Новости партнеров

Обретение Макса Хаазе

Фестиваль "Арт-ноябрь" откроет зрителям "русского Дали"

В ноябре 2006 года в рамках XIII международного фестиваля искусств "Арт-ноябрь" в столице откроется выставка работ художника-сюрреалиста Макса Хаазе. Это имя пока почти никому ничего не говорит, но устроители вернисажа рассчитывают, что зрители поймут и по достоинству оценят экстраординарные работы Хаазе.

Почти все, связанное с именем Хаазе, остается загадкой: достоверно известны годы его жизни - 1938-1998, а также то, что он завещал похоронить себя в общей могиле, и что он не оставил наследников. Распорядителем наследия Макса Хаазе оказался москвич Михаил Михайлович Занегин, который хранит работы художника, дает им условные названия (сам Хаазе их только нумеровал), реставрирует их и предоставляет на первую открытую выставку.

Благодаря Михаилу Занегину мы знаем, что в молодости будущий художник рисовать не любил и об этом не помышлял. Но, увидев произведения Кандинского и Малевича, прочитав книгу теоретиков кубизма Глеза и Метценже, биографию Ван Гога Юлиуса Мейра-Грефе, Макс Хаазе захотел творить и начал заниматься живописью. Он упоминал в числе своих преподавателей известного советского портретиста Георгия Ряжского и художника Леонида Танклевского и рассказывал, что некоторое время занимался в знаменитой студии Элия Белютина, ученика Лентулова и Бруни. Это - весьма значимое сообщение: Белютин был одним из организаторов знаменитой авангардистской выставки в Манеже 1962 года, закрытой после визита на нее Никиты Хрущева. В зрелости Макс Хаазе высоко ценил рельефы Андреа Вероккьо, скульптуры француза Эмиля Антуана Бурделя и хорвата Ивана Мештровича.

Последние три года творчеством Хаазе занимается артменеджер столичной галереи "АСТИ" Натэлла Ильинична Войскунская, чьими усилиями организована выставка, получившая название "Багатели и горельены". Макс Хаазе сам называл свои картины багателями (слово, обычно применяемое к легким музыкальным пьесам-"безделкам"). Термин "горельены" Хаазе "сложил" из горельефов и гобеленов, и оно как нельзя лучше описывает его удивительные творения - тканые из шерсти объемные картины-рельефы.

В числе горельенов, которые нам удалось увидеть, - диптих "Адам и Ева", "Метаморфоза" и "Рождающаяся из пены". Сюжеты их, казалось бы, узнаваемы, но каждый содержит что-то необычное и странное: так, соблазнителем Евы и Адама в райском саду выступает комичный чертенок, Афродита появляется не только из пены, но и из собственной сбрасываемой кожи, а покинувшая куколку бабочка обладает двумя лицами, точнее черепами ("мертвая голова"?). Если по цветовому решению библейский диптих довольно близок европейской живописи, то "Метаморфоза" больше напоминает рисунки центральноамериканских индейцев.

Багатели Хаазе не являются просто картинами, это - сложные объекты, в которых он применял различные приемы для создания объема, например, послойно наклеивал картон или примешивал к краске веревки, нитки и зернышки. Некоторые его вещи напоминают по технике известную Портлендскую вазу из двухслойного стекла, где по черному фону размещены белые выпуклые фигуры. Кроме того, Хаазе умело создавал "обманки", пользуясь живописными приемами. Например, в картине "Квартет" (напомним, все названия условны) он сымитировал технику маркетри, то есть мозаичной деревянной инкрустации. Еще на одной его работе можно увидеть скрипку на застежке-молнии (и расстегнуть ее): внутри спрятано подобие античной маски, рот которой заткнут розой.

Автопортрет Макса Хаазе. Фото Lenta.ru
Автопортрет Макса Хаазе. Фото Lenta.ru

Хаазе охотно использовал приемы сюрреалистов, помещая обычные объекты в необычное окружение, добиваясь тем самым эффекта сна или галлюцинации: так, руки на одной из его картин превращаются в раковины и веера, ногти - в кисти, глаза стекают в слезы. Так же как и у Сальвадора Дали, чье влияние на Хаазе нельзя не заподозрить, но которое не стоит преувеличивать, у русского художника на картинах почти всегда встречаются часы. Их циферблаты, за единственным, кажется, исключением не искажены, но они всегда показывают разное время. По мнению Натэллы Войскунской, Хаазе "склонен к иронии, мистификации и словотворчеству" и поэтому охотно разбрасывал по своим работам загадки и символы, которые можно трактовать множеством способов.

Для выставки в рамках "Арт-ноября" подобраны работы, так или иначе связанные с музыкой. В случае этого фестиваля жизнь решила явно подражать искусству: в программе заявлено исполнение сонаты "Трель дьявола" итальянского композитора XVIII века Джузеппе Тартини. Неожиданно для организаторов выставки Михаил Занегин привез ранее не виденную Натэллой Войскунской работу Хаазе: уже упоминавшийся выше натюрморт со скрипкой на молнии. На одном из медальонов, помещенных на картину, изображен тот самый Джузеппе Тартини. Совпадение решено считать символическим.

Выставка работ Макса Хаазе откроется 1 ноября 2006 года в залах Государственного института искусствознания (Москва, Козицкий переулок, дом 5).

Юлия Штутина

Культура00:08Сегодня

Сажайте — и вырастет

Кино недели: ужасы тайской зоны, католичества и женской дружбы