Изнанка новостей

Чем стал документальный проект "Срок" за полгода

Алексей Пивоваров, Павел Костомаров и Александр Расторгуев рассказали о том, что случилось с документальным проектом "Срок" за полгода его существования. На встрече со зрителями и журналистами в "Центре DOC" (центр документального кино, созданный бывшими журналистами НТВ Катериной Гордеевой и Софьей Гудковой) авторы "Срока" показали несколько новых роликов, еще не опубликованных в Сети. И поведали, как из фильма об оппозиции вырос самостоятельный формат "документальных новостей".

Создатели "Срока", прежде всего, представили зрителям и журналистам трейлер будущего фильма. В его основе - материалы, собранные Пивоваровым, Костомаровым и Расторгуевым в течение последних нескольких месяцев. Трейлер начинается с первого опубликованного ролика "Срока" (он сразу принес проекту славу): это задержание Алексея Навального на "Марше миллионов" 6 мая 2012 года. А заканчивается сюжетом о "Русском марше" 4 ноября 2012-го. Между этими двумя акциями прошло ровно полгода, за которые идея проекта "Срок" серьезно изменилась - не без влияния происходивших вокруг событий.

Журналист Пивоваров познакомился с режиссерами-документалистами Костомаровым и Расторгуевым в марте 2012 года. Уже в апреле они приступили к сбору материала для будущего фильма. В мае режиссеры выложили ролики еще неготового "Срока" в Сеть: материал был слишком горячим, чтобы "мариновать" его до выхода фильма, поясняют авторы. За полгода на канале проекта в ютьюбе было опубликовано более 240 роликов; причем снимали их самые разные режиссеры - они сами вызвались работать вместе с Пивоваровым, Костомаровым и Расторгуевым. В общей сложности ролики набрали уже около семи миллионов просмотров. За это время "Срок" превратился в своего рода документальный сериал о крупных и мелких и (преимущественно) общественно-политических событиях России. А поскольку концентрация и частота таких событий из-за проснувшегося протестного движения существенно возросла, сериал стал "бессрочным".

Пивоваров, Расторгуев и Костомаров не отказались от идеи полнометражного фильма, но сейчас, по их собственному признанию, это не приоритетная задача. Освещая происходящее вокруг практически в ежедневном режиме, они выработали новый формат - "документальные новости". Алексей Пивоваров считает, что "Срок" - это "знакомство с новостями второго уровня": люди, которым уже известен новостной контекст из СМИ, смотрят ролики "Срока", чтобы понять, "как это было на самом деле".

Интересно, что таким "вторым уровнем" проект является не только по отношению к печатным и интернет-СМИ, но и к телеканалам. Авторы "Срока" избегают стандартного телевизионного подхода и стандартной картинки: чаще всего их интересует не столько сам инфоповод, сколько его изнанка - реплики людей, частные беседы, события, из которых создается куда более живая картина происходящего; это не сухой пересказ новостных фактов. Иными словами, об акциях оппозиции Пивоварову, Костомарову и Расторгуеву важнее рассказать не картинкой со сценой на митинге, а устами маленького ребенка, который спрашивает маму, зачем та предлагает ОМОНовцу задержать их вместе с остальными участниками.

Иногда авторы "Срока" и вовсе пренебрегают привычными новостными поводами, увлекаясь созданием портретов интересных им людей. Хотя "Срок" анонсировался как фильм о лидерах протеста, как попытка разобраться, "куда они ведут нас" и "к чему зовут", очень скоро, по словам Пивоварова, он обрел свою собственную логику. Героями "Срока" стали и обычные оппозиционеры, и люди на улицах, и даже сторонники власти.

Эти портреты часто оказываются ярче и интереснее обычных новостей. Какая еще статья (или даже интервью) создаст в пятиминутной зарисовке такой исчерпывающий образ бывшего главы Росмолодежи Василия Якеменко - шагающего с засученными штанинами, что символично, по болоту; обаятельно улыбающегося и помогающего девочке-режиссеру выбраться из трясины; цинично рассуждающего о том, что большую часть людей в России не беспокоят политзаключенные, как не беспокоит их и собственная свобода; собирающего веник из конопли и одновременно иронизирующего по поводу приговора Таисии Осиповой?

Главное нововведение и особая привлекательность "Срока" - вот эта максимальная близость к персонажам, позволяющая забыть о том, что между ними и зрителем существует объектив камеры, а герои говорят в радиопетлички. Персонажи "Срока" часто либо общаются напрямую с человеком, держащим в руках камеру, либо наоборот - напрочь забывают о его присутствии, погружаясь в свои мысли и дела, разговаривая с третьими лицами и даже ругаясь матом. Такое доверие между режиссером и его героями (помощники Пивоварова, Костомарова и Расторгуева настаивают, что они именно режиссеры, а не операторы) является, по словам авторов "Срока", непременным условием работы над проектом. Как считает Александр Расторгуев, это редкий талант, даже дар - суметь так расположить к себе человека, чтобы он перестал закрываться перед камерой. Действительно: глядя, например, на молодого режиссера Зосю Радкевич, ученицу Марины Разбежкиной, с дредами и шапкой с прорезями под балаклаву, сложно представить, как именно ей удалось найти общий язык с Якеменко, чтобы снять его весело рассуждающим о легализации марихуаны.

Несмотря на пристальное внимание к отдельным персонажам, Пивоваров, Костомаров и Расторгуев сохраняют важную для новостников объективность и отстраненность: неслучайно к "Сроку" с подозрением относятся как многие сторонники оппозиции, так и властные структуры. Первые считают его проплаченным Кремлем проектом, придуманным, чтобы подобраться поближе к лидерам протеста и представить потом на них компромат. Вторые - называют "Срок" проектом оппозиционным, вроде передач телеканала "Дождь".

Именно это сочетание - отстраненность плюс одинаковый документальный подход к жизни героев с разной политической ориентацией - и сделало проект "Срок" таким значительным событием в российской журналистике. Однако оно же сыграло и против его авторов: в октябре 2012 года кадры из "Срока" были использованы сразу в двух фильмах федеральных каналов, направленных на разоблачение оппозиции - "Провокаторах-3" Аркадия Мамонтова ("Россия-1") и "Анатомии протеста-2" (НТВ). Создателям этих фильмов вряд ли когда-нибудь удалось бы подобраться так близко к лидерам протеста. Откровенный материал, собранный "Сроком" и помещенный в новый контекст, использовали для дискредитации оппозиционеров.


Павел Костомаров, Алексей Пивоваров и Александр Расторгуев. Фото ИТАР-ТАСС, Александра Мудрац

Пивоваров, Костомаров и Расторгуев бороться с таким "цитированием" своей работы пока не могут: ролики выкладываются в интернет в свободном доступе, защитить проект в суде почти невозможно. Однако, как намекнули режиссеры, с нового года "Срок", вероятно, будет существовать уже в новом формате - они надеются, что это поможет решить вопрос с защитой авторских прав, а заодно и предупредить возможные финансовые трудности, ведь пока этот недешевый документальный проект создается на собственные средства режиссеров.

Завершая встречу в "Центре DOC", режиссер Александр Расторгуев посетовал на то, что на встрече увлеклись техническими тонкостями создания фильма - и так мало обсуждали ситуацию в стране, которая, на его взгляд, "динамично сваливается в фашизм": "Мне обидно, потому что пока мы хвалим друг друга за нашу политическую зрелость и активность, абсолютно забитый, оболганный народ, у которого все последнее время из-под носа воровали жизнь и который ни одно правительство <...> никогда не просвещало, этот униженный и обобранный народ обязательно устроит кровавую баню. Что-то устроит".

Камера документалиста, по мнению создателей "Срока", как раз и берет на себя функцию прояснения происходящего вокруг, превращения ситуации в стране из невидимой в видимую. И в этом прояснении Алексей Пивоваров, Павел Костомаров и Александр Расторгуев даже не пытаются прибегать к сложной символике: так, трейлер будущего фильма завершается кадрами с "Русского марша" под крики "Это наш город, наша страна! Русский порядок или война!" и сюжетом про белоленточных активистов, мирно прощающихся друг с другом словами "Россия без Путина" - "Воистину без Путина".