Сияет и звучит

Группа «Внутреннее сгорание» как лучший гитарный дебют года

«Внутреннее сгорание»
«Внутреннее сгорание»
Фото: предоставлено группой

В 1860 году во Франции был сконструирован первый двигатель внутреннего сгорания. Спустя век и еще пару десятилетий в Великобритании зародился пост-панк. К исходу нулевых XXI века два этих исторических факта пересеклись и слились воедино в Санкт-Петербурге — в группе «Внутреннее сгорание». На рубеже 2013-го музыканты под руководством бывшего гитариста Tequilajazzz и S.P.O.R.T., звукорежиссера Олега Баранова выпустили свой дебютный альбом «Решето». Теплота сгорания человеческого сердца преобразовалась в механический пост-панк — тут-то и заискрило.

Объяснять особо ничего и не нужно, «Сгорание» попадает в цель сходу. И дело не в романтичном названии, от образности которого не устоит на ногах меланхоличная тщедушная молодежь, или модном стиле (если бы пост-панк не изобрели британцы, то это, несомненно, сделали бы русские). Скорее это точно уловленное настроение. Тут даже необязательно вслушиваться в тексты, хоть музыканты и утверждают обратное. Мелодия сама тебя поведет куда нужно и все расскажет и объяснит. Это музыка, вобравшая в себя все чувства и переживания простого человека, всю широту и скованность его души. В ней одновременно сошлись красота и трагизм, радость и боль, величие и бессмысленность нашего современного бытия. Холостой выстрел в вечность — эта характеристика уже от самих авторов. Так оно и есть. Впрочем, не боясь громких слов, скажем, что все это не мешает «Внутреннему сгоранию» оставаться лучшим гитарным дебютом года на российской сцене.

Кстати, удивительным образом «Сгорание» напоминает о культовой, яркой и недооцененной ленинградской группе конца 1980-х «Петля Нестерова», подтверждая старый тезис, что сегодня тот же день, что был вчера ничего не исчезает. Лучшие традиции Петербурга бережно хранятся из поколения в поколение, на уровне генофонда.

«Лента.ру» послушала альбом «Решето», выбрала самые удачные треки из него и попросила авторов и исполнителей Антона Сыркина и Тимура Каримова их прокомментировать.

Антон Сыркин: Классический пост-панк, как мы его понимаем. Вся песня построена на басовом рифе, въедливом и мною очень любимом. Ну и на тексте, разумеется.

Тимур Каримов: Вообще, конечно, слушать и воспринимать альбом лучше всего целиком. Для меня он стал единым целым еще в период работы в студии. «Тени» — песня параноика, которая обрела второе рождение после записи альбома. Она мало изменилась по своей структуре, но стала намного глубже по звучанию и впечатлению.

Антон Сыркин: Одна из тех песен, текст и мелодия которых пришли ко мне как бы сразу, то есть я ничего там не создавал, не искал, не мучился, как иногда бывает. А просто успел записать текст, который как бы открылся мне, и наиграть на гитаре гармонию, которую услышал. Так что и смысла в этом тексте, конечно, искать не надо. Это описание психоделического опыта в чистом виде. Вернее попытка.

Тимур Каримов: Достаточно старая песня, звучание которой мы искали несколько лет, и наконец она зазвучала так, как нам нравится. Для меня «Зима» — гимн величия бессмысленности, песнь освобождения, если так можно сказать. Светлая песня! Были люди, услышавшие в припеве слова, которых там нет: «Семья это звучит!»

Тимур Каримов: Это эксперимент коллективного студийного творчества. Она получилась с ковбойско-вестерновскими нотками, психоделичной в парадоксальной противоположности исполнения, текста и гитар. Мы до сих пор не пришли к единому мнению, как играть ее на концертах. Особенно восхищают литавры!

Антон Сыркин: Песня, написанная мною несколько лет назад. Глупейшая, как мне теперь кажется. Посвящение или скорее обращение, даже молитва Белой Богине! Я изначально довольно скептически относился к идее включить ее в альбом, но ребятам нравилось ее играть, и мы решили попробовать. А в процессе записи и особенно сведения весь скепсис как ветром сдуло. Благодаря в первую очередь Олегу Баранову эта песня получилась одной из самых красиво аранжированных на пластинке, как мне кажется.

Тимур Каримов: Песня, как выяснилось, понятная большинству неискушенной публики. Одна из узнаваемых, востребованных что ли... Простая, трагичная, как и все наше творчество. А в чем трагедия, вы спросите? Наверное, в недостижимости желаний.

Тимур Каримов: Нравится мне прежде всего тем, что по звучанию и настроению получилась близкой к одной из моих любимых групп Bauhaus. Маниакальность, направленная внутрь себя. Самопожирание — наполнение этой песни и в тексте, и в музыке. Вообще, конечно же, музыка наших песен неразрывно связана с текстами.

Антон Сыркин: Про музыку Тимур очень хорошо сказал — ни добавить, ни убавить. Текст написан мною под впечатлением от стихов Введенского и Озерского. Опять таки благодаря Олегу песня сильно видоизменилась по звучанию в процессе записи. Открылись новые, невидимые раньше нами ее грани.

Целиком послушать и скачать альбом «Решето» можно здесь или здесь.
Московская презентация диска состоится 5 марта в клубе «16 тонн».

Обсудить
«Зеленый профессор Саша»
Ультраправых в Австрии одолел потомок беженцев из России
Маттео РенциNo, синьор Ренци!
Итальянские избиратели не поддержали реформы премьер-министра
Пекин«Все меньше остается от старого Пекина»
Как меняется жизнь китайской столицы при Си Цзиньпине
Франсуа ФийонПравый друг
«Пророссийский кандидат» Франсуа Фийон — фаворит президентской гонки во Франции
Пикник на обочине
Испытываем «арктические» пикапы Toyota Hilux, у которых 10 колес на двоих
Тест: у каких малолитражек суперкары воруют фонари
Сможете ли вы узнать автомобиль по задней светотехнике
Тест нового корейского бизнес-седана
Длительный тест Kia Optima нового поколения
Когда, кому и за что дарили автомобили?
Fiat для девушки Playboy, Hyundai для «Мисс Россия 2016» и Porsche для тренера по борьбе
Горите в аду
Получить имущество по наследству становится все труднее
Лестница в ад
Неприглядная правда об интеллигентных обитателях центра Москвы
Пассажиры в зале ожидания в аэропорту СочиКвартирный вопрос их испортил
Как обманывают приезжих нечистоплотные москвичи
Худо будет
Москвичи тратят миллионы на квартиры, в которых невозможно жить