Город-стройка, город-мечта

Сочи за год до Олимпиады: репортаж «Ленты.ру»

Строительство Олимпийской деревни в Сочи
Строительство Олимпийской деревни в Сочи
Фото: Павел Копчинский / Reuters

Ровно через год в середине февраля в Сочи зимняя Олимпиада будет в самом разгаре. Сейчас Сочи — это город-стройка, где бетономешалок на улицах больше, чем маршруток. Центр города практически перестроен, причем это не гостиницы, а жилые апартаменты премиум-класса. Местные гражданские и политические активисты иронизируют, что именно тут будет жить российская чиновничья элита, когда ей закроют въезд в Америку и Европу.

До Олимпиады еще год, но горожан она уже утомила: они устали от постоянных строек и перекопанных улиц, а их надежды подзаработать на Олимпиаде, похоже, терпят крах. Многие опасаются, что будет еще хуже и после Игр Сочи станет не по карману тем небогатым российским туристам, которые ездили сюда все последние годы. Глобальные изменения, которые сейчас переживает Сочи, явно не для обычных граждан.

Мы в компании с сочинским активистом-экологом Давидом Хакимом и зампредом городского отделения «Яблока» Ольгой Носковец спускаемся к морю, проходя мимо парка «Ривьера». Эти несколько сотен квадратных метров еще хоть как-то напоминают тот Сочи, где почти каждый житель страны хоть раз да проводил отпуск. Из парка доносится бессмертная Still Lovin` You группы Scorpions. В уличной кафешке под песни Modern Talking коротко стриженные парни в черных куртках и тренировочных штанах тихонько разговаривают за жизнь. «Меня тут все спрашивают, кого ждешь: пацана или девчонку. А я так скажу: лишь бы не рыжий родился и не от мента», — говорит один другому.

Останавливаемся у парапета напротив пансионата «Кавказская Ривьера». Ольга в свободное от политики время работает экскурсоводом — места выбирать умеет. Пансионат этот в советское время был одним из самых престижных. В 1990-е с ним чего только не происходило. И эксцентричному бизнесмену Владимиру Брынцалову «Ривьера» принадлежала (и формально до сих пор принадлежит), и горела несколько раз. Сейчас это просто безжизненный набор каменных и бетонных конструкций без единого целого стекла. Ольга говорит, что ожидания сочинцев от Олимпиады-2014 чем-то похожи на это разрушенное здание с богатой историей.

Последний раз я был в Сочи летом 2007 года. В мертвую пробку на Курортном проспекте можно было попасть хоть в три часа дня, хоть в три часа ночи. Электричество отключалось примерно раз в два дня. По переполненной сочинской набережной можно было гулять, только крепко сжимая бумажник в кармане — чтобы не украли. Расплатиться с официанткой в кафе можно было лишь поймав ее в толпе за руку; она благодарно обсчитывала тебя в ответ на пару сотен рублей. При этом жители города гордились страной, гордились собой и прикидывали, как они на Олимпиаде, которая в июле 2007 года досталась Сочи, заработают. Автобусные остановки были обклеены объявлениями о продаже квартир в пятиэтажках по ценам, иногда превосходящим московские.

Ольга Носковец подтверждает: в момент объявления о проведении Олимпиады в Сочи что-то такое екнуло. «Я, как представитель туриндустрии, подумала: ну, мы свое срубим!» Спустя пять с лишним лет горожане поняли — срубить не получится. Срубили на Олимпиаде совсем другие люди, а малые предприниматели и арендодатели-индивидуалы еще и в проигрыше остались. Дело в том, рассказывают Носковец и Хаким, что состав приезжающих сюда отдохнуть очень сильно изменился за последние годы. Средний класс отправился в Европу и вообще по всему миру. Те, кто хоть раз побывал в Турции и Египте, сравнили соотношение цены и качества услуг и в Сочи больше не вернутся.

Сюда сейчас ездят небогатые бюджетники, жители райцентров и небольших городов. Несколько суток в плацкартном вагоне и отдых в обычной съемной квартире — максимум, что они могут себе позволить. И уж тем более разбрасываться деньгами они не умеют, потому что разбрасываться, собственно, нечем. С каждым годом поток даже таких туристов, по ощущениям сочинцев, все меньше — какой смысл ездить отдыхать на стройку. Вечерами лета 2012 года даже по набережной можно было гулять себе спокойно, хотя все предыдущие годы тут было не протолкнуться. Да теперь и делать тут рядовому отдыхающему особо нечего. Кафешки с названиями вроде «Прибрежное» или «Шашлычный дворик» стремительно исчезают. А в рестораны, где подают свежих устриц в чаше со льдом, туристы из райцентров не пойдут.

Это главный парадокс нынешнего Сочи. Отдыхать и после Олимпиады сюда приедут небогатые, а строящаяся в бешеных количествах инфраструктура — она даже не для среднего класса. Сочи сейчас — это город-стройка, где бетономешалки ездят наперегонки с маршрутками. Прибрежная полоса застроена десятками высотных зданий, причем в массе своей это не гостиницы для болельщиков, а роскошные жилые комплексы в 20-30 этажей с банями, бассейнами, фитнес-клубами и свободной планировкой квартир. То есть запасаться элитной недвижимостью можно уже сейчас. Стоимость квартиры площадью 55-60 квадратных метров в среднем варьируется от 7 до 9 миллионов рублей. Даже достроенные высотки выглядят нежилыми. Одну из них, выполненную в форме носовой части океанского лайнера, местные жители недобро прозвали «Титаником». «В Америку уже сейчас не всю нашу элиту пускают. Закроют еще Европу, и вот все эти казнокрады к нам и поедут», — резюмирует Носковец.

Социальное жилье тоже строится и в районе прибрежного Олимпийского парка, и в Красной поляне. На время Олимпиады квартиры будут гостиничными номерами, а после их планируется раздать ждущим своего еще с советских времен очередникам. Правда, как рассказывают, им придется выполнить еще два условия — отработать на Олимпиаде волонтерами и вступить в «Единую Россию».

Все, кто иронизирует про зимнюю Олимпиаду в субтропиках, пожалуй, заблуждаются. Кататься на коньках или играть в хоккей в закрытом зале можно и при плюс 15 на улице. А снег в горах Красной поляны бывает даже в начале лета. Олимпийские объекты вполне себе строятся, и никаких оснований утверждать, что они не будут готовы в срок, нет. В Киеве прошлым летом стадион за два дня до футбольного Чемпионата Европы докрашивали и в порядок приводили — ничего, прошел чемпионат. Скорее всего, и здесь будет что-то похожее. Работы ведутся и в выходные. В Олимпийском парке наряду со стадионом, большой и малой спортивными аренами ударно строятся сразу два православных храма. Дорожные развязки или уже эксплуатируются, или скоро будут достроены. Одну из них, украшенную огромными олимпийскими кольцами с названиями континентов мне удалось изучить особенно детально: в пробке на ней мы стояли минут сорок. И это несмотря на выходной день. В Красную поляну (направление, вообще-то, тупиковое) будут вести аж три дороги и пустят аэроэкспресс из аэропорта (в целом тоже достроенного). Экспрессы до вокзала в Сочи уже ходят шесть раз в день, но отчего-то не пользуются популярностью: по пять-шесть человек в вагоне.

Экологи ненавидят строителей за полный провал декларированного ими безотходного строительства. Свалка в поселке Уч-дере — высотой с десятиэтажный дом, она нависает над поселком, подтапливаемая дождями. Мухи круглый год. Отходы смываются в море, и вода там бывает черного цвета и специфического запаха. Мне рассказали, что хозяин какого-то местного пансионата то ли по глупости, то ли из ненависти к людям даже рекомендовал туристам в этом море купаться. Мол, пахнет оно так же, как и знаменитые целебные воды в Мацесте.

Правозащитники (и все горожане без исключения) обвиняют многочисленных подрядчиков и субподрядчиков в использовании труда нелегальных мигрантов. Только правозащитников волнуют права мигрантов, а горожане их просто боятся, не любят и винят в росте преступности. Если выйти из электрички в Адлере, пройти метров семьсот по рельсам и шпалам мимо строящегося огромного вокзала (выйти в старый из-за стройки практически невозможно), а потом перейти на свой страх и риск лишенную переходов улицу Ленина, то можно попасть в маленький офис правозащитной сети «Миграция и право».

Сеть организовал центр «Мемориал», отделение в Адлере открылось специально под Олимпиаду в прошлом году. «В ФМС мне рассказывают, что на стройке трудится 16 тысяч иностранных граждан, но я им не верю, потому что точно знаю: нелегалов там порядка 50 тысяч», — рассказывает мне координатор сети Семен Симонов. Живут мигранты, по его словам, в вагончиках или бараках прямо на стройке, зарабатывают от 7 до 20 тысяч рублей в месяц, тогда как рабочий из России — 25-40 тысяч рублей в зависимости от квалификации. Симонов рассказывает, что он с помощниками распространяет на стройках листовки на четырех языках: русском, узбекском, таджикском и киргизском. Потом звонят и приходят в офис мигранты, жалуются, что работают без трудовых договоров и получают копейки. По словам Симонова, правозащитники провели уже несколько успешных встреч с подрядчиками и добились соблюдения прав рабочих. «Особенно много нарушений при строительстве пресс-центра и гостиницы, где будут жить журналисты», — говорит мне Симонов с невольным укором.

Я спрашиваю, а что он сам думает об Олимпиаде и ее проведении. «Хорошо, что инфраструктура обновляется, — говорит правозащитник. — Ведь с 1930-х годов многое не ремонтировалось. Только вот этой инфраструктуры как-то пугающе много. Здесь же было тихое курортное место. Зеленое. А сейчас даже запаха зелени нет. Раньше все возмущались [сочинской] гостиницей «Москва», мол, высокая она, весь облик портит. Теперь это даже смешно. Такое ощущение, что они эту Олимпиаду для себя делают, не для людей».

Олимпиада сделала с жителями Сочи удивительную вещь: гражданская активность (в основном неполитическая) здесь развита на порядок больше, чем в любом провинциальном городе России. По пути из Адлера мы заезжаем в Кудепсту. Здесь местные жители протестуют против строительства теплоэнергостанции. В 2007 году она каким-то образом попала в список олимпийских объектов, но потом все же ее оттуда вычеркнули. Местные как один говорят, что нужды в станции никакой: она только уничтожит природу. Проблемы же с отключением электричества в Сочи не потому, что мощностей мало, а потому что инфраструктура изношена.

Кудепстинская ТЭС пока состоит из синего забора, которым огорожена территория ее возможного строительства. Мост, ведущий к воротам, завален камнями и автомобильными покрышками. У моста построен небольшой домик, где круглосуточно дежурят активисты. Если появится строительная техника, местные готовы бросаться под колеса. «Чума для нас эта ваша Олимпиада», — говорит мне один из главных противников строительства ТЭС, председатель кудепстинского совета территориального общественного самоуправления Игорь Васильев — пожилой мужчина в камуфляжной одежде. «Тысячи людей с насиженных мест согнали. Сколько рабочих мест могли бы дать нам, а не приезжим — приезжие-то тихие, а мы ведь и на митинг выйдем, если обманут. Что с этими дворцами ледовыми делать потом, не знает никто. Не котируются у нас на юге зимние виды спорта. Не люблю я на коньках кататься и не умею. Я плавать люблю», — рассуждает Васильев.

На народный сход собирается в итоге человек тридцать. Лидер сочинского «Яблока» Владимир Кемаев убеждает всех, что его партийная принадлежность — дело десятое, главное — строительства ТЭС не допустить. Затем он зачитывает партийное заявление. О том, что Олимпиада — несомненное благо — стала для жителей бедствием. Спорт был использован в коммерческих и политических целях. И так далее. «Это все хорошо, только какие новости про ТЭС?» — прерывает его один из пришедших.

А вечером мы встречаемся в одном из баров с Александром, Павлом и Томасом. Они — самый что ни на есть средний класс. Молодые, но уже имеющие опыт предприниматели и юристы. В баре они обсуждают дальнейшую стратегию влияния на администрацию города и предприятие «Кубаньэнерго». «В декабре наш прекрасный город, если сверху посмотреть, был похож на гигантскую елочную гирлянду. То один район погаснет, то другой. Новый год без света тысяч пятьдесят горожан встречали», — рассказывает Томас. Активисты скоординировались через социальные сети и провели несколько флешмобов. То к мэрии со свечами выходили, то к офису «Кубаньэнерго». И так как на звание политической оппозиции они никак не претендуют, власть вступила в переговоры. Активисты вспоминают, что один раз свет на улице погас прямо во время флешмоба, еще раз — во время переговоров с «Кубаньэнерго» и чиновниками. Причем было это в здании местного отделения «Единой России».

Павел рассказывает, что один его знакомый сочинский чиновник предложил сравнить график отключений света с расписанием тестовых соревнований, которые сейчас начались на более или менее достроенных объектах. «Увидишь немало совпадений», — якобы сказал он. Жена Томаса спрашивает мужа, зачем он за немалые деньги купил в дом автономный генератор, тот отнекивается. Во время блэкаутов некоторые многоэтажные дома становятся похожими на ульи, а именно — жужжат. Это автономные генераторы на балконах работают. «Вопрос, что делать, мы, конечно, не решим — возможности не те, — объясняет мне тактику инициативной группы Александр. — Поэтому давим на вопрос, кто виноват». Он показывает мне копию письма в Следственный комитет РФ с просьбой возбудить против «Кубаньэнерго» и администрации города уголовные дела по нескольким статьям УК РФ. Среди них —злоупотребление полномочиями, халатность, прекращение энергоснабжения, приведение в негодность объектов жизнеобеспечения.

По словам Павла, с 2012 года подключаться к энергосетям могут только олимпийские и социально-значимые объекты. Многочисленные новостройки же подключают, скорее всего, по олимпийским спискам. А что, ведь будут там жить во время Олимпиады туристы — значит, и объект олимпийский. «Скорей бы уже все это закончилось. Весь город пострадал, — сетует Павел. — Это уже не курорт, а непонятно что. Для туристов все дорого, качество сервиса не улучшилось. И самое главное, после Олимпиады про нас с нашими маленькими проблемами забудут вообще все!». «Во-от, — поворачивается к жене Томас. — Вот поэтому я и купил генератор».

В воскресенье вечером впервые за все выходные, что я провел в Сочи, заработал сотовый телефон у главной местной противницы Олимпиады Натальи Калиновской. Дело в том, что света у нее не было и телефон зарядить было негде. Эколог, помощник депутата Госдумы от КПРФ Сергея Обухова, Калиновская боролась за права расселенных жителей Имеретинской долины, выступала на экологических и политических митингах. Сейчас же дошло до того, что на нее и группу соратниц подал иск в суд Олимпстрой.

Калиновская живет в совхозе «Россия» — это на самой границе с Абхазией — и говорит, что здесь лучшая на Черном море береговая линия: больше ста метров в ширину, галька чередуется с песком. А в планах у Олимпстроя сделать тут набережную. Проще говоря, бетоном все залить. При этом Олимпстрой никак не может раздобыть и предъявить суду разрешительную документацию на строительство. Поэтому начавшийся в декабре суд переносился уже несколько раз, ближайшее заседание намечено на 19 февраля. Калиновская же утверждает, что документация просроченная, а местами и подложная: несколько кадастровых документов подписаны не в Москве, а в мэрии Сочи, которая не имеет права распоряжаться местами общего пользования. Ну и, хоть Калиновская прямо об этом не говорит, понятно, что от превращения пляжа в набережную пострадают все местные жители, сдающие комнаты туристам.

«Мне очень жалко мой город, мне очень жалко людей, которые ездили к нам и знали, что за 200-300 рублей в сутки у них будет крыша над головой и море рядом, — говорит она. — Мне очень жалко природу: под спортивные объекты изначально отводили 860 га земли, а теперь открыто говорят, что застраивают две тысячи. Оставьте нас в покое, не толкайте нас в политику, нам не нужны ваши деньги. Я пять лет дышу цементом, хотя вы в своих документах обещали, что я буду видеть из окна озера для перелетных птиц».

***

Когда я вошел в ресторан при гостинице, за единственным занятым столиком жестикулировал и разговаривал вполголоса сам с собой мужчина. Я подошел и спросил, нужна ли помощь. Мужчина оказался итальянским бизнесменом по имени Алессандро. «Я очень люблю русских людей, но многое не понимаю, — говорил он мне, и у него явно накопилось. — Я не понимаю, как вы будете проводить эту Олимпиаду. Вот я сижу в этом ресторане, здесь никто из персонала не говорит по-английски, а своего заказа я жду уже сорок минут».

Подошедшая официантка действительно причиняла Алессандро только дополнительные неудобства: она говорила с ним по-французски, который он понимал с огромным трудом. «Еще я не понимаю, как можно было посадить в тюрьму этих трех девушек из Pussy Riot, но это другое, — говорил он, прожевывая принесенное наконец-то мясо. — В вашей стране, я повторю, живут прекрасные люди, но происходит слишком много странного и плохого». Я как сумел успокоил итальянца, сказал, что это Россия, она такая. И Олимпиада пройдет, куда она денется. А что до обслуживания, то это sochy-style, тут всегда так было. Алессандро уже было успокоился, но тут ему принесли счет, из которого следовало, что за порцию ребрышек, бокал красного вина, бутылку воды и чашку эспрессо он должен порядка восьмидесяти долларов.

Обсудить
00:06 2 декабря 2016

«По-другому было и нельзя»

Как потомки сотрудников НКВД оценивают деятельность своих родственников
В Россию вернулся «Прогресс»
Кто виноват в падении «Прогресса» и почему это — приговор космической отрасли
Карающее воспитание
За что здоровых детей отправляли в сумасшедший дом
Четыре мужика в одной палатке
Какие прелести таит продолжение японской культовой ролевой игры Final Fantasy XV
Чужими молитвами
В Лос-Анджелесе наградили лучшие видеоигры и показали будущие бестселлеры
BEVERLY HILLS, CA - OCTOBER 04:  Internet personality Casey Neistat accepts the First Person award onstage the 6th annual Streamy Awards hosted by King Bach and live streamed on YouTube at The Beverly Hilton Hotel on October 4, 2016 in Beverly Hills, California.  (Photo by Mike Windle/Getty Images for dick clark productions)Закрой канал, я ухожу
Почему интернет-звезды отказываются от миллионов и завязывают с YouTube
«Это кот или кошка в мешке. Надо вживую на людей смотреть»
Как найти себе пару и не стать жертвой мошенников на сайтах знакомств
Владимир Познер«Я за сопротивление хамству, бескультурью и мракобесию»
Владимир Познер о духовных скрепах, байкере Хирурге и поиске национальной идеи
Дмитрий МедведевПо секретным каналам
Где раскрываются тайны российской политики
Не просто терминал
Самые красивые аэропорты мира
Дешево, но не сердито
Как выглядят лучшие хостелы России
Характер нордический
В Эстонию за салакой, немецкой стариной и наследием Российской империи
Вот так фокус
Победители народного выбора фотоконкурса Wildlife Photographer of the Year
«Вы приехали»
Длительный тест Toyota Camry с «Яндекс.Навигатором»
Безумные трюки грузовиков Volvo
Самые необычные видеоролики с грузовиками Volvo
Выбираем лучший компактный седан
Длительный тест Octavia, Elantra, Corolla и Mazda3
Как полиция перехватывает машины
Полицейские лайфхаки или 8 инновационных способов остановить преступника
Конец близок
Уходящий 2016 год может стать последним для ипотеки
Лестница в ад
Неприглядная правда об интеллигентных обитателях центра Москвы
Да он упоротый просто
Самые странные дома мира в фотографиях из Instagram
Худо будет
Москвичи тратят миллионы на квартиры, в которых невозможно жить