Письма мертвых людей

Ценнейшее собрание автографов продано с молотка

В Лондоне 3 июля 2007 года на аукционе Christie's было продано несколько сотен писем знаменитостей - от королевы Елизаветы I до Уинстона Черчилля, от Александра Пушкина до Альберта Эйнштейна. О существовании удивительной коллекции автографов стало известно только за несколько недель до торгов, но ажиотаж это собрание успело вызвать изрядный.

Собиратель

Пятьсот с лишним писем были собраны за 32 года швейцарским финансистом и юристом Альбином Шрамом. О тайной страсти к автографам знаменитостей он не рассказывал никому. После смерти Шрама в 2005 году наследники обнаружили в подвале его дома картотечный шкаф, который стоял между стиральной и сушильной машинами. В нем оказались рукописные страницы, отсортированные скорее по размеру, нежели по дате или предмету. Родственники Шрама рассудили, что речь идет о чем-то необычном и редком, и пригласили для экспертизы документов сотрудницу дома Christie's Сюзанну Моррис. Впоследствии мисс Моррис рассказала, что никогда не видела столь богатой коллекции вне стен государственных учреждений - библиотек или архивов.

Альбин Шрам, уроженец Праги, сын промышленника, был призван 17-летним юношей в 1943 году в войска вермахта, в конце войны недолго пробыл в советском лагере для военнопленных под Кенигсбергом, затем смог вернуться в Вену. В Австрии он получил юридическое образование, работал в государственных учреждениях, а потом решил заняться финансами и переехал в Лозанну. Письма исторических деятелей он начал собирать в 1973 году. Его первой покупкой было послание Наполеона будущей жене Жозефине Богарне, написанное генералом еще до свадьбы, а второй - письмо Жозефины после развода в 1807 году. Шрам бывал на всех европейских аукционах, где продавали автографы, и упорно торговался за нужные ему документы, часто скрываясь под псевдонимом Анри. Страсть Шрама была странной: он не только никому не сообщал о своих приобретениях, но даже не пытался каталогизировать купленное. Но какой-то метод в его собирательстве был: он не покупал случайные документы, он целенаправленно искал письма конкретных людей. Так, незадолго до смерти он разослал запросы с намерением приобрести автографы президента Ричарда Никсона, поэта Уолта Уитмена и чешского героя-полководца XVII века Яна Жижки.

Наследники коллекционера, узнав о предварительной стоимости собрания по оценке Christie's - четыре миллиона долларов, не колеблясь, выставили письма на торги. И не прогадали: собрание принесло им 7,7 миллиона долларов.

Герои

Судя по экспертным оценкам Christie's, аукционисты ожидали, что наибольший интерес у покупателей вызовет письмо английского поэта XVII века Джона Донна, адресованное леди Кингсмилл с пространными соболезнованиями в связи с кончиной ее мужа. Однако оказалось, что участники торгов больше всего жаждали заполучить письмо Наполеона Жозефине. В нем будущий консул и император Франции слал невесте, с которой бурно поругался накануне, "три поцелуя - один в сердце, один в губы и один в глаза". За письмо сражались несколько покупателей, и, в конце концов, его обладателем стал торговавшийся через интернет азартный коллекционер, заплативший за два десятка строк и клякс более полумиллиона долларов. Год назад в Москве письмо Наполеона Жозефине, датируемое 1796 годом, ушло с молотка за 120 тысяч.

Оживление другого рода вызвало сообщение о том, что в коллекции Шрама находится последнее письмо Махатмы Ганди, написанное им за 19 дней до гибели от руки религиозного фанатика. В семистраничном послании Ганди разъяснял своему корреспонденту важность мирного сосуществования в Индии представителей разных вероисповеданий. Индийские власти обратились к наследникам Шрама и дому Christie's с просьбой не выставлять письмо на торги и изъявили готовность выкупить его. Обстоятельства предстоящей сделки пока не известны, но лот Ганди действительно был снят с торгов.

Любопытно было бы узнать, кто купил письмо Пушкина 1831 года за 290 тысяч долларов. Небольшая записка адресована барону Розену, издателю альманаха "Альциона". В письме Пушкин упомянул о намерении работать над вторым изданием "Бориса Годунова". Текст этого документа известен по копии Розена, поскольку к нему была приложена маленькая трагедия "Пир во время чумы".

Еще один "русский" лот тоже пользовался большим спросом на Christie's: это автограф рукописи Казимира Малевича о супрематизме. Неизвестный приобрел документ за 314 тысяч долларов.

Самое удивительное в коллекции Шрама - это ее представительность. В его собрании оказались письма и рукописи едва ли не всех знаменитостей XIX века и очень многих значимых фигур предыдущих столетий. Можно наугад назвать практически любое имя, и оно окажется в каталоге Шрама: Толстой, Достоевский, Лермонтов, Тургенев, Чехов, Шопенгауэр, Ньютон, Казанова, Джойс, Моне, Диккенс, Елизавета I, Кальвин, Вольтер, Конан-Дойль, Хемингуэй, Эйнштейн.

Все это богатство, плод одной упорной страсти, разлетелось теперь по десяткам, если не сотням, частных архивов. Такие собрания, как коллекция Шрама, появляются раз в несколько десятилетий, и, вероятно, собирателям исторических автографов придется долго ждать, чтобы заполучить доступ к аналогичному "кладу".

Юлия Штутина