Кострома mon agent

Городская прокуратура устроила охоту на НКО: репортаж «Ленты.ру»

Заседание «Костромского центра поддержки общественных инициатив»
Заседание «Костромского центра поддержки общественных инициатив»
Фото: официальная страница «Центра» в Facebook

16 мая в Костроме продолжится суд над некоммерческой организацией (НКО) «Костромской центр поддержки общественных инициатив», которую прокуратура заставляет назваться «иностранным агентом». Первое заседание состоялось еще в конце апреля и закончилось промежуточной победой защиты, так как прокурор города под давлением ходатайств адвоката сам попросил отложить рассмотрение дела.

«Кострома опять впереди планеты всей», — с изрядной долей самоиронии писала о давлении городской прокуратуры на местные НКО костромская газета «Ва-банкъ». Несмотря на то что первый штраф за нарушение новой редакции закона «О некоммерческих организациях» был наложен на ассоциацию «Голос» в Москве, газета назвала свою статью «Город иностранных агентов». Такое прозвище Кострома получила после того, как прокурор города в апреле не только направил в суд дело против «Костромского центра поддержки общественных инициатив», но и вынес местному Комитету солдатских матерей предостережение о недопустимости нарушения закона. Корреспондент «Ленты.ру» на месте выяснял, как Кострома превратилась в форпост борьбы государства с «иностранными агентами».

На выборах не наблюдать

На втором этаже деревянного дома в двух шагах от центральной площади исторического центра Костромы арендует офис местный Комитет солдатских матерей (КСМ). В небольшой комнате в тесноте сидят врач-консультант, юрист и председатель. Летом 2012 года КСМ получил грант от американского Национального фонда в поддержку демократии (NED). На 26 тысяч долларов в КСМ приобрели нетбук, компьютер, фотоаппарат и продолжили бесплатно помогать призывникам.

Американский грант КСМ получает второй год подряд, и раньше это никого не смущало. Но все изменилось, когда в прошлом ноябре приняли скандальные поправки в закон об НКО, обязывающие такие организации ставить на себя метку «иностранного агента», если они получают финансирование из-за рубежа и при этом занимаются политической деятельностью. Весной 2013 года по всей России прокатилась волна прокурорских проверок, и стало ясно, что понятие «политической деятельности» трактуется государством максимально широко. В офис Комитета солдатских матерей прокуратура пришла 10 апреля, а через пять дней его председателя Ирину Резникову вызвали на беседу и вручили ей предостережение. «В прокуратуре не нашли расхождений гранта с нашей уставной деятельностью, к этому претензий нет. Основанием для предостережения явилось то, что наши люди участвовали в выборах наблюдателями, что, по мнению прокуратуры, является прямой политической деятельностью», — объясняет Резникова.


Несколько сотрудников КСМ работали наблюдателями на выборах 2011 года, о чем организация сообщила грантодателю в ежеквартальном отчете о своей деятельности. Он-то и стал счастливой находкой для прокуратуры в ходе проверки. Юрист КСМ, решительно отказавшийся представиться, объясняет включение в отчет информации о выборах в Госдуму условиями грантового соглашения с NED. «Одной из частей отчета является ситуация в городе, которая повлияла или могла повлиять на нашу деятельность», — говорит он. В тексте соглашения действительно говорится, что «получатель [гранта] должен оперативно уведомлять фонд обо всех тем или иным образом значимых проблемах или изменениях, которые могут повлиять на успешное выполнение проектных мероприятий и достижение поставленных целей».

Неясно, насколько нарушения на выборах в Госдуму могут повлиять на деятельность Комитета солдатских матерей, но, видимо, в КСМ решили отчитаться перед грантодателем по максимуму, чтобы NED вдруг не лишил комитет денег. «Вся страна кипела, а те, кто был наблюдателями, выполняли свой гражданский долг — и свою работу, конечно, обобщили и заложили в отчет», — вспоминает Резникова. Эта симпатичная пожилая женщина стала невольной заложницей ситуации. Довольно известная в рамках Костромской области экологическая активистка возглавила КСМ только в марте 2013 года после смерти предыдущей председательницы Нины Тереховой. «Они пишут, что есть основания полагать, что я буду готова к повторению правонарушения, хотя я даже не состояла тогда в "Солдатских матерях". Нелепость, надуманность, предвзятость, презумпция виновности», — возмущается Резникова.

В предписании прокуратуры говорится, что КСМ в своих отчетах грантодателю сообщал «об участии Комитета в качестве наблюдателей на избирательных участках в Костроме на выборах в Госдуму» и предоставлял «информацию о выявленных Комитетом нарушениях в период кампании и выборов», в том числе о незаконном голосовании по открепительным, участии органов исполнительной власти в руководстве процессом голосования и так далее. Вместо того чтобы проверить указанные факты, прокуратура сочла, что КСМ «ведет статистику выявленных нарушений, собственный подсчет голосов и целенаправленно воздействует на формирование имиджа избирательных комиссий и иных органов, участвующих в проведении выборов».

«Как мы можем воздействовать на избирательную комиссию, если отчет не видел никто кроме внутренних пользователей?» — негодует юрист. Он признает, что не нужно было писать в отчете про «сотрудников организации», но полтора года назад еще никто и думать не думал об «иностранных агентах». «В условиях [существования] этого закона мы бы уже подумали, проявлять ли свою гражданскую позицию», — говорит Резникова и напоминает, что закон не имеет обратной силы.

Пока мы разговариваем с Резниковой, врач-консультант КСМ Юрий Тихомиров на повышенных тонах беседует с кем-то по городскому телефону про язву луковицы двенадцатиперстной кишки. «Давайте уметь слушать друг друга! Стоит ведь диагноз — язвенная болезнь в стадии ремиссии! Надо в областную комиссию! Я пытаюсь найти с вами общий язык, но не получается!» — кричит в трубку Тихомиров.

Согласно уставу, КСМ старается добиться создания нормальных условий для прохождения военной службы, а также для жизни военных пенсионеров, инвалидов и ветеранов, помогает семьям погибших военнослужащих. Закончив разговор, Тихомиров рассказывает, что за 12 рабочих дней в апреле в КС обратились 33 человека. «В военкоматах не хотят видеть патологии. Это понятно, ведь по стране призыв три года назад был 250-260 тысяч, в этом году 150 тысяч, а места-то надо упаковывать. По Костроме был случай, когда парня с шизофренией отправили в армию, а он потом чуть не вскрыл себе вены. Теперь он вернулся, но я могу его только с биомассой сравнить, он сидит и повторяет "теперь уже ничего не вернешь"», — приводит один из множества примеров Тихомиров.

Резникова уверена, что теперь от КСМ уже не отстанут, но вставать в реестр «иностранных агентов» организация не намерена ни при каких условиях. «Во-первых, население будет на нас коситься, но главное, с нами не будут работать чиновники, военная прокуратура, военкоматы. Наша работа будет парализована», — объясняет она. Тем более, добавляет Тихомиров, называть их «иностранными агентами» просто противоестественно.

КСМ уже подал в NED заявку на новый грант, хотя в организации понимают, что «стоят на тонкой грани». В сложившейся ситуации комитет, видимо, просто постарается прекратить «политическую деятельность» и наблюдением на выборах заниматься не будет. Грант КСМ необходим, чтобы работать на полную мощность — информировать население, приглашать в школы консультантов в рамках кампании «Мобильные школы прав человека». С призывников и их родителей денег в комитете не берут. «Следующим шагом вполне реально может стать то, что мы якобы ведем информационно-подрывную работу против Министерства обороны, — усмехается Резникова. — Хотя больше, чем само Минобороны, никто армию не разваливает. На фоне дела "Оборонсервиса" такое затеяли. Было бы смешно, если б не было так грустно».

С парикмахером не разговаривать

На думских выборах 2011 года «Единая Россия» набрала в Костромской области 30,7 процента голосов (хуже показатель только в соседней Ярославской области). Закономерно, что весной следующего года со своей должности был снят губернатор Игорь Слюняев, ставший потом главой Минрегиона. «Корни нужно искать в предыдущем губернаторе. Он же словно больной на голову и сектант. Он на Афон летает старцам молиться, а в Костромской области его духовность едва не привела к созданию полицейского государства в отдельном регионе», — рассказывает издатель независимой газеты «Мой город — Кострома» Альберт Степанцев. По его мнению, прокурорское рвение — это лишь «осколок того, что было».

А было вот что. По словам Степанцева, Слюняев создал в Костромской области собственную спецслужбу — департамент региональной безопасности — и «ввел цензуру». В организованный в администрации «департамент правды» все СМИ «должны были присылать материалы и получать визу на публикацию». Противостоял ему якобы один Степанцев (издатель вообще внимателен к собственным заслугам), поэтому его газету пытались закрыть пять раз, а сам он полгода был под подпиской о невыезде за то, что на митинге назвал Путина вором.

Степанцев раньше работал в Москве программистом, но когда увидел, что в Костроме началась «брежневщина», «сорвался делать газету». Помещение редакции поделено на две части огромным предвыборным плакатом, с которого на сотрудников смотрит улыбающийся Степанцев. За ширмой стоят парты с ноутбуками — издатель учит пенсионеров компьютерной грамотности. На нем бордовая рубашка — в тон одной из стен офиса.


В 2013 году издатель баллотировался в городскую думу Костромы, но набрал только 23 процента, чего для попадания в парламент не хватило. Выборы оставили в душе Степанцева неизгладимый отпечаток. Поэтому прямо в ходе разговора он сам себя убеждает в реальности другой версии происходящего. «[Председатель правления "Костромского центра поддержки общественных инициатив" Николай] Сорокин чьи-то интересы задел, потому что после каждых выборов они с [гендиректором "Костромского центра поддержки общественных инициатив" Александром] Замаряновым делают подробнейший отчет по всем нарушениям, а их безумно много. Голос в Костроме стоит 500 рублей, технология отработана до блеска, я пытался ей противостоять, но не смог», — объясняет Степанцев.

Впрочем, вероятнее всего, прокурор просто получил сверху приказание поискать среди костромских НКО «иностранных агентов» и решил выслужиться. «Прокурор же вообще тихий. Он никак себя не проявлял, а тут вдруг стал ньюсмейкером», — говорит Степанцев. Так же считает и Резникова: «Раньше мы еле заставляли прокуратуру, например, подать иск по нашим экологическим делам. Мое личное мнение, что надоело им в провинции работать — и решили подслужить и заработать должности».

Происходящее в Костроме, да и по всей стране, с горечью описал главред газеты «Мой город — Кострома» Руслан Царев: «Каким бы ни был истинный мотив прокуратуры, как-то на душе безрадостно. Как в сталинские годы: в парикмахерской воспользовался услугами мастера, который до этого стриг иностранца или фигуранта дела по подозрению в шпионаже, — готовься на этап. Похоже, к этому ныне и катимся».

Преемником Слюняева на посту губернатора в прошлом году стал бывший директор костромского ВГТРК Сергей Ситников. Он успел прокомментировать новую славу Костромы так: «То, что происходит вокруг НКО, — в целом болезненная ситуация. Мы опять прогремели маленько, "прославились". Но порядок наводить надо. Я не думаю, что это повлияет на работу с инвесторами». Степанцев в ответ называет нового областного главу «политическим импотентом», хотя и признает, что он «хороший, спокойный, ко всем ровно относится и даже не единорос».

Источник «Ленты.ру» в администрации губернатора неоднократно называет действия прокурора «глупостью»: «Мы об этих делах узнали из новостей, и у нас был такой же [как у всех] шок, ведь если такие дела и выстраивать, то должна быть реальная база». При этом чиновник добавляет, что вмешиваться в дела надзорного органа региональная власть не может. «Любое вмешательство недопустимо как проявление административного ресурса и влияние на ход следствия. Да и сами подумайте: одни скажут, что мы поддерживаем "иностранных агентов", а другие — что боремся с гражданским обществом», — говорит представитель костромской администрации.

В целом, уверяет чиновник, в области стараются гражданское общество поддерживать. «Понятно, что работа чиновника на местах нуждается не только в корректировке, но и в контроле. У нас нет противостояния с НКО, и губернатор все время встречается с ними», — добавляет он. В Костромской области есть конкурс для социально значимых проектов и программ местных НКО, в 2012 году из бюджета было выделено около семи миллионов рублей на 45 организаций, которые получили от 10 до 400 тысяч рублей.

Это, конечно, хорошо — вот только «Костромскому центру поддержки общественных инициатив» грозит штраф до 500 тысяч рублей, а ее руководителю — до 300 тысяч.

Круглые столы не проводить

В конце февраля 2013 года в Костроме прошел круглый стол «Перезагрузка перезагрузки: Куда движутся российско-американские отношения?» с участием заместителя министра-советника по политическим вопросам посольства США в России Говарда Соломона. Туда же пригласили представителей администрации, правоохранительных органов. «Это была народная дипломатия, мы как граждане задавали всевозможные вопросы. Поэтому я вообще в ужасе была, [когда услышала о предстоящем суде]. Это вообще ни в какие рамки не идет», — говорит Резникова.

Круглый стол прошел примерно так же, как проходит любое подобное мероприятие в России. Соломон, которого в Костроме после визита предпочитают называть просто Говард, рассказал об ухудшении отношений между США и Россией. Главной причиной этого он назвал антиамериканскую кампанию российских властей. «Мы открыты к диалогу, а готовы ли к нему вы?» — обратился к собравшимся дипломат. Соломону ответил ветеран спецслужб Сергей Павлов, который напомнил, что НАТО приближается к границам России, а США активно вмешиваются в политику соседних с Россией стран. Помощник депутата областной Думы, представитель партии «Западный выбор» Андрей Марков предложил США бойкотировать Олимпиаду в Сочи, но Соломон ответил, что такая возможность не рассматривается. Выступал даже представитель администрации Николай Серый, который по выражению газеты «Средний класс», «попытался уличить американский империализм в агрессивных намерениях в отношении России, сославшись на некий доклад американских экспертов, посвященный интересам США на Кавказе». Говорили на круглом столе и об атомной энергетике, и о фермерстве в Айове.

Это обсуждение, которое показывали в новостях местного телеканала (к журналистам прокуроры тоже приходили), и стало «свидетельством участия фонда в формировании общественного мнения о проводимой государственной политике на территории РФ». Костромская прокуратура решила, что уставные задачи фонда (поддержка социально значимых общественных инициатив и создание условий для формирования гражданского общества в России, популяризация экономических, технических и правовых знаний) и его фактическая деятельность (проведение круглого стола и наблюдение на региональных выборах в марте 2013 года) делают его «иностранным агентом».

Председатель правления «Костромского центра поддержки общественных инициатив» Николай Сорокин, естественно, раздосадован. «Никаких резолюций или даже заключений на круглом столе не делается, а значит, нет и влияния на государственную политику. Это просто свободный обмен мнениями, и считать круглый стол политической деятельностью — это безумие», — говорит Сорокин. Он едва ли не самый известный в области общественник, был здесь представителем ассоциации «Голос», преподает в институте. Степанцев называет его краеведом.

29 апреля в здании мирового суда на Локомотивной улице в одной из костромских промзон аншлаг. Местные журналисты обсуждают отпуска и шутят, когда в суде уже появится бесплатный Wi-Fi. «Не каждый день выявляют "иностранных агентов". Это для Костромской области диковина», — объясняет столпотворение Сорокин. Он со всеми здоровается, всем улыбается, несмотря на грозящий ему серьезный штраф. Судья Дмитрий Третьяков, сидя в офисном кресле с высокой спинкой, ведет процесс вежливо, никого не прерывает, задает уточняющие вопросы.

Заместитель прокурора города Александр Смирнов непривычно внимательно для прокурора разглядывает участников процесса и журналистов, однажды даже специально выгибает шею, чтобы посмотреть в чей-то блокнот. Прокурор явно ожидал легкого и быстрого процесса (как это вышло в Москве с «Голосом»). Он представил в суд с десяток компакт-дисков со скриншотами интернет-страниц и 237 объяснительных, собранных сотрудниками МВД. Судья спрашивает у прокурора, почему доказательства представлены не до заседания, а сейчас. Тот отвечает, что не все поступили вовремя — большинство опросов датированы концом апреля. По всему видно, что прокурор очень спешил передать документы в суд. Как рассказывает Резникова, костромскую прокуратуру уже ставят другим областям в пример.

Адвокат казанской правозащитной организации «Агора» (ее прокуратура тоже считает «иностранным агентом») Рамиль Ахметгалиев приехал в Кострому на ночном поезде и до 15:00 тщательно готовился к заседанию. Он подходит к столу судьи, на месте просматривает новые документы прокуратуры и один за одним их отвергает. В частности, по словам Ахметгалиева, привлечение полиции к сбору доказательств по административному делу противоречит закону об оперативно-розыскной деятельности, поскольку это можно делать только в рамках расследования уголовных преступлений. Прокурор отвечает, что должность проводившего опрос еще не означает, что это было в рамках ОРД.

После этого адвокат переходит к собственным ходатайствам и в течение часа последовательно разбивает все обвинения прокуратуры. Во-первых, Ахметгалиев объясняет, что поправки в закон об НКО опубликованы 25 ноября, а деньги из иностранных источников «Костромской центр поддержки общественных инициатив» получил 22 ноября. «Закон не имеет обратной силы, а вменять деятельность, которая была до закона, недопустимо», — говорит адвокат. Во-вторых, фонд не организовывал наблюдение на выборах, хотя бы потому, что он не может этого делать по закону. Сорокин, по словам адвоката, был наблюдателем от Российского объединения избирателей, и соответствующее удостоверение было заверено подписями членов УИК. В-третьих, защита настаивает, что круглый стол был частью рабочего визита дипломата США, которые согласовываются с администрацией (Соломон действительно ездил с вице-губернатором области на строящийся в Волгореченске завод). В администрации «Ленте.ру» объяснили, что визит полностью организовывал Сорокин. «Если бы администрация хотела [надавить на НКО], то глупо было бы привязываться к мероприятию, в котором она участвовала», — улыбается чиновник.


«Это было мероприятие не Сорокина, а посла, — говорит Ахметгалиев и зачитывает письмо посла США в России Майкла Макфола. — Политические цели не заявлялись, а сам визит имел цель "изучить инвестиционный климат в регионе"». Адвокат добавляет, что в любом случае по документам организатором круглого стола был не «Костромской центр поддержки общественных инициатив».

«Непонятно, зачем прокурор так спешил и по непроверенным фактам все сделал. И вообще, в законе указано, что политическая деятельность должна быть направлена на изменение государственной политики. В чем оно здесь?» — громко спрашивает адвокат. «Никто не оспаривает сам визит, говорили о том, каким образом фонд участвовал, то есть немножко о другом говорили», — говорит, запинаясь, прокурор, и тут заседание неожиданно кончается. Смирнов просит отложить заседание «из-за большого объема информации, чтобы, как бы лучше сказать, более взвешенно подготовиться». Довольный собой Ахметгалиев после заседания говорит, что на месте прокурора сделал бы так же, ведь закон новый и правоприменительной практики почти нет. Он добавил, что если во время суда над «Голосом» было очевидно, что все заранее решено, то в Костроме «никакого давления на суд еще не было». Впрочем, иллюзий Ахметгалиев относительно исхода дела не испытывает и добавляет, что нужно хорошо провести процесс для последующего обращения в вышестоящие инстанции.

Прокурор после заседания старается выглядеть невозмутимым, но словоохотливым его не назовешь: «Это обыкновенный процесс, ничего экстраординарного не произошло». Он отрицает кампанейщину и новое прозвище своего города: «Мы просто провели проверку, нашли нарушения, отреагировали — мало ли чего в СМИ пишут, обыкновенная работа». На настойчивые вопросы о Комитете солдатских матерей, которые помогают призывникам и едва ли занимаются политикой, прокурор отвечает: «Если я называюсь "Помощь колхозам", то я необязательно помогаю колхозам, название не несет какую-то связь с деятельностью». Договорив эту фразу, Смирнов садится в машину и уезжает.

По данным «Агоры», в «иностранные агенты» в прокуратуре уже записали 36 российских НКО. В Генпрокуратуре утверждают, что проверка не преследует своей целью ограничение деятельности НКО и не носит массового характера, ведь в Москве ею охвачено всего 0,5 процента НКО. В конце мая проверка должна завершиться, а сколько именно НКО получат многотысячный штраф, станет ясно впоследствии. 13 мая стало известно о возбуждении дела против одного из региональных подразделений «Голоса». Другие суды последуют, потому что пока ни одна НКО самостоятельно записаться в «иностранные агенты» не захотела.

Обсудить
Клан Хаккано
Что общего у афганской террористической группировки и героев фильма про мафию
Корейская проститутка в национальном костюме во время акции протеста против полицейских рейдов на бордели Интим предлагать
Особенности рынка платных сексуальных услуг в Корее
Древность и молодость современного Ирана
Республика через 38 лет после Исламской революции
Георгий Толорая: Что ответит Пхеньян
Почему ядерное оружие у КНДР не станет залогом мира на Корейском полуострове
Бой за печень исламиста
Филиппинские военные с помощью иностранцев добивают боевиков в Марави
Пуск ракеты «Союз-2» с ВосточногоСтоп машина!
Россия откажется от «Ангары» и Восточного ради Байконура и «Союза-5»
Клубенек рукоделия
Картошку с тостером превратили в источник удовольствия и боли
Дотыкались
Зачем отправляли на смерть чернокожих коммунистов
Лучше «Соляриса» или нет?
Первый тест нового седана Kia Rio
Броневики смерти
Как выглядят бронированные машины, построенные террористами
Дерзкие версии скучных машин
От Sandero до пикапа: какие утилитарные модели получали спортивные версии
5 аварий грузовиков с необычным грузом
Цыплята, слизистые угри и два миллиона наличными
«Я ничего не делаю, и мне это нравится»
Откровения москвички, которая сдает жилье и принципиально не работает
Зарыться в песок
Купить квартиру на море теперь можно за миллион рублей и дешевле
Входят и выходят
Самые известные, необычные и дорогие бордели мира
У вас упало
Что на самом деле происходит с ценами на квартиры в Москве