Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

Джимми аль-Картер

Бывший президент США поверил в ХАМАС

Джимми Картер решил тряхнуть стариной. Подзабытый было американский экс-президент-миротворец со стажем снова вышел на тропу войны за мир на Ближнем Востоке. Не обремененный высоким статусом или какими-то обязательствами, он решил взвалить на себя самую неприятную часть работы – переговоры с теми, с кем говорить на Западе считается зазорным, а именно – с лидерами ХАМАСа.

Что именно подвигло бывшего президента на этот шаг, остается предметом споров. Одни говорят, что Картер на старости лет решил заняться самопиаром, другие уверены, что бывший фермер показал свою истинную антисемитскую сущность, третьи полагают, что скучающий на пенсии нобелевский лауреат и правда хочет добиться мира на Ближнем Востоке.

Как бы то ни было, назвать его некомпетентным в ближневосточных делах никак нельзя - именно ему в 1978 году удалось помирить трижды воевавшие Египет и Израиль, а это дорогого стоит.

Тогда мало кто верил в достижение мирного соглашения. Тем не менее, Джимми Картеру и его соратнику Збигневу Бзежинскому удалось уговорить стороны сесть за стол переговоров. Израиль тогда вернул египтянам Синай, а взамен получил если не доброе к себе отношение, то хотя бы мир. Причем, несмотря на все разногласия и взаимные претензии, войн между двумя этими странами больше не было. На тот момент Египет был врагом Израиля, самым сильным и, пожалуй, самым ненавистным. Разговаривать с Каиром не желали ни в Иерусалиме, ни в Вашингтоне. Но усилия Картера привели к тому, что Египет стал единственной арабской страной, признавшей еврейское государство.

Возможно, экс-президент рассчитывает, что и на этот раз ему удастся провернуть нечто подобное. Но на этот раз задача куда сложнее, чем в конце 1970-х.

"Переговоры с террористами" – именно так многие в Израиле и США называют встречи Картера с лидером ХАМАСа Халедом Машалем, которые прошли в Дамаске 19 апреля. С точки зрения критиков, бывший президент делает то, чего делать нельзя в принципе. Общественное мнение в этих странах весьма негативно настроено в отношении подобных консультаций.

Действия Картера расцениваются как косвенная легитимация преступной организации, выведение ее из числа террористических и создание ей респектабельного имиджа. Родственников сотен жертв, погибших в результате организованных ХАМАСом терактов, такое развитие событий не устраивает. С ними солидарны и большинство жителей Израиля.

Переговоры бывшего американского президента с лидерами группировки осудили на официальном уровне и в Иерусалиме, и в Вашингтоне.

Осудить переговоры с представителями Преисподней – труда не стоит. Куда сложнее предложить альтернативу, особенно если населенная арабами значительная территория по соседству с Израилем находится под управлением ХАМАСа.

Именно этим, похоже, и обусловлен живейший интерес, с которым израильские, а вместе с ними и западные СМИ следят за беседами "частного лица Джеймса Эрла Картера с главарями террористической банды ХАМАС".

В прессе этим консультациям заранее был выставлен "неуд" за неэтичность, циничность, пренебрежение моралью и памятью жертв террора. Однако во всех комментариях к новостям о переговорах сквозит надежда – дескать, "а вдруг что выгорит из этой затеи?"

Но нет, не выгорит. Картер – уже не президент США, ХАМАС – не монолитная организация, да и сама Палестинская автономия (формальная сторона переговоров с Израилем) – не государство и даже не единое политическое образование.

Картера палестинцы беззастенчиво используют, не без основания полагая, что встреча с ним может повысить их статус в мире. Машаль с удовольствием встретился с Картером, но тут же выдвинул совершенно невыполнимые для Иерусалима условия начала переговоров – полное перемирие в секторе Газа и на западном берегу Иордана, освобождение заключенных палестинцев и открытие всех пограничных переходов.

Прими Израиль эти условия – через неделю-другую бомбы начнут рваться на всей территории страны.

Таким образом, дамасский лидер ХАМАСа просто попытался использовать бывшего президента США для поднятия собственного статуса, не предложив взамен практически ничего. Единственное, до чего договорился Картер, это заверения в добром здравии израильского пленника – капрала Гилада Шалита - и обещания в скором времени передать письмо от него родственникам.

Очевидно, что Машаль либо не желает мира, либо не воспринимает бывшего американского президента всерьез.

Совсем другое дело – Исмаил Хания – премьер в правительстве ХАМАСа, который руководит сектором Газа с момента переворота в июне 2007 года. Этот человек куда более склонен к компромиссам, так как перед ним стоят не только отдаленные политические и идеологические цели, но и вполне конкретные задачи – как не допустить голода среди населения и окончательного краха и без того чахлой экономики сектора.

По словам Хании, он готов просто заключить мир с Израилем – безо всяких предварительных условий и дополнительных договоренностей. Но до хамасовского премьера Картер не доехал. Может, испугался, а может, счел преждевременным – пока неясно. Возможно, дело в том, что путешествие в сектор Газа и переговоры с тамошними властями могут полностью испортить отношения Картера с Махмудом Аббасом и его администрацией.

Эти люди настаивают на том, что только они могут представлять палестинцев на международной арене, несмотря на то, что представляют лишь часть населения автономии, проживающую на западном берегу Иордана.

Палестинский раскол – это еще одно препятствие на пути Картера и его желания примирить евреев с арабами. Дело в том, что какая-либо договоренность с сектором Газа не будет считаться легитимной на Западном берегу, и наоборот. То есть любое продвижение в переговорах с ХАМАСом будет воспринято в штыки в администрации Махмуда Аббаса, как разрушающее монополию ФАТХ на общение с внешним миром.

Выходит, что начиная переговоры с исламистами, Картер ввязался в очень сложную игру. Вести диалог ему придется не с признанным на международной арене государством, как в 1978 году, и даже не с единой автономией (как во время подписания договора в Осло в 1993 году), а с двумя группами людей, соперничающими за руководство движением, отчасти контролирующим одну пятую палестинских территорий, обладающих неопределенным статусом.

Но несмотря на сложность задачи, у бывшего президента шансов добиться хоть какого-то результата все равно больше, нежели у официальных переговорщиков из западных, восточных и прочих стран, не признающих ХАМАС за реально существующую политическую (а не только военно-террористическую) силу.

Все предпринимавшиеся ранее попытки достичь компромисса между израильтянами и палестинцами неизбежно проваливались. В условиях, когда мировое сообщество поддерживает не контролирующего положение в автономии Махмуда Аббаса и ведет переговоры с его администрацией, озабоченной только распределением западной помощи по карманам лидеров ФАТХ, достижение твердого соглашения практически невозможно.

Американская "Дорожная карта", как и другие ранее принимавшиеся планы мирного урегулирования ближневосточного конфликта, наталкивается на отсутствие палестинской силы, способной отвечать за свои слова и действия. ХАМАС (при всей его никудышной репутации) в этом смысле куда более подходящий партнер для переговоров. В конечном счете, исламисты регулярно платят по счетам жизнями своих активистов, чего о ФАТХе сказать никак нельзя.

Конечно, инициатива Картера имеет мало шансов на успех. Да и мало кто заинтересован в этом. Но ее преимущество перед официальным "мирным процессом" состоит в том, что экс-президент не побрезговал залезть в забитый трупами и спекшейся кровью зловонный коллектор и поковырять там, поискать, где засор, и (по возможности) пробить его.

Измазался, конечно. Но что делать, если записные сантехники, боясь испачкаться, стоят у люка, цокают языками и лишь с опаской поглядывают вниз?

Мир00:0216 октября

Пришел и остался

Как военная операция в Сирии делает Путина новым хозяином Ближнего Востока
Мир00:0314 октября

«Мое будущее уничтожено»

Миллионы беженцев перебрались в Турцию. Теперь от них хотят избавиться