Невыгодный оптимизм

Barclays снова уходит из России с огромными убытками

Один из самых известных британских банков - Barclays - во второй раз в своей истории объявил о намерении свернуть бизнес в России. В первый раз британцы пострадали в 1998 году от дефолта. Теперь Barclays терпит убытки от собственного оптимизма: финансовая организация, по всей видимости, так и не сможет вернуть деньги, уплаченные в 2008 году за Экспобанк. При этом британцы - вовсе не единственные, кто разочаровался в российском банковском бизнесе в последние годы.

Из-за российского дефолта 1998 года Barclays потерял более 200 миллионов фунтов стерлингов и решил свернуть операции в России. В 2000-х о дефолте стали постепенно забывать, а банковский рынок начал активно расти на притоке в страну нефтяных денег и, как следствие, потребительском буме. В результате Barclays решил вернуться в Россию, причем не просто как инвестбанк, а как розничная финансовая организация, предоставляющая частным клиентам максимальный спектр услуг.

В Barclays помнили, что в России надо быть осторожными, и поэтому, как писала газета "Ведомости", присматривались к рынку несколько лет. Результатом этого анализа стала покупка Экспобанка: в Barclays решили, что легче развивать бизнес не с нуля. Экспобанк в число крупнейших активов в стране никогда не входил, но Barclays это не смутило: сделка была заключена за 745 миллионов долларов.

Такая сумма кажется не такой уж значительной, однако Barclays за Экспобанк явно переплатил. Банковские сделки обычно оцениваются по отношению к капиталу финансовой организации. Так вот, британцы купили Экспобанк за четыре капитала. Для сравнения, в 2010 году ВТБ договорился о приобретении Транскредитбанка за 2-2,2 капитала, а мэрия Москвы в 2011 году оценила Банк Москвы в 1,3 капитала. "Коммерсантъ" 15 февраля написал, что по отношению к капиталу сделка между Barclays и Экспобанком была вообще самой дорогой в банковском секторе России за все время его существования.

Однако из посткризисного 2011 года говорить о том, что Barclays переплатил, очень легко. В начале 2008 года с его рекордным ростом нефтяных цен и общей привлекательностью России для иностранных инвесторов, связанной с политической стабильностью и отсутствием крупных экономических скандалов, такая цена казалась авансом, который должен окупиться в ближайшее время.

В 2008 году и начале 2009-го Barclays занимался завершением выхода на российский рынок, ребрендингом Экспобанка, борьбой с кризисом, определением стратегии, а в конце 2009 года британцы решили назначить на место председателя правления "Барклайс Банка" (так стал называться Экспобанк) Николая Цехомского из ВТБ. Тот перетряс команду и в середине 2010 года представил планы по развитию розничного бизнеса.

План этот заключался, прежде всего, в выдаче ипотеки и розничном кредитовании состоятельных клиентов. Barclays в России вообще был не для "народа": он изначально ориентировался на платежеспособное население, предлагая различные премиум-программы.

Планы у Цехомского были весьма амбициозными: к 2014 году он решил увеличить розничный кредитный портфель банка с двух до 50-75 миллиардов рублей, то есть вывести Barclays в число крупнейших в этом сегменте рынка.

Не получилось

В середине февраля 2011 года стало понятно, что планам Цехомского сбыться не суждено. Решение о продаже российской "дочки" было принято в Великобритании и связано не столько с деятельностью самого банка, сколько со сменой руководства Barclays и реформированием стратегии финансовой организации. Теперь Barclays, как объяснил СМИ сам Цехомский, будет развивать не розничное направление, а инвестиционное. Кроме того, банк решил избавиться от рисковых активов из-за ограничений, которые накладывают на него в Великобритании.

"Барклайс Банк" занимает не более одного процента активов всего Barclays. Но от этого продажа финансовой организации в России не будет для британцев менее болезненной. Ведь, как отмечают все без исключения деловые издания, продать "Барклайс Банк" за четыре капитала будет абсолютно нереально. А в условиях, когда актив предлагает сам акционер, дисконт может оказаться довольно значительным. "Ведомости" подсчитали, что даже при продаже банка за два капитала убыток британцев составит 500 миллионов долларов.

При этом стоит помнить, что в сумму убытков войдет не только цена, уплаченная за актив в 2008 году, но и дотации от британцев на покрытие убытков "Барклайс Банка". Как заявил Цехомский порталу Slon, в 2009 году объем этих дотаций составил больше четырех миллиардов рублей, а в 2010-м - еще около 400 миллионов рублей.

Кто именно является претендентом на актив, говорить пока рано. Понятно, что журналисты сразу же спросили Цехомского о том, не поступало ли ему предложение от ВТБ: во-первых, этот банк любит покупать все, что плохо лежит, а во-вторых, Цехомский все-таки и сам выходец из ВТБ. "У покупателя должен быть интерес и смысл в развитии бизнеса", - ответил на это топ-менеджер. У госбанка такого интереса пока, вроде бы, не наблюдается: он скупает лидеров рынка в том или ином сегменте или просто большие банки. "Барклайс Банк" не подходит ни по одному из этих критериев: как и Экспобанк, он занимает место в начале второй сотни российских банков по объему активов.

Тенденция

История с продажей "Барклайс Банка" - это не только история про то, как один британский банк в очередной раз неудачно вложил деньги в России. На самом деле Barclays - наиболее яркое свидетельство уже сложившейся тенденции бегства иностранцев из российского банковского сектора.

Бегство это паническим назвать нельзя, однако в последние годы все больше и больше иностранцев, которые были привлечены в российский банковский сектор в середине 2000-х годов, решили, что делать бизнес в России слишком рискованно.

"Коммерсантъ", например, пишет, что голландский Rabobank, который получил лицензию ЦБ на открытие дочернего банка, решил ею не пользоваться, а оставаться в России только в качестве представительства для голландских клиентов. По словам сотрудников пресс-службы Rabobank, их основными направлениями в ближайшие годы будут Китай, Индия, Бразилия и США, но никак не Россия.

В середине 2010 года американский Morgan Stanley избавился от своего "Городского ипотечного банка", продав его "Восточному экспрессу". Тот же "Восточный экспресс" в конце года выкупил у Santander, одной из крупнейших европейских банковских структур, ЗАО "Сантандер Консьюмер Банк", который испанцы сделали на базе Экстробанка, купленного в 2008 году. Santander хотел с помощью своей "дочки" развивать в России рынок автокредитов, но вынужден был приостановить выдачу займов из-за кризиса.

Список можно было бы продолжать и далее: например, в 2009 году о намерении существенно сократить активность в России заявляли в голландском ING Bank. Шведский Swedbank тогда же, судя по сообщениям информагентств, также планировал частичный выход из России - правда, сейчас он все еще работает под своим брендом.

Еще одна сделка с участием иностранного банка, которая пока не состоялась, - выход из России бельгийской KBC Group. В 2007 году она купила 95 процентов акций "Абсолют банка", но в 2010 году заявила, что готова закрыть бизнес в России.

На этом фоне выделяются два наиболее освоившихся на российском рынке иностранных банка. "Юникредит Банк" и "Райффайзенбанк" входят в десятку крупнейших банков по объему активов и пока, вроде бы, никуда из России не собираются. "Юникредит" даже, наоборот, назывался в числе потенциальных претендентов на покупку Банка Москвы (сама итальянская "дочка" это опровергала) и на участие в Почтовом банке (а этого она не опровергала).

Но даже несмотря на устойчивость этих двух банков и ряда других поменьше, тенденция среди иностранцев сложилась вполне четкая. Особенно она выделяется на фоне инициатив правительства по привлечению зарубежного капитала в Россию.