Не терроризм, так русофобия

Способ добиться выдачи Закаева России подсказал британский посол

Генеральная прокуратура России возбудила новое уголовное дело против эмиссара чеченских сепаратистов Ахмеда Закаева. Обвинение Закаеву предъявлено по части 2 статьи 282 Уголовного кодекса России за разжигание межнациональной ненависти. Не сумев добиться экстрадиции Закаева на основании обвинений в причастности к террористической деятельности, российские правоохранительные органы решили попробовать достичь той же цели, обвинив его в поощрении терроризма. Примечательно то, что в ноябре 2005 года именно это посоветовал им посол Великобритании в России Энтони Брентон.

В среду 26 июля в Лондон прибыла комиссия из девяти представителей российских ведомств - Генпрокуратуры, Министерства юстиции и Министерства иностранных дел. Возглавляет комиссию заместитель генерального прокурора Александр Звягинцев, курирующий международно-правовое направление деятельности ведомства Юрия Чайки.

27 июня, вступая в должность генерального прокурора, Чайка заявил, что намерен отправить в Великобританию комиссию для изучения дел об экстрадиции. Ее задачей является выяснение причин, по которым Великобритания не выдает России "лондонских сидельцев" - Ахмеда Закаева, Бориса Березовского и других. Два дня спустя он придал международно-правовому управлению Генпрокуратуры статус главка и поставил перед ним главную задачу: добиться экстрадиции этих людей.

Месяц спустя комиссия была сформирована и отправилась в Лондон. О возбуждении нового дела против Закаева Генпрокуратура объявила в тот самый день, когда члены комиссии должны были начать совместную работу с британскими коллегами и сообщить им о новых обвинениях.

Официальное сообщение Генпрокуратуры демонстрирует, что ведомство Чайки подготовилось основательно: в нем содержится ссылка не только на российское, но и на британское законодательство. В 2006 году в Великобритании после долгих споров был принят довольно жесткий закон о терроризме (премьер Тони Блэр, отстаивая его, даже угрожал уйти в отставку, если парламент его не примет), предусматривающий ответственность не только за теракты, но и за поощрение терроризма.

Отметим, что, приводя высказывания Закаева, Генпрокуратура ни разу не ссылается на источники. На прямой вопрос корреспондента газеты "Коммерсант", в каких именно публикациях Закаев позволял себе антирусские высказывания, сотрудник Генпрокуратуры ответил: "А вы загляните в интернет и там их найдете сколько хотите".

По запросам "Закаев изгнать русских из Чечни", "Закаев выбросить русских" и "Закаев бесчеловечные методы русских агрессоров" (высказывания взяты из сообщения Генпрокуратуры) никаких интервью Закаева за указанный срок (июнь-июль 2006 года) в Интернете обнаружить не удалось. Что касается восхищения Закаева Шамилем Басаевым (которое Генпрокуратура считает поощрением терроризма, наказуемым по британским законам), в течение июля (после гибели Басаева в ночь с 9 на 10 число) чеческий эмиссар дал несколько интервью по этому поводу. В одном из них, опубликованном на сайте чеченских сепаратистов, он, в частности, говорит: "Шамиль Басаев займет одно из самых почетных мест среди героев чеченского народа и всего Кавказа".

В том же интервью Закаев утверждает: "Русского в Чечне только и осталось, что оккупационные войска. Но оккупационные войска – вовсе не подтверждение реальности колонизации территории", а также говорит о "жесточайших 'зачистках'", проводимых российскими силовыми структурами, и о "расправах с гражданским населением". При этом он ни разу не говорит о "бесчеловечности русских", а только о "российских войсках" и "российских силовиках".

Сам Закаев, комментируя сообщение о возбуждении против него нового уголовного дела, заявил: "Я не могу точно сказать, о каких публикациях идет речь. Скорее всего, это мои комментарии по поводу гибели президента Ичкерии Абдул-Халима Сайдулаева и вице-президента Шамиля Басаева, которые я действительно опубликовал в июне–июле на чеченских сайтах. Но в них нет выпадов против русских как представителей других этносов, я говорил только о российской агрессии, в результате которой погибли более 200 тысяч жителей Чечни, среди которых, кстати, огромное количество и русских" (цитата по "Коммерсанту").

Закаев считает, что, следуя логике Генпрокуратуры, обвиняющей его в разжигании межнациональной вражды, представители национальных меньшинств России могут "завалить суды исками против журналистов и силовиков", употребляющих выражения вроде "чеченский терроризм". Впрочем, отмечает Закаев, это касается не только национальных меньшинств, ведь в СМИ попадаются и такие выражения, как "русский криминал".

Закаев заявил, что доволен "еще одной возможностью объясниться с российскими властями". Ранее всякий раз, когда Магистратский суд Лондона отклонял очередное требование России выдать его, эмиссар провозглашал, что ему удалось разоблачить "лживость" и "политическую подоплеку" предъявляемых ему обвинений.

По заявлениям Юрия Чайки после его назначения генеральным прокурором можно было судить о том, что подход российской стороны к вопросу об экстрадиции Закаева изменится. Совет, каким именно ему следует быть, дал российским властям британский посол Энтони Брентон еще 2 ноября 2005 года: "Если его (Закаева - Прим. Ленты.Ру] участие непосредственно в совершении терактов доказать трудно, то, возможно, российской стороне удастся доказать, что Закаев поощрял терроризм, и если это будет сделано, разрешить ситуацию с его экстрадицией британскому суду будет значительно легче". Брентон пояснил, что британские власти и сами не в восторге от того, что во владениях Ее Величества находится столь одиозная фигура, как Ахмед Закаев. Это заявление Брентона спустя два года после предоставления Закаеву политического убежища в Великобритании прозвучало довольно странно.

Не исключено, что правоохранители запомнили этот совет и ждали подходящего случая. Высказывания Закаева о Басаеве, общепризнанном террористе, который, в частности, взял на себя ответственность за "Норд-Ост" и Беслан, стали этим самым случаем.

18 июля этого года Закаев выступил с докладом перед членами Палаты лордов британского парламента (текст опубликован на одном из сайтов чеченских сепаратистов). В нем он обвинил в гибели людей на Дубровке и в бесланской школе "российскую военщину". "Беспредельная жестокость русских в Чечне и соседних республиках является главным организатором и "Норд-Оста", и Беслана", - сказал он. (Кстати, эта фраза, хоть сказана и не в интервью, больше всего похожа на антирусские высказывания, приписываемые Закаеву Генпрокуратурой. Отметим, однако, что доклад Закаев читал, скорее всего, по-английски, в котором слово Russian означает как "русский", так и "российский, россиянин", а "россиянин" - это не национальность. Говоря по-русски, Закаев, в отличие от того же Басаева, как правило, очень осторожно употребляет слова "русский" и "российский".)

О выступлении Закаева перед членами верхней палаты британского парламента ничего не сообщили российские СМИ, да и в западных информация была весьма скупа, - вероятно, потому, что оно состоялось на следующий день после закрытия саммита G8 в Санкт-Петербурге. Тогда президент России Владимир Путин заявил, что в совместном заявлении лидеров "восьмерки" нельзя упоминать Сирию и Иран как страны, поддерживающие террористов, поскольку в этом случае непонятно, "почему бы не упомянуть другие [страны], которые укрывают на своей территории очевидных террористов?".

Хорошо понятно, о каких "других странах" и "очевидных террористах" говорил Путин, который вообще, похоже, очень болезненно воспринимает неудачи российских правоохранительных органов в делах об экстрадиции. На итоговой пресс-конференции Тони Блэра британскому премьеру уже в который раз пришлось объяснять, что он не может приказать Магистратскому суду Лондона, занимающемуся делами об экстрадиции, и лично его председателю Тимоти Уоркмену, отдать Закаева России, поскольку британский суд независим от исполнительной власти.

Предъявление новых обвинений Закаеву заставляет вспомнить о перипетиях дела другого "лондонского сидельца" - Бориса Березовского. В конце января 2006 года в интервью радиостанции "Эхо Москвы" Березовский поделился планами "силового перехвата власти" в России, объявив "режим Путина" нелегитимным. Это заявление переполнило чашу терпения даже британского министра иностранных дел Джека Стро: он пригрозил Березовскому, что за такие высказывания бывший олигарх может лишиться статуса беженца. А 1 марта Генпрокуратура возбудила против Березовского новое уголовное дело по обвинению в подготовке государственного переверота и в очередной раз объявила его в международный розыск.

Уже 3 марта Березовский написал Джеку Стро письмо, в котором заверил его, что никакого переворота не планирует, хотя и дальше намерен критиковать российскую власть.

Хотя Борис Березовский России так и не выдан, реакция Стро, видимо, послужила российским правоохранителем стимулом к поиску новых возможностей добиться экстрадиции как его, так и Закаева. Намерения Юрия Чайки, похоже, весьма серьезны, и он, помимо прочего, уже приложил немалые усилия к тому, чтобы исправить имидж Генпрокуратуры, который при его предшественнике Владимире Устинове был изрядно подпорчен делом "ЮКОСа" и другими делами.

Впрочем, едва ли судья Тимоти Уоркмен изменил свое мнение, высказанное 13 ноября 2003 года в качестве обоснования отказа экстрадировать Закаева. Тогда он заявил, что не считает Закаева уголовником, поскольку "в Чечне идет война, а не контртеррористическая операция".

Иван Грушин