Другие планы

Каха Бендукидзе распрощался с грузинским правительством

Каха Бендукидзе не принял "утешительного приза" от бывших коллег. Занять предложенную ему должность советника премьер-министра Грузии он отказался. Бывший руководитель правительственной администрации, который, как считается, на протяжении последних лет определял экономическую политику Грузии, заявил, что намерен "полностью уйти в отставку". "Я не собираюсь быть советником премьера, у меня другие планы", - сообщил он журналистам.

Распространяться об этих планах он не стал, отметив только, что собирается заняться делами Европейской школы менеджмента (ESM) - престижного грузинского университета (акционером которого он является). Бендукидзе также заявил, что "давно ушел из бизнеса, который имел в России", и намерен и дальше жить в Грузии.

Из его заявления можно сделать вывод, что конфликт с властями в планы бизнесмена не входит. За последние полгода в открытую оппозицию к президенту Грузии Михаилу Саакашвили перешли несколько его бывших соратников, занимавших высокие посты (в частности, экс-спикер парламента Нино Бурджанадзе и бывший представитель Грузии в ООН Ираклий Аласания, которого прочат на роль объединителя оппозиционных сил).

Однако Каха Бендукидзе, ранее не скрывавший пренебрежительного отношения к противникам власти, не изменил своего мнения и после отставки. "Покажите мне оппозиционера, который больше правительства заботился бы о стране и народе. Таковых нет", - заявил он.

Когда новый премьер Грузии Ника Гилаури сообщил об отставке Бендукидзе, некоторые грузинские политологи советовали подождать дальнейшего развития событий. Каха Бендукидзе занимал в правительстве Грузии различные должности, однако, согласно распространенному мнению, даже на последнем посту главы правительственной администрации он сохранял влияние на кабинет министров. По мнению экономиста Георгия Хухашвили, уходящему чиновнику достаточно сохранить свои кадры в правительстве, чтобы его отставка оказалась "фиктивной". Хухашвили добавил, что поверит в то, что Бендукидзе потерял влияние, только если увидит его "в камере".

Причиной того, что "серый кардинал" (как называли Бендукидзе) все же покинул правительство, по крайней мере формально, большинство наблюдателей считают желание власти поправить свой имидж до наступления весны. Весной, напомним, оппозиция планирует провести очередную кампанию с требованием отставки Саакашвили. Хотя после ноябрьских митингов 2007 года противникам президента так и не удалось создать серьезной угрозы для его власти, массовые акции протеста могут стать для руководства Грузии, как минимум, серьезным поводом для беспокойства.

В этих условиях официальный Тбилиси, как считают эксперты, решил принести "жертву" общественному мнению. Кандидатуру трудно назвать случайной. По степени непопулярности и количеству критики, направленной оппозицией в его адрес, Бендукидзе может сравниться разве что с главой МВД Вано Мерабишвили. Его обвиняли в развале грузинской экономики, бесконтрольной приватизации и сотрудничестве с российскими спецслужбами. После августовской войны обвинения в контактах с "российскими оккупантами", разумеется, приобрели дополнительный вес.

Каха Бендукидзе пришел в правительство Грузии в 2004 году по приглашению тогдашнего премьера Зураба Жвании. Заняв пост министра экономики, он почти сразу объявил масштабную приватизацию. Продавать предлагалось, по его знаменитому выражению, "все кроме совести": электростанции, заводы, порты, железную дорогу, леса и прочее. Со стороны Жвании, назвавшего нового министра "экономистом мирового уровня", он получил необходимую поддержку.

Критики утверждали, что в ситуации, когда грузинские активы достаются российским собственникам, со стороны министра экономики Грузии идет целенаправленное лоббирование интересов РФ. Грузинский экономист Владимир Папава высказал мнение, что Бендукидзе создал условия для чрезмерного проникновения в республику российского капитала, когда заканчивается экономическая целесообразность и начинается реализация геополитических интересов.

Особенное возмущение в Грузии вызвали заявления Бендукидзе о возможной продаже магистрального газопровода. На трубу претендовал, в частности, "Газпром". В 2006 году, во время очередной "газовой войны", российская сторона предлагала снизить цену на топливо в обмен на какие-либо грузинские активы (в Тбилиси расценили это предложение именно как попытку завладеть газопроводом). Власти страны (президент, спикер парламента, глава правительства) тогда выступили категорически против продажи стратегического актива. Депутаты сравнили такую сделку с "продажей родины".

Реформы Бендукидзе, включавшие, в частности, сокращение числа налогов в стране и снижение налога на прибыль, обеспечили Грузии высокие показатели экономического роста. Уже по результатам 2005 года республика была признана мировым лидером по темпам реформирования экономики. В стране, как следовало из отчета Всемирного банка, стало намного легче зарегистрировать частную фирму, взять кредит и нанять сотрудников.

За минувшие годы, по подсчетам Transparency International, в стране также снизилась коррупция. В 2004 году Грузия в рейтинге этой организации занимала 136 место, а Индекс восприятия коррупции в стране составлял 2,0 балла (ИВК, напомним, оценивает ситуацию по шкале от 10 баллов (коррупция практически отсутствует) до 0 (очень высокий уровень коррупции)). А в 2008 году Грузия поднялась на 68 место, при этом ИВК составил 3,9 балла. Для сравнения: Россия за это время опустилась с 95 на 149 место, Индекс восприятия коррупции снизился с 2,8 до 2,1 балла.

Правда, за это время в Грузии, как заявляют представители оппозиции и правозащитники, укоренилась практика злоупотреблений в высших эшелонах власти. В начале 2008 года грузинский омбудсмен Созар Субари в письме к президенту отмечал, что на смену массовой коррупции пришла другая, "элитарная коррупция". Экономист Георгий Хухашвили, рассуждая на эту тему, возложил ответственность в том числе и на Бендукидзе. По его словам, министр экономики (а впоследствии - госминистр по экономическим реформам) "фактически внедрил в Грузии аналог российской олигархической системы, при которой бизнес жестко контролируется властью". Эксперт считает, что в результате экономической политики государства "были развращены и те представители власти, которые на первых порах не имели бизнес-интересов и готовы были служить идеалам революции роз". Сам Бендукидзе заявлял, что "элитарная коррупция - это выдумка безответственной оппозиции".

В грузинские СМИ нередко попадала информация о его конфликтах с другими членами правительства. Несколько лет назад он в присутствии журналистов назвал Нику Гилаури (тогдашнего министра энергетики и будущего главу правительства) "дебилом". Сообщалось и о его разногласиях с прежним премьером Григолом Мгалоблишвили. Последний, как сообщалось, отказался мириться с влиянием "серого кардинала" и попросил Бендукидзе (в то время уже главу правительственной администрации) не присутствовать на заседаниях кабинета министров.

Кстати, примерно в то же время (в конце 2008 года) министр экономического развития Лаша Жвания приостановил аукцион по продаже лицензий на добычу древесины в Грузии. Сообщалось, что это было сделано вопреки желанию Бендукидзе. Категорически против "продажи грузинских лесов" выступала оппозиция. Жвания, со своей стороны, заявил, что позиция Бендукидзе в данном случае на его решение не повлияла. Условия тендера, по его словам, "вызвали ряд вопросов".

При всех разногласиях, существовавших между Бендукидзе и другими представителями высшего руководства Грузии, очевидно, что с его уходом власти теряют одного из ключевых членов команды и высококвалифицированного специалиста. Между тем, специалисты грузинскому руководству понадобятся, учитывая, например, что в 2009 году, в условиях кризиса, Тбилиси планирует привлечь в страну иностранных инвестиций на миллиард долларов (такую сумму назвал министр экономического развития Лаша Жвания). В 2007 году, по словам Бендукидзе, иностранные инвестиции составили два миллиарда долларов. Министр, комментировавший ситуацию после скандального разгона митингов оппозиции (в ноябре 2007 года), тогда предположил, что эти события могут отпугнуть инвесторов (до южноосетинской войны было еще далеко). "Россия, у которой есть сырье и большой рынок, может позволить себе гораздо более недружественную для инвесторов атмосферу, - пояснил он. - А в Грузии рынок маленький. Если бизнес вкладывает в Грузию, то он вкладывает в комфорт. Политический и экономический".