В плену «резиновой хрени»

МХТ сделал из Оскара Уайльда политическую сатиру на современную Россию

Игорь Миркурбанов в роли Лорда и Марина Зудина в роли Миссис Чивли в сцене из спектакля «Идеальный муж. Комедия»
Фото: Сергей Пятаков / РИА Новости

Февраль оказался необычайно богат громкими премьерами и первоклассными актерскими работами. Критика говорит даже о некоем прорыве, о совершающемся у нас на глазах «театральном ренессансе». В театре Вахтангова сыграли долгожданного «Евгения Онегина» в постановке Римаса Туминаса с Сергеем Маковецким в главной роли. В театре имени Пушкина питерский режиссер Юрий Бутусов поставил пьесу Бертольда Брехта «Добрый человек из Сезуана». Александра Урсуляк, сыгравшая в этом спектакле проститутку Шен Де, — это актерский прорыв, превосходящий самые смелые ожидания.

Но главным событием месяца стал все же «Идеальный муж. Комедия» Константина Богомолова, смелое политическое высказывание и эстетическая провокация молодого режиссера. «Идеальный муж» МХТ имени Чехова — это свободный монтаж из произведений Оскара Уайльда, Шекспира, Гете, Чехова, Сорокина, рок-оперы «Юнона и Авось», русского шансона, популярных рекламных роликов и невесть чего еще — всего не перечислишь. И если раньше подобное жонглирование текстами грешило у Богомолова всяческими неувязками, сюжетными и смысловыми, то в этот раз все бесконечно ветвящиеся линии к финалу сходятся, а темы внятно перекликаются друг с другом. Диву даешься, как ладно легкие уайльдовские парадоксы звучат из уст блатного папаши, бывшего фронтовика и патриота (Александр Семчев). И как идут трем гламурным девицам с досадным провинциальным говорком реплики чеховских трех сестер. До Москвы сестры так и не доехали, зато Ольга из Ростова, Ирина из Минска и Маша из Гжели здесь устроились отлично, одного им не хватает: очень хочется работать.

В своем «Короле Лире» (петербургский театр «Приют комедианта», 2011 год), также смонтированном из самых разных литературных фрагментов, Богомолов был еще скован шекспировским сюжетом, силясь навязать ему свою концепцию. Ни Шекспиру, ни Богомолову это на пользу не пошло: спектакль тот получился очень умозрительным. В этот раз режиссер становится полноценным автором. Полностью отрываясь от первоисточника и лишь используя фрагменты чужих текстов для собственного высказывания, он явно делает шаг вперед.

Политические спектакли — а «Идеального мужа» следует отнести к этой категории — у нас нередко сочиняются режиссерами самостоятельно. Так, «Circo Ambulante» театра Наций — это вольная фантазия Андрея Могучего на тему «Дон Кихота», а «Берлуспутин» Театра.Doc — изобретательно адаптированный к местным условиям балаганный фарс итальянского драматурга Дарио Фо, в котором жестоко высмеивается Сильвио Берлускони. Режиссер Варвара Фаэр заново придумывает его вместе с актерами Сергеем Епишевым и Евдокией Германовой.

Богомолов сочиняет ядовитый социальный памфлет, который метит в правящую элиту и продажных духовных лидеров дерзко и напрямую, а заодно подвергает испытанию стереотипы зрительского восприятия. Здесь и отец Артемий (Максим Матвеев), автор новой версии песенки «С чего начинается Родина», благословляющий все махинации своих духовных чад. Он отечески берет детдомовскую сиротку за подбородок, но не может удержаться, чтобы со сладострастием не провести ей пальцем по губам. И сцена усыновления сиротки Васи одиноким геем. Директриса приюта привычно предлагает ему взять 12-летнего: они нынче быстро созревают. И Путин с Медведевым во время горнолыжного спуска в Сочи. И придворный художник (Роза Хайруллина), пишущий портрет Дориана Грея, читай Путина, желающего всегда оставаться молодым. За это его тот же час одаривают ключами от Феррари, а когда на портрете начинают проступать черты порока и злодеяний — бесшумно убирают. И упырь-священник под песню Окуджавы с чавканьем сжирает труп «последнего русского интеллигента».

Актеры с удовольствием швыряют в зал всем известные имена и названия: говорят о деликатесах из ресторана «Пушкин» или о приятной жизни в шикарном комплексе «Алые паруса». А на экранах по многу раз возникает довольное лицо Михаила Пореченкова, рекламирующего майонез «Ряба», и загадочная Наоми Кэмпбелл, изображающая легенду Цветного. В спектакле Богомолова, сшитом на живую нитку, отвергнуты все театральные конвенции — вместо эзопова языка иносказания, принятого в нашем политическом театре, здесь звучит прямое высказывание. И зрители, радуясь узнаванию, в то же время шалеют от эдакой неведомой на Руси свободы.

От салонной комедии Оскара Уайльда Богомолов оставляет только исходную коллизию и несколько диалогов: авантюристка миссис Чивли грозит разоблачением сэру Роберту Чилтерну, крупному государственному деятелю с безупречной репутацией. Стремясь осуществить выгодный ей проект, она шантажирует его неким письмом, подтверждающим государственную измену, с которой когда-то началась его блестящая карьера. В спектакле Чилтерн становится министром-геем Робертом Терновым (Алексей Кравченко), а миссис Чивли (Марина Зудина) превращается в Миссию Чивли, хозяйку фирмы по производству «резиновой хрени».

Во что бы то ни стало Лора Чивли должна выиграть государственный тендер на изготовление своей продукции, что полностью зависит от Роберта. Однако интересы ее фирмы пересекаются с интересами жены министра Гертруды, из года в год «выигрывающей» этот тендер. Миссия давит на Роберта, проповедующего высокие духовные идеалы и, между прочим, борющегося с гей-парадами, при помощи жуткого компромата — видеозаписи его любовных утех с популярным артистом.

Не станем пересказывать фантастические подробности этой интриги. В отличие от легкой и поучительной развязки Оскара Уайльда, где порок наказан, а добродетель торжествует, тут дело кончается парным самоубийством любовников (по всем правилам постмодернистской игры Богомолов не обходится здесь без аллюзий на финал «Ромео и Джульетты»). И каждому зрителю самостоятельно решать: то ли это лихо закрученная, комедийная мочиловка а-ля Тарантино, то ли мелодрама, вызывающая подлинное сопереживание.

Несмотря на все расхождения с Уайльдом, одну из главных идей спектакля Богомолов все же заимствует из его комедии вместе с формулировкой. Она оказывается удивительно созвучной сегодняшнему дню: «Если человек не может, по крайней мере, два раза в неделю разглагольствовать о нравственности перед обширной и вполне безнравственной аудиторией, политическое поприще для него закрыто».

В спектакле есть целый ряд ярких актерских работ: помимо Розы Хайруллиной, играющей в «Идеальном муже» сразу несколько ролей, настоящей музы Богомолова и постоянной участницы всех его постановок, здесь хороши и Марина Зудина в роли прожженной интриганки, и Дарья Мороз — бизнес-леди Гертруда Тернова, и Сергей Чонишвили, блестяще читающий фрагмент из «Дориана Грея», и особенно Игорь Миркурбанов в роли короля русского шансона с темным прошлым киллера и сценическим именем Лорд.

Окружающий нас политический балаган с его безобразным, прямо-таки гротескным ханжеством давно просился на сцену. Богомолов нашел ему адекватную, острую форму. В его иронии хорошо не только зубоскальство, есть в ней и нечто очистительное, изгоняющее наружу многих наших бесов. Ведь как учил Брехт, непревзойденный гений политического театра — обличая пороки, не оставляй зрителя в безнадежной растерянности, а дай понять, что их можно одолеть.

Культура00:0116 ноября

Отказались возбуждать

Год назад актрисы объявили войну голливудским насильникам. Хуже стало всем