Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

Самый осторожный экстремист

Новый палестинский премьер готов взять власть в автономии в свои руки и начать мирные переговоры

Новым главой правительства Палестинской Автономии, по всей видимости, станет Исмаил Хания, который в качестве лидера предвыборного списка ХАМАСа уже привел движение к убедительной победе на январских парламентских выборах. И хотя осторожный Хания отрицает факт своего выдвижения на этот пост, можно с уверенностью сказать, что он готов взять все рычаги управления автономией в свои руки, а в перспективе - предложить свое, не самое радикальное, решение ближневосточной проблемы.

Who is мистер Хания?

Исмаил Хания, которого товарищи по партии также называют Абу аль-Абед, принадлежит к новому поколению палестинских политиков, идущем на смену "старой гвардии" соратников Ясира Арафата, которые стояли у истоков создания Организации освобождения Палестины еще в 50-60 годах прошлого века.

Хания родился и вырос в лагере беженцев Шати, расположенном в секторе Газа. В 1987 году он успешно окончил местный Исламский университет по специальности "Арабская литература". Сразу по завершении учебы он примкнул к числу сторонников шейха Ахмеда Ясина, лидера движения ХАМАС. Молодой и образованный Хания снискал доверие шейха, вследствие чего в скором времени стал вхож в "ближний круг" соратников Ясина.

Вместе с доверием главы ХАМАСа росло и недоверие к нему со стороны Израиля. Хотя о доказательствах непосредственной причастности Абу аль-Абеда к планированию или осуществления терактов ничего не сообщалось, в 1992 году литературоведа на всякий случай выслали из Палестины.

В Южном Ливане, куда его закинула судьба, Хания прозябал недолго. В связи с возобновлением мирного процесса, через год части палестинских радикалов позволили вернуться на родину. В числе репатриантов оказался и он.

По возвращении в Газу, Абу аль-Абед получил звание профессора и кафедру в своей альма-матер. Политику, однако, он не бросил и в 1994 году стал представителем ХАМАСа на переговорах с властями Палестинской автономии. Эту должность он получил благодаря заработанной репутации осторожного и договороспособного прагматика, не склонного к радикализму. Оценив способности Ханийи, в 1998 году слепой и прикованный к инвалидному креслу Ахмед Ясин поручил заведовать своей канцелярией именно ему. Учитывая состояние шейха, это назначение стало свидетельством особого его доверия.

Постоянно поднимаясь по карьерной лестнице в экстремистской организации, профессор литературы в то же время ухитрялся все время оставаться практически неизвестным. О нем крайне редко писали в прессе, считая его не политическим лидером, а едва ли не "техническим сотрудником" организации.

Между тем Абу аль-Абед, пользовавшийся большим доверием своего шефа, медленно, но методично укреплял свое влияние в ХАМАСе, ненавязчиво рекомендуя своих сторонников на ответственные посты. При этом он, в отличие от своих более тщеславных соратников, никогда не стремился занимать публичные посты, предпочитая оставаться в тени.

Во многом благодаря этому Хания смог избежать главной опасности, подстерегающей большинство людей из его окружения - ракеты израильских ВВС. В то время как многие его коллеги громогласно призывали к джихаду и уничтожению Израиля, хвастались своим участием в организации и проведении терактов против Израиля и обстрелов его территории ракетами "Кассам", Хания делал крайне аккуратные и ни к чему не обязывающие заявления о "необходимости создания палестинского государства" и призывал к "прекращению оккупации".

На самую вершину палестинской политики Хания попал во многом благодаря стараниям израильских летчиков, которые на протяжении многих лет методично уничтожали сначала его начальников (Ахмеда Ясина и Абдель-Азиза Рантисси), а потом и потенциальных конкурентов в борьбе за власть внутри ХАМАСа.

В результате многие из тех, с кем он начинал свою деятельность в ХАМАСе, уже лежат в не очень сырой палестинской земле, а Хания, жив и здоров, с триумфом привел группировку к победе на январских парламентских выборах и метит в премьеры автономии.

В этой связи любопытна реакция Абу аль-Абеда на информацию о том, что его кандидатура выдвинута руководством группировки на пост премьер-министра автономии. Хотя вопрос о его назначении был уже решен, осторожный Хания с раздражением одернул своих не в меру говорливых соратников: "Движение ХАМАС все еще продолжает консультации по вопросу о выборе человека, который займет пост будущего главы правительства". О судьбе Ясина и Рантиси он не забывает ни на минуту.

Однако несмотря на то, что Хания отрицает факт своего выдвижения на пост премьер-министра, международные посредники по ближневосточному урегулированию и даже израильтяне готовятся к тому, что дело иметь им придется все-таки с ним.

Зеленый кардинал

Несмотря на опровержение своего выдвижения в премьеры, Исмаил Хания никогда не отрицал того, что готов занять этот пост. Судя по сообщениям из источников в палестинском руководстве, его согласие все-таки уже было получено.

На первый взгляд может показаться, что Хания даже где-то изменил себе, приняв предложение занять публичную должность. Однако это не совсем так. Если разобраться в специфике палестинской политической системы, станет ясно, что эта должность является наиболее логичным продолжением карьеры Ханийи: он снова получит в свои руки основные рычаги влияния на ситуацию, оставаясь при этом далеко не первым человеком в автономии.

Согласно палестинским законам, премьер, в отличие от главы автономии, осуществляет не столько политические, сколько технические функции. В его ведении находятся достаточно рутинные сферы: экономика, инфраструктура, социальная сфера. Так, о заявлениях и делах бывшего премьера Ахмеда Курейи местные и мировые СМИ писали редко и неохотно: все их внимание было уделено "раису" Аббасу, который встречался в Джорджем Бушем и Владимиром Путиным, призывал к миру террористов, громко осуждал Израиль и даже желал здоровья Ариэлю Шарону.

Однако Хания явно не собирается только разгребать руины палестинской экономики, оставив реальную власть Абу Мазену. Дело тут в нюансе, о которой ранее многие и не вспоминали: премьер, согласно палестинским законам, помимо экономических министерств, руководит еще и местным МВД, являющимся наиболее мощной силовой структурой на территориях.

Покуда премьером был полностью зависящий от Аббаса Куреи, вопрос о том, кто именно руководит полицией, не вставал. Сейчас же Хания будет подотчетен только парламенту, большинство в котором принадлежит его верным сторонникам, а мнение "раиса" он может лишь принимать к сведению.

Наряду с МВД премьер в свое подчинение получает и палестинское антитеррористическое агентство, в котором служат наиболее подготовленные бойцы. Любопытно, что это подразделение было обучено и снаряжено на американские деньги специалистами из Центрального разведывательного управления США, где, как известно, ХАМАС считают террористической организацией.

Помимо силовых рычагов влияния на ситуацию в ПА Исмаил Хания получит и экономические. Учитывая то, что страны Запада после триумфа ХАМАСа на выборах отказались спонсировать палестинское руководство, основным источником поступления денег в автономию становятся мусульманские страны. Более того, финансовая блокада ПА со стороны Израиля и стран Запада не слишком пугает потенциального премьера, так как на нее можно будет списать возможные неудачи в области экономики. Он уже заявил по этому поводу: "Израильские санкции не поставят нас на колени".

Учитывая то, что средства из благотворительных исламских фондов и от многих правительств и ранее шли не в бюджет ПА, а напрямую "борцам с сионизмом", Махмуд Аббас вскоре может остаться вообще без денег. В то же время контролируемое ХАМАСом правительство источников доходов не только не лишится, но существенно их расширит: многие исламские страны, ранее опасавшиеся финансировать "террористическую группировку", смогут легально переводить средства на счета "демократически выбранного руководства Палестины".

При этом Махмуд Аббас и его администрация едва ли смогут рассчитывать на то, что финансовые потоки пойдут через них: как в самой Палестине, так и за ее пределами коррупция в рядах руководства движения ФАТХ стала притчей во языцех.

В этой ситуации можно с большой долей уверенности говорить, что Исмаил Хания сумеет без шума, но эффективно влиять на действия главы автономии. А в том случае, если Аббас вдруг окажется совершенным альтруистом и все же начнет проявлять независимость, у Абу аль-Абеда останется возможность прибегнуть к помощи верного МВД, чьи специалисты во всех арабских странах умеют быстро убеждать кого угодно и в чем угодно.

Очевидно, что в числе первоочередных задач нового премьера наверняка будет вычищение органов МВД и разведки от сторонников Махмуда Аббаса и членов движения ФАТХ. Во всяком случае, Абу аль-Абед уже сделал заявление о том, что "не видит противоречия в существовании у ХАМАСа вооруженных отрядов и участии движения в политическом процессе". С большой долей уверенности можно сказать, что именно участники этих боевых отрядов стараниями премьера в скором времени будут интегрированы в силовые структуры ПА, а затем и вытеснят оттуда сторонников Аббаса.

В том случае, если Хания и далее сможет воздерживаться от резких шагов и аккуратно вести свою линию, в скором времени он, видимо, сможет взять ситуацию в автономии под свой полный контроль. Причем для этого ему даже не потребуется занимать пост главы автономии.

Будем живы - договоримся!

Внешняя политика в Палестинской автономии является исключительной прерогативой ее главы. Премьер-министр, согласно местным законам, в этой сфере может выполнять какие-либо поручения "раиса", представлять ПА на разного рода встречах, но не принимать принципиальных решений.

Однако учитывая значительную вероятность того, что фактическое руководство автономией в скором времени перейдет в руки Исмаила Ханийи, едва ли стоит ожидать его полного устранения и от этой сферы.

Абу аль-Абед всегда крайне скупо и осторожно комментировал внешнеполитические отношения, оставляя это право своим соратникам. Являясь одним из лидеров ХАМАСа, он, безусловно, поддерживает идею "создания независимого палестинского государства", "прекращение оккупации", обретение контроля над святынями Иерусалима и возвращение миллионов арабских беженцев в свои родные места, которые сегодня являются территорией Израиля и так далее.

Однако эти требования не являются изобретением ХАМАСа. Их выдвигают и действующее руководство автономии во главе с Махмудом Аббасом, и все мусульманские страны. Даже Европа и США считают некоторые из них не лишенными оснований.

Главное, что отличает Ханийю от большинства его соратников - это крайняя осторожность в словах об Израиле и противостоянии с ним. При сохранении грозной риторики в адрес "сионистского образования", он всегда старался избегать прямых призывов к уничтожению Израиля или хвалебных речей в честь террористов-смертников.

С одной стороны, это уберегло его от мести израильтян, с другой - оставило поле для маневра в будущих переговорах. Несмотря на то, что Израиль отказывается поддерживать какие-либо отношения с представителями ХАМАСа, неофициальные контакты с новым руководство автономии наверняка будут установлены.

Причем Хания является, пожалуй, одним из наименее неприятных собеседников для израильтян.

В этой связи уместно отметить, что сразу после того, как список ХАМАСа, возглавляемый Абу аль-Абедом на выборах, получил большинство на парламенстких выборах, руководство движения приступило к модернизации устава группировки.

Из документа будут убраны ссылки на "Протоколы сионских мудрецов", обвинения евреев в организации Русской и Французской революций, и главное - будет предусмотрена возможность заключения с Израилем долгосрочного перемирия - "худны" - которое, фактически (но не юридически), является первым шагом на пути к признанию права еврейского государства на существование.

По словам одного из представителей ХАМАСа, занимающихся разработкой документа, будет изменен "весь язык" устава. Из антисемитской прокламации он должен превратиться в более или менее современный устав политической партии.

Однопартийцы Ханийи, шедшие с ним вместе на выборы, осторожно говорят о том, что эти изменения в уставе - лишь начало. "Устав это не Коран, его менять можно", - заявил Ясир Мансур, пятый номер в избирательном списке ХАМАСа. Салах абу Рукбех, который также был избран в палестинский парламент от радикального движения, согласился с тем, что в ходе дальнейшей модернизации устава в нем может появиться пункт о признании Израиля.

Разумеется, палестинцы оговариваются, что для этого и Израиль обязан признать их право на собственное государство в рамках тех границ, которые укажут они. Но сами эти заявления дорогого стоят. Еще год назад любой лидер движения ХАМАС, посмевший написать слово Израиль без кавычек, мог быть объявлен предателем и вылететь со всех постов в своей организации.

Едва ли можно предположить, что победа ХАМАС на выборах, начало разработки нового устава и неожиданно миролюбивые заявления первых лиц группировки - это простое совпадение. И тем более маловероятным представляется то, что все эти события идут без ведома Абу аль-Абеда. Скорее всего, поднявшись на новый уровень, он посылает Израилю новый сигнал о том, что "он еще пригодится". Прагматизма Исмаилу Ханийи, по утверждениям всех, кто его хорошо знает, не занимать.