Если близко воробей, мы готовим пушку

Российскую полицию заподозрили в приватизации насилия

Фото: Александр Куров / ИТАР-ТАСС

Частные охранные предприятия и народные дружинники вот-вот получат право охранять покой российских граждан наравне с полицией. За это выступают как представители МВД и миграционной службы, так и депутаты Госдумы и власти отдельных российских регионов. Есть, однако, все основания полагать, что Кремль не так уж заинтересован в том, чтобы лишиться монополии на насилие, как это может показаться на первый взгляд.

В начале марта в московскую полицию обратился глава частного охранного предприятия (ЧОП), сообщивший о пропаже из комнаты хранения оружия трех пистолетов и патронов к ним. Оружие пропало после того, как ночью в офис ЧОПа к сотруднику предприятия заходил его знакомый из Молдавии, который, видимо, и прихватил пистолеты. Теперь полиция готовит документы, необходимые для лишения этого предприятия лицензии, однако рынок частной охраны исчезновение конкурента вряд ли заметит.

Сегодня в России, по данным МВД, действуют более 24 тысяч частных охранных предприятий, сотрудниками которых числятся около 650 тысяч человек. Под их охраной находятся сотни тысяч самых разнообразных объектов — от детских садов и магазинов до офисов и промышленных предприятий. По оценкам Общероссийского профсоюза негосударственной сферы безопасности (НСБ), всего в этой сфере задействовано более двух миллионов человек, включая обслуживающие деятельность ЧОПов организации.

Далеко не все сотрудники ЧОПов, впрочем, являются подтянутыми мужчинами с опытом работы в силовых структурах. Среди них нередки как пожилые люди, которые не столько охраняют объекты, сколько присматривают за ними, так и те, кто просто не сумел с большим успехом распорядиться своими способностями. Не слишком-то грозной эту армию делает и российское законодательство, которое напрямую ограничивает возможности охранников по вторжению в те сферы, где аналогичными функциями наделены органы власти. Кроме того, за деятельностью охранных предприятий следит полиция, и в 2010-2012 годах она значительно ужесточила этот контроль. Но вскоре все может измениться: МВД предлагает дать частникам целый ряд послаблений, которые якобы позволят сотрудникам ЧОПов работать с большей эффективностью.

14 марта первый заместитель главы МВД Александр Горовой, в частности, предложил наделить сотрудников ЧОПов правом досматривать и задерживать нарушителей общественного порядка и преступников. Горовой пояснил, что в ходе реформирования системы МВД было сокращено 20 процентов личного состава ведомства (на 1 января 2012 года — 1,1 миллиона человек) и что ведомство испытывает «определенные трудности в вопросах профилактики, предупреждения и раскрытия преступлений». Заместитель министра также добавил, что в ближайшее время подразделения вневедомственной охраны МВД «уйдут» с коммерческих объектов из-за сокращения их численности, а частные охранные предприятия должны будут «максимально оперативно занимать освобождаемые места».

После того как на слова Горового скептическими статьями отреагировал ряд ведущих российских СМИ, МВД выступило с уточнением. Замначальника Главного управления ведомства по обеспечению охраны общественного порядка Леонид Веденов пояснил, что ведомство лишь предлагает расширить полномочия сотрудников ЧОПов на охраняемых объектах, а не наделять их абсолютным правом задержания и досмотра. «Иначе мы с вами действительно можем получить ситуацию, когда, скажем, все входящие в кинотеатр будут поголовно досматриваться частными охранниками с выворачиванием карманов», — сказал Веденов.

Поспешность, с которой полиция бросилась уточнять слова заместителя министра, легко объяснима. При упоминании подобных инициатив нередко возникает впечатление, что государство, отказываясь от монополии на насилие, то ли создает еще одно орудие для «демократического» подавления всевозможных массовых выступлений, то ли просто намерено передать дубинку в руки некомпетентных и далеко не всегда психически адекватных людей. Кроме того, очевидно, что в случае наделения частных охранных предприятий полномочиями, которыми ранее обладали лишь полицейские, под вопросом оказываются дееспособность и эффективность самой полиции.

Действительно, в последние годы государство все чаще обращается за поддержкой к частным и общественным формированиям охранников, так что заявление Александра Горового укладывается в логику подобных перемен. Еще в 2009 году «Лента.ру» писала об инициативах, регламентирующих организованное сотрудничество обычных граждан и полицейских ради поддержания общественной безопасности. В 2012 году охранять порядок в Краснодарском крае начали казачьи дружины, и этот опыт пытались перенять в других частях страны, в том числе в Москве и Подмосковье. Кроме патрулирования вместе с полицией общественных мест казаки занимаются еще и борьбой с нелегальной миграцией.

С инициативой по созданию православных народных дружин время от времени выступает РПЦ, а миграционная служба (предельная численность штата — 37 342 человек), которая, как и МВД, не справляется с наплывом мигрантов, требует организовать особые миграционные патрули. Если учесть, что в такие дружины и патрули охотно вступили бы так называемые православные активисты (или, если воспользоваться менее политкорректным языком, обыкновенные фундаменталисты), а также ксенофобы и националисты всех мастей, то становится понятно, почему полиция не слишком-то радуется такой перспективе, а мэр Москвы Сергей Собянин и вовсе призывает не допустить создания «этнических» патрулей.

Процессы разгосударствления сферы общественной безопасности совпали с целым рядом инициатив, призванных эту сферу, наоборот, регламентировать. Так, в марте на рассмотрение Думы был внесен законопроект, который устанавливает штраф в размере от пятисот до 2,5 тысячи рублей за невыполнение законных требований народного дружинника или внештатного сотрудника полиции. И хотя самим дружинникам в случае превышения полномочий закон также сулит наказание, очевидно, что таким образом власти прежде всего подталкивают «частников» к применению силы. В то же время правовое поле негосударственной сферы безопасности, в рамках которого вынуждены оперировать всевозможные чоповцы и дружинники, сегодня скорее напоминает рваное одеяло, чем единый для всех, четкий и понятный свод правил. На федеральном уровне, к примеру, деятельность народных дружин до сих пор никак не регламентирована, хотя сами дружины множатся, как грибы после дождя.

Само по себе привлечение гражданского общества и частных компаний к охране общественного порядка — в принципе, инициатива вполне разумная, однако без учета множества нюансов она может не только поставить под угрозу законные права граждан, но и спровоцировать многочисленные общественные конфликты. Российская полиция зачастую предстает в СМИ эдаким пугалом, и, надо сказать, не без оснований. Но в российском обществе, испытывающем кризис доверия и расколотом на многочисленные фракции, делегирование полицейских функций представителям частного (общественного) сектора приведет к еще большему напряжению. Действительно, мало кому понравится, если на выходе из магазина его захочет обыскать некий посторонний субъект, которому кажется, будто из кармана покупателя торчит незаконно вынесенный шоколадный батончик.

Есть, однако, все основания полагать, что государство на самом деле совершенно не намерено расставаться с монополией на насилие (то есть оно готово принять помощь граждан, но не позволит им потеснить силовиков). Такие действия, особенно в условиях, когда значительная часть общества ставит под вопрос саму легитимность государственной власти, представляются неразумными. Поэтому власть, напротив, будет стараться всеми доступными способами зарегулировать данную сферу, так как никакие стихийные движения самообороны государство категорически не устраивают — из-за их неподконтрольности. Дело в том, что следующим логическом шагом на этом пути будет полная легализация оружия, а этого власти не хотят и не могут допустить. И это, пожалуй, лучше всего свидетельствует о том, что в ближайшее время самостоятельности российскому сектору негосударственной сферы безопасности не видать.