Не только почитать, но и посмотреть — в нашем Instagram
Новости партнеров

Справедливость в виде исключения

Троих фигурантов дела о взрывах в Москве и Воронеже приговорили к пожизненному заключению

Мосгорсуд признал Тамбия Хубиева, Мурада Шаваева и Максима Понарьина виновными по делу о терактах в московском метро и на остановках общественного транспорта в Воронеже в 2004-2005 годах, приговорив всех троих к пожизненному заключению в колонии особого режима.

Напомним, что в результате взрыва, произошедшего в поезде метро на перегоне между станциями "Автозаводская" и "Павелецкая" 6 февраля 2004 года, погибли 42 человека и 250 получили ранения. Взрыв возле станции метро "Рижская" произошел 31 августа того же года, тогда погибли десять человек, в том числе террористка-смертница.

В Воронеже теракты были совершены 19 февраля, 19 и 26 июля 2004 года, а также 26 января 2005 года. Во всех случаях самодельные бомбы, начиненные металлическими предметами, были заложены рядом с остановками общественного транспорта. В результате терактов один человек погиб, а еще девять получили ранения различной степени тяжести.

Как рассказал корреспонденту Lenta.ru адвокат Игорь Трунов, защищавший интересы потерпевших, они опасались, что высокая должность в Минюсте, которую занимал Шаваев, его связи и знакомства повлияют на решение суда и смягчат наказание.

"Напряжение сохранялось до самого последнего момента, когда судья, зачитывая приговор, перечислил все доказанные, по мнению суда, преступные эпизоды и объявил о назначении пожизненного заключения по совокупности совершенных преступлений", - рассказал Трунов.

Все трое подсудимых были признаны виновными в терроризме, убийствах, подделке документов, незаконном изготовлении, ношении и хранении взрывчатых веществ и оружия, а также в организации преступного сообщества. В присутствии журналистов судья зачитал только вводную и резолютивную части приговора, поскольку весь процесс проходил в закрытом режиме.

По словам Трунова, случаи, когда совершивших преступления сотрудников правоохранительных органов приговаривают к минимальным срокам заключения, а затем условно-досрочно освобождают за хорошее поведение, стали настолько распространенными, что у потерпевших были все основания опасаться, что Шаваев уйдет от ответственности.

Тем более что в отличие от признавших свою вину Понарьина и Хубиева, прошедших подготовку в лагерях чеченских боевиков, а затем воевавших в Чечне, Шаваев до сих пор ни в чем предосудительном замечен не был, жил и работал в Москве, а вину свою отрицал от начала до конца процесса.

Трунов пояснил, что, по российским законам, для приговоренного к пожизненному заключению условно-досрочное освобождение становится возможным лишь через 25 лет, "что в российских условиях просто нереально". Впрочем, по словам адвоката, быть полностью уверенным в том, что "телефонное право" Шаваеву уже не поможет, тоже нельзя.

Трунов рассказал, что теперь потерпевшие и он сам готовятся к новому процессу, на этот раз гражданскому. "В ближайшее время мы подадим около 50 исков к властям о возмещении материального вреда", - заявил Трунов.

По решению Мосгорсуда, осужденные обязаны выплатить пострадавшим около шести миллионов рублей в качестве компенсации вреда морального, что втрое меньше суммы, которую требовали сами потерпевшие.

Однако, по словам Трунова, шансы на то, что эти деньги действительно будут выплачены, близки к нулю. "Дорогостоящего имущества у осужденных не оказалось, а в колониях приговоренные к пожизненному заключению обычно не работают. Впрочем, даже если бы работали, то сначала по закону из их заработка вычитались бы расходы на их содержание, затем налоги и лишь остаток шел бы на возмещение морального ущерба", - посетовал адвокат.

Однако, по российским закона, ответственность за материальный ущерб, нанесенный в результате терактов, несут не только совершившие его преступники, но и допустившие его власти. По словам Трунова, потерпевшие могут потребовать компенсации расходов на погребение, лечение, а также в связи с потерей трудоспособности или кормильца.

"В таких делах у нас есть положительная практика. Так, например, женщина оставшаяся с детьми после того, как муж погиб в результате взрыва одного из домов в Москве в 1999 году, добилась ежемесячной компенсации примерно в тысячу долларов", - рассказал Трунов, который защищал потерпевших и на процессе по делу о взрывах домов в Москве, итогом которого стало пожизненное заключение для обоих обвиняемых - Деккушева и Крымшамхалова. "Их кстати тоже суд обязал выплатить компенсацию морального вреда в один миллион 800 тысяч рублей, - напомнил Трунов, - однако решение суда есть, а денег нет".

Рассказывая же о завершившемся процессе, адвокат обратил внимание на личности осужденных. Так, Понарьин родился в Венгрии во вполне благополучной семье советского военного, Шаваев - и вовсе москвич из хорошей семьи, закончивший аспирантуру и сделавший карьеру в Минюсте. С Кавказа оказался лишь Хубиев, да и того, по словам Трунова, сложно отнести к неблагополучным слоям общества.

"Шокирующими" назвал адвокат данные следствия об использовании Шаваевым служебного положения для осуществления терактов. Так например, по мнению работников прокуратуры, старший советник юстиции сопровождал двух других террористов, чтобы с помощью своего служебного удостоверения избавить их от возможных милицейских проверок. Трунов подчеркнул, что именно действия Шаваева не позволили правоохранительным органам предотвратить совершение терактов.

Выйти на "оборотня в погонах" следствию удалось лишь после того, как дело о взрывах в Москве в июне 2006 года объединили с делом о взрывах на остановках общественного транспорта в Воронеже Именно арестованный 8 мая 2005 года по "воронежскому" делу Понарьин выдал следствию своих подельников.

Он же сообщил и о том, что организатором взрывов в Воронеже и Москве был Николай Кипкеев, который также как Хубиев и сам Понарьин был членом так называемого "карачаевского джамаата". Кипкеев, по словам Понарьина, стал случайной жертвой взрыва у метро "Рижская". Он сопровождал смертницу к месту теракта, однако та испугавшись милиционеров у входа в метро, взовала бомбу раньше времени.

Петр Пархоменко