 2003 года. В тот день в московскую городскую больницу номер 20 с тяжелой черепно-мозговой травмой поступил 53-летний Анатолий Орехов. Врачи оценили его состояние как критическое. Бригада реаниматологов - под руководством Людмилы Правденко - в течение почти пяти часов пыталась спасти его. За это время у Орехова трижды останавливалось сердце. В сознание он не приходил.

Заместитель главврача клиники по анестезиологии и реанимации Ирина Лирцман позвонила в Московский координационный центр органного донорства и сообщила о наличии потенциального донора почки. Через несколько часов после того, как в больницу приехала донорская бригада - хирурги Петр Пятничук, Баирма Шагдурова и медсестра - врачи решили больше не реанимировать Орехова. Проверив реакцию зрачков пациента на свет, они констатировали смерть Орехова и стали готовиться к изъятию еще пригодных для трансплантации органов.

Но приступить к операции врачи не успели, потому что в этот момент в операционную ворвались оперативники МУРа и сотрудники военного госпиталя ГУВД. Они обвинили врачей в попытке вырезать органы у живого человека. Позже следствие утверждало, что Орехова еще наблюдалось сердцебиение, прослушивался пульс и отмечалось "шевеление руками и головой". Однако шевеление и сердцебиение сами собой прекратились, несмотря на все усилия врачей из военного госпиталя.

Подозрения и обвинения

Как выяснилось, оперативники уже давно следили за сотрудниками центра донорства и горбольниц, подозревая их в изъятии органов у живых людей, и даже прослушивали их телефонные разговоры. Как утверждало потом обвинение, врачи вводили своим пациентам специальные препараты, чтобы судмедэксперты поскорее констатировали смерть.

Эти утверждения подкреплялись показаниями двух безымянных медсестер, которых, ради возможности различать их, условно именовали Мариной и Светой. Марина, которая до 2002 года вроде бы работала в Центре органного донорства, рассказывала, что сотрудники центра "цинично" относятся к людям, а за каждый изъятый орган получают по 500 долларов. Света, медсестра одной из городских клиник, говорила, что врачи изымают органы у живых людей и за это им платят по 500 рублей. Ничего более существенного, нежели разница "расценок", "Света" и "Марина" прокуратуре не сообщили.

Однако в результате их показаний Пятничуку и Шагдуровой было предъявлено обвинение в приготовление к убийству, а Правденко и Лирцман - в пособничестве в совершении этого преступления. Кроме того, Лирцман предъявили обвинение и в злоупотреблении должностными полномочиями.

За отсутствием состава преступления

Врачи свою вину отрицали. Любопытно, что суд не счел необходимым лишать их свободы. Они находились под подпиской о невыезде и продолжали работать по специальности. 1 марта 2005 года все четверо были оправданы. Но Хорошевская прокуратура почти сразу же подала апелляцию, и Верховный суд отменил приговор. Дело было возвращено на повторное рассмотрение в Мосгорсуд.

В августе началось повторное рассмотрение дела. На стадии прений прокуратура неожиданно решила, что врачи планировали изъять почки у Орехова не ради его убийства, а все-таки для последующего использования этих органов. Тогда обвинение было переквалифицировано с покушения на убийство на приготовление к умышленному причинению тяжкого вреда здоровью. И в качестве наказания прокурор потребовал уже не девять, а только шесть (точнее - от трех до шести) лет заключения в колонии строгого режима.

Тем не менее 2 ноября 2005 года Мосгорсуд снова вынес медикам оправдательный приговор. Практически все допрошенные в суде реаниматологи сошлись во мнении, что "это было уже тело, а не пациент". На основании их показаний судья решила, что "милицейская" электрокардиограмма зафиксировала ритм уже умирающего сердца и что врачи не имели умысла причинить вред пациенту. Так обвиняемые были вторично оправданы - за отсутствием состава преступления.

Результаты процесса над "врачами-убийцами"

Как прогремевшее при Сталине "дело врачей-убийц", "дело трансплантологов" было инициировано некими "высокими чиновниками", считает защита. По словам адвоката Пятничука Юрия Костанова, некто в Минздраве стремился "перетянуть на себя денежные потоки" - ведь бюджетное финансирование российской трансплантологии достаточно велико. А когда это не удалось, пожелал получить "хотя бы информационное преимущество" - то есть сделать так, чтобы не Центр донорства, а организации Минздрава первыми получали данные о потенциальных донорах из больниц. Эти сведения тоже дорогого стоят, так как вот уже три года врачи во всем мире жалуются на нехватку донорских органов.

Между тем с момента возбуждения дела число трансплантаций в России неуклонно сокращается. По словам директора НИИ трансплантологии и искусственных органов Минздрава России, академика РАН, РАМН и РАЕН Валерия Шумакова, весной 2003 года количество пересадок упало почти до нуля. Сейчас же оно составляет примерно 20-30 процентов от числа подобных операций в 2002 году. И это при том, что для десятков тысяч больных трансплантация - единственный способ спасти или продлить жизнь.

Ничего удивительного в происходящем нет - врачи боятся браться за подобные операции. Дважды оправданная судом Ирина Лирцман, например, уверена, что прокуратура продолжит попытки поймать трансплантологов. Она утверждает, что в последнее время к ней в кабинет являются незнакомые люди, которые настойчиво предлагают купить почки. Лирцман убеждена, что этих людей к ней подсылают специально, чтобы задержать ее с поличным.

Таким образом, взяться сейчас за пересадку органов могут лишь те, кто уверен в своей неприкосновенности. Если такие врачи в стране есть - то они должны быть напрямую связаны с инициаторами процесса над трансплантологами. Если таких врачей нет - то ведь донорские органы можно продать и за границу. И это выгодное в финансовом отношении предприятие (выгодное, разумеется, для организаторов, а не для больных) осуществить гораздо проще, нежели продолжать развитие отечественной трансплантологии.

Судя по обилию появляющихся в СМИ материалах о пропавших и "разобранных на органы" людях, судьба этой науки в России уже под большим вопросом. Даже если Верховный суд не отменит второй приговор.

Мария Мстиславская