Снисходительный прием

Пропагандистская кампания по возвращению чеченских беженцев началась со скандала

23 июля российские пограничники задержали чеченского депутата Магомеда Хамбиева, который сопровождал из Азербайджана двух своих родственников, решивших вернуться на родину после нескольких лет эмиграции. Задержанных несколько часов продержали в райотделе милиции и отпустили только после вмешательства премьер-министра ЧР Рамзана Кадырова, которому позвонил депутат. Между тем президент ЧР Алу Алханов, объявивший август в Чечне "месяцем примирения и согласия", обещает проявлять "снисходительность" к каждому вернувшемуся беженцу и раскаявшемуся боевику.

Несколькими днями ранее Магомед Хамбиев прибыл в Азербайджан по поручению руководства ЧР, чтобы уговорить живущих там беженцев из Чечни вернуться домой. Хамбиев, по его словам, должен был рассказать людям о том, что жизнь в республике наладилась и тем, кто решит вернуться, не грозят никакие репрессии.

Сила его убеждения оказалась не слишком велика: собеседники предложили Хамбиеву в качестве эксперимента отвезти в Чечню его собственных родственников. "Посмотрим, как их встретят, как они устроятся - тогда и примем решение", - сказали беженцы. Депутат забрал с собой родственницу и ее пятнадцатилетнего сына, покинувших Чечню несколько лет назад.

Формальным поводом для их задержания стало отсутствие загранпаспортов у спутников Хамбиева. Однако депутата возмутило не столько, в общем, законное требование пограничников, сколько манера, в которой с ним общались милиционеры. "Они разговаривали грубо, как будто перед ними были уголовники. Я уверен - к нам отнеслись так только потому, что мы чеченцы", - заявил Хамбиев. По его словам, его спутники были сильно напуганы происшедшим и даже после освобождения не верили, что им больше ничего не угрожает.

Внимание чеченских властей к проблеме беженцев усилилось на прошлой неделе, после того как глава ФСБ России Николай Патрушев пообещал амнистию тем из участников чеченских бандформирований, которые не замешаны в тяжких преступлениях. Соответствующее постановление Госдума РФ должна принять осенью 2006 года.

Как заявил президент ЧР, за пределами России находятся много людей, которые покинули Чечню "в период контртеррористической операции" и статус которых на сегодняшний день неясен: "кого-то по ошибке зачислили в бывшие боевики, кого-то считают пособником". Многие из беженцев, добавляет Магомед Хамбиев, "живут на чужбине плохо, на подачки от местных благотворительных организаций". Всем этим людям Алханов намерен объяснить, что "Россия для них Родина и что она готова принять любого, кто не совершил перед ней тяжкие преступления".

Репатриантам, как уверяет спикер чеченского парламента Дукваха Абдурахманов, дадут возможность работать, учиться и даже "заниматься общественной деятельностью". Все эти меры, по словам парламентария, помогут "консолидировать чеченское общество".

Между тем политологи и журналисты уже неоднократно отмечали, что чеченские власти обращают больше внимания на пропагандистскую составляющую заявленной амнистии, нежели на создание реальных механизмов по социализации исправившихся боевиков и вернувшихся беженцев. Как утверждает главный редактор издания Caucasus Times Ислам Текушев, между субъектами и федеральным центром "отсутствует какое-либо понимание по этому вопросу - ничего не согласовано". По мнению журналиста, в погоне за политическими дивидендами на местах, как всегда, поторопились реализовать планы центра и "побежали впереди телеги".

Сам Хамбиев, отправляясь в Азербайджан, подозревал, что у его подопечных могут возникнуть проблемы с въездом, однако (по-видимому, в спешке) не оформил для них необходимые документы. После инцидента он сетовал на то, что до пограничников и милиционеров "не были доведены все подробности, касающиеся этого ответственного поручения".

В дальнейшем Магомед Хамбиев планирует съездить за чеченцами в Турцию и страны Западной Европы. Наблюдатели считают, что одна из основных целей нынешней кампании по возвращению беженцев - работа с политэмигрантами. По мнению "Коммерсанта", именно эти люди, имеющие возможность контактировать с западными политиками и СМИ, "больше всего раздражают руководство России". Эту версию косвенным образом подтверждают и чеченские политики. "Пока существуют эмиссары самопровозглашенной Ичкерии, на Западе считают, что существует некая политическая оппозиция властям нашей республики",- заявляет депутат Дукваха Абдурахманов.

Сами политические эмигранты, которые не признают легитимности нынешнего руководства Чечни, называют Хамдаева "коллаборационистом" и сомневаются в том, что он сможет договориться даже с собственным братом Умаром, ранее занимавшим пост министра здравоохранения ичкерийского правительства в изгнании. Лондонский эмигрант Ахмед Закаев, министр иностранных дел ЧРИ, уже назвал объявленную амнистию "очередным фарсом" и предрек ей провал.

Впрочем, определенный успех от нынешней пропагандистской кампании руководству ЧР, вероятно, уже гарантирован. Эксперт Московского Центра Карнеги Алексей Малашенко предполагает, что переговоры с эмигрантами об условиях их возвращения велись заранее, так что, "естественно, какой-то результат будет, и кто-то заявит о своем разочаровании в сепаратизме".

Для массового возвращения чеченских беженцев существуют препятствия не только в самой Чечне. Как отмечает Григорий Шведов, член правления правозащитного общества "Мемориал" и главный редактор интернет-издания "Кавказский узел", "совершенно оправданные сомнения в объективности судебной системы есть не только у тех, кто преступил закон, но и у любого гражданина России". Правда, беженцам обещают "снисходительность", однако после инцидента со спутниками Магомеда Хамдаева это обещание, вероятно, несколько утратит свою привлекательность.