Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

Сумбурный кинопраздник

33-й ММКФ завершился вполне успешно

33-й Московский международный кинофестиваль завершился так же резко, как и начался, оставив после себя странное и неоднозначное ощущение. Организаторы по-прежнему сами не знают, чего хотят от фестиваля, при любом удобном случае пафосно называемого фестивалем класса "А", что, однако, не мешает зрителю получать удовольствие от просмотра (пусть и довольно мрачного) кино.

Немного о плохом

Начнем, разумеется, с плохого. При всей помпезности и показном богатстве Московский фестиваль переживает кризис самоидентификации, главной причиной которого, пожалуй, является стремление киносмотра всячески соответствовать заявленному в названии статусу международного. Переживает он уже этот кризис довольно давно, и, как показал последний ММКФ, конца и края этому кризису не видно.

Взять, например, фильм, открывший этот самый фестиваль "Трансформеры 3: Темная сторона Луны" Майкла Бэя. Никто не спорит, что в своем жанре это отличное кино, которое доставит зрителям тонну бездумного удовольствия, а создателям принесет сотни и сотни миллионов долларов прибыли. Однако, что, простите, делает этот фильм с художественными достоинствами кирпича на фестивале, который при любом удобном случае называет себя фестивалем класса "А"? Нет, конечно, известные фестивали не гнушаются выбирать в качестве фильма открытия что-нибудь понятное зрителю - так было, например, с "Робином Гудом" Ридли Скотта (Канны, 2010 год) и пиксаровским "Вверх" (Канны, 2009 год), - однако разве историю про шарики и одинокого деда можно сравнивать с приключениями детских игрушек-переростков?

Единственное логичное объяснение выбора жюри (и того пиара, который совершенно бесплатно устроили блокбастеру многие СМИ, объявив премьеру чуть ли не главной победой российского кинематографа) - стремление привлечь на фестиваль мировых звезд, которые не особо рвутся посетить престижнейший фестиваль в Москве. А так получилось под шумок привезти Джона Малковича (которому по такому случаю вручили приз за вклад в мировой кинематограф) и звезд величиной поменьше. Кто знает, может и ретроспектива несравненной Хелен Миррен была устроена только затем, чтобы завлечь актрису в Москву.

Другая трудность, связанная со статусом, - подбор фильмов для основной программы. В интервью "Российской газете" Кирилл Разлогов так описал процесс отбора в этом году: "Главный его интерес в том, что он получился разноплановым, даже конфликтным. Обычно конкурсы строятся из картин политкорректных, никого не шокирующих и способных всем нравиться. Мы пошли по другому пути, который мне кажется более интересным, - намеренно взяли картины, которые кого-то будут шокировать, а у кого-то, напротив, вызовут восторг, но в любом случае привлекут интерес. Фестиваль крайностей."

Тот факт, что фестиваль по сути объявляет своей основной миссией шокирование людей, не говорит ничего хорошего о его перспективах. Стремление демонстрировать крайности - верный путь превращения во второсортный, вызывающий презрительную ухмылку у профессионалов кинопоказ, своего рода газету "Твой день" от мира кино. Для фестиваля с такой историей, как у ММКФ, это будет, по крайней мере, обидно.

Много о хорошем

Конечно, фестивалю можно предъявить еще множество претензий разной степени серьезности - дорожка все такого же отвратительного зеленого цвета; на церемонии закрытия приз лучшему актеру уронили и сломали, а Никита Михалков запутался в показаниях, объявив, что 33-й ММКФ посетило 60 тысяч зрителей, что на 10 тысяч больше, чем в прошлом году - хотя в прошлом году говорили о ста тысячах зрителей. Несмотря на это ММКФ до сих пор ухитряется быть, пусть и неоднозначным, сумбурным, невнятным, но, в первую очередь, праздником кино. Вот и в этом году, несмотря на уже упоминавшийся кризис самоидентификации, фестиваль в очередной раз (быть может, неосознанно) продемонстрировал, что является окном в большой мир для значительного количества восточноевропейских кинематографистов.

Например, Польша в этом году представила сразу две очень сильные картины. Одна, "Именем дьявола", рассказывающая на основе реальных событий об истории женского монастыря под руководством возомнившего себя Мессией священника. Режиссера фильма Барбару Сасс уже поспешили назвать наследницей Вайды и Занусси. Вторая - это "Иоанна" Феликса Фалька, за роль в котором Урсула Грабовска получила "Серебряного Георгия" как лучшая актриса.

Также жюри не обошло вниманием главный шок-фильм конкурсной программы - "Месть. История любви" Чин-По Вонга, который был назван лучшим режиссером. За этим фильмом, как и за любой хорошей картиной, стоит настоящая история. Исполнитель главной роли Джуно Мак - сын гонконгского миллиардера, начинающая поп-звезда, которого обвиняют в том, что его диски скупает собственный отец, а "фанатам" платят деньги, чтобы они ходили на концерты. Именно Мак задумал этот кровавый и местами, как и многое современное азиатское кино (ср. название с "Сочуствием к госпоже Месть"), невыносимый фильм, исполнив в нем главную роль.

Главное, однако, что несмотря на кичливую крайность в подборе программы, главный приз получил медитативный, неторопливый фильм "Волны" испанца Альберто Мораиса. В центре сюжета - путешествие главного героя в исполнении Карлоса Альвареса-Новоа (это его приз сломали на церемонии закрытия) в городок Аржель, где когда-то останавливались испанцы, бежавшие от гражданской войны. Лагерь беженцев, особенно после захвата Франции нацистами, напоминал скорее концлагерь, где тысячи гибли от голода и эпидемий. Главный герой, переживший этот ужас, несмотря ни на что на старости лет решает вернуться в эти места. Этот же фильм получил приз Международной федерации кинопрессы (ФИПРЕССИ).

Еще одной победой здравого смысла стал проигрыш российской картины "Шапито-шоу", удостоившейся от жюри специального приза. Фильм Сергея Лобана (того самого, который снял "Пыль") заявлялся как лента-откровение, где нескольких историй должны были быть переплетены в сложный сюжет. Как оказалось, фильм, несмотря на колоссальный хронометраж в 3 часа 40 минут ("Властелин колец" нервно курит в сторонке), представляет собой пусть и неплохой, местами даже довольно оригинальный, кинокапустник, в котором объектом банального и довольно незлобного стеба становятся самые разнообразные темы - от двойников Цоя до интернет-зависимости.

Бессодержательность и отсутствие какой-либо осмысленной авторской позиции или сюжетных коллизий не помешало многим поспешить объявить фильм шедевром, поэтому российский фильм запомнится хотя бы скандалом. Это же касается и второго фильма-участника конкурсной программы от России - "Сердца бумеранг" Николая Хомерики. Фильм был неоднозначно воспринят критиками, а сам Хомерики, по словам Валерия Кичина, пришел на собственную пресс-конференцию в неадекватном состоянии, чем и запомнился.

Что касается программы "Перспективы", то там победителем стала литовская лента "Анархия в Жирмунае". В этой программе российский фильм "Баги" Андрея Богатырева, претендующий на титул высказывания о судьбе поколения, удостоилась только упоминания. Отдельно хотелось бы отметить отлично зарекомендовавшую себя программу документального кино. Победителем в этой категории стала лента "В ад и обратно" Данфунга Денниса, рассказывающая о штурме американцами базы талибов. В рамках этой же программы был показан фильм "Сенна" о легендарном гонщике "Формулы 1".

Маленькие радости простого зрителя

Что касается внеконкурсной программы, то она в этом году принесла зрителям немало сюрпризов. Так, в рамках ММКФ состоялась российская премьера "Бобра" - нового фильма Джоди Фостер с Мелом Гибсоном в главной роли. Этот фильм, обделенный вниманием прессы, по мнению многих стал своего рода возвращением на экраны актера после скандала с его бывшей подругой Оксаной Григорьевой. Из-за этого скандала фильм мог не выйти вообще, однако, в конце концов Фостер сумела убедить Summit Entertainment выпустить картину.

В центре сюжета фильма - руководитель компании по производству игрушек, который впадает в депрессию и начинает общаться с миром только посредством надетого на руку игрушечного бобра. Отзывы критиков о картине были в целом положительны, и вообще приятно, что организаторы фестиваля не забыли про такое простое и близкое обычному зрителю кино.

Другим интересным событием стал показ "Меланхолии", который прошел с аншлагом - днем билеты на вечерний сеанс уже было невозможно приобрести, это при условии, что тот же "Бобер" демонстрировался при почти полупустом зале. Разумеется, после скандала с нацистскими высказываниями Ларса фон Триера внимание к этой медитативной картине о конце света было, мягко говоря, повышенным, однако подобное стремление приобщиться к современной (пусть и довольно скандальной) классике видеть было довольно приятно.

Помимо "Меланхолии" и "Бобра" можно также отметить показ черно-белого "Артиста", за участие в котором Жан Дюжарден получил приз как лучший актер, а также "Субмарину" Ричарда Айоэйда, собравшую неплохие отзывы на "Санденсе".

Вместо заключения

Несмотря на то, что возглавляемое Джеральдиной Чаплин жюри раздало награды преимущественно мрачным картинам, обделив таких участников как сербский фильм "Монтевидео - божественное видение" (лента рассказывает об участии команды Югославии в первом чемпионате мира в Уругвае) и итальянская почти комедия "Легкая жизнь", фестиваль в целом удался. Хочется надеяться, что в будущем организационные проблемы будут решены и российский фестиваль приобретет свое собственное лицо, не растеряв при этом ощущение праздника.

Культура00:0114 октября

Галактика в опасности

Этот российский фильм 6 лет снимают на бюджетные деньги. Он стоит миллиард и не окупится
Культура00:0211 октября

Скандал на оба ваши дома

Как обвинения в харассменте и коррупции изменили Нобелевскую премию