Кострома mon agent

Городская прокуратура устроила охоту на НКО: репортаж «Ленты.ру»

Заседание «Костромского центра поддержки общественных инициатив»
Заседание «Костромского центра поддержки общественных инициатив»
Фото: официальная страница «Центра» в Facebook

16 мая в Костроме продолжится суд над некоммерческой организацией (НКО) «Костромской центр поддержки общественных инициатив», которую прокуратура заставляет назваться «иностранным агентом». Первое заседание состоялось еще в конце апреля и закончилось промежуточной победой защиты, так как прокурор города под давлением ходатайств адвоката сам попросил отложить рассмотрение дела.

«Кострома опять впереди планеты всей», — с изрядной долей самоиронии писала о давлении городской прокуратуры на местные НКО костромская газета «Ва-банкъ». Несмотря на то что первый штраф за нарушение новой редакции закона «О некоммерческих организациях» был наложен на ассоциацию «Голос» в Москве, газета назвала свою статью «Город иностранных агентов». Такое прозвище Кострома получила после того, как прокурор города в апреле не только направил в суд дело против «Костромского центра поддержки общественных инициатив», но и вынес местному Комитету солдатских матерей предостережение о недопустимости нарушения закона. Корреспондент «Ленты.ру» на месте выяснял, как Кострома превратилась в форпост борьбы государства с «иностранными агентами».

На выборах не наблюдать

На втором этаже деревянного дома в двух шагах от центральной площади исторического центра Костромы арендует офис местный Комитет солдатских матерей (КСМ). В небольшой комнате в тесноте сидят врач-консультант, юрист и председатель. Летом 2012 года КСМ получил грант от американского Национального фонда в поддержку демократии (NED). На 26 тысяч долларов в КСМ приобрели нетбук, компьютер, фотоаппарат и продолжили бесплатно помогать призывникам.

Американский грант КСМ получает второй год подряд, и раньше это никого не смущало. Но все изменилось, когда в прошлом ноябре приняли скандальные поправки в закон об НКО, обязывающие такие организации ставить на себя метку «иностранного агента», если они получают финансирование из-за рубежа и при этом занимаются политической деятельностью. Весной 2013 года по всей России прокатилась волна прокурорских проверок, и стало ясно, что понятие «политической деятельности» трактуется государством максимально широко. В офис Комитета солдатских матерей прокуратура пришла 10 апреля, а через пять дней его председателя Ирину Резникову вызвали на беседу и вручили ей предостережение. «В прокуратуре не нашли расхождений гранта с нашей уставной деятельностью, к этому претензий нет. Основанием для предостережения явилось то, что наши люди участвовали в выборах наблюдателями, что, по мнению прокуратуры, является прямой политической деятельностью», — объясняет Резникова.


Несколько сотрудников КСМ работали наблюдателями на выборах 2011 года, о чем организация сообщила грантодателю в ежеквартальном отчете о своей деятельности. Он-то и стал счастливой находкой для прокуратуры в ходе проверки. Юрист КСМ, решительно отказавшийся представиться, объясняет включение в отчет информации о выборах в Госдуму условиями грантового соглашения с NED. «Одной из частей отчета является ситуация в городе, которая повлияла или могла повлиять на нашу деятельность», — говорит он. В тексте соглашения действительно говорится, что «получатель [гранта] должен оперативно уведомлять фонд обо всех тем или иным образом значимых проблемах или изменениях, которые могут повлиять на успешное выполнение проектных мероприятий и достижение поставленных целей».

Неясно, насколько нарушения на выборах в Госдуму могут повлиять на деятельность Комитета солдатских матерей, но, видимо, в КСМ решили отчитаться перед грантодателем по максимуму, чтобы NED вдруг не лишил комитет денег. «Вся страна кипела, а те, кто был наблюдателями, выполняли свой гражданский долг — и свою работу, конечно, обобщили и заложили в отчет», — вспоминает Резникова. Эта симпатичная пожилая женщина стала невольной заложницей ситуации. Довольно известная в рамках Костромской области экологическая активистка возглавила КСМ только в марте 2013 года после смерти предыдущей председательницы Нины Тереховой. «Они пишут, что есть основания полагать, что я буду готова к повторению правонарушения, хотя я даже не состояла тогда в "Солдатских матерях". Нелепость, надуманность, предвзятость, презумпция виновности», — возмущается Резникова.

В предписании прокуратуры говорится, что КСМ в своих отчетах грантодателю сообщал «об участии Комитета в качестве наблюдателей на избирательных участках в Костроме на выборах в Госдуму» и предоставлял «информацию о выявленных Комитетом нарушениях в период кампании и выборов», в том числе о незаконном голосовании по открепительным, участии органов исполнительной власти в руководстве процессом голосования и так далее. Вместо того чтобы проверить указанные факты, прокуратура сочла, что КСМ «ведет статистику выявленных нарушений, собственный подсчет голосов и целенаправленно воздействует на формирование имиджа избирательных комиссий и иных органов, участвующих в проведении выборов».

«Как мы можем воздействовать на избирательную комиссию, если отчет не видел никто кроме внутренних пользователей?» — негодует юрист. Он признает, что не нужно было писать в отчете про «сотрудников организации», но полтора года назад еще никто и думать не думал об «иностранных агентах». «В условиях [существования] этого закона мы бы уже подумали, проявлять ли свою гражданскую позицию», — говорит Резникова и напоминает, что закон не имеет обратной силы.

Пока мы разговариваем с Резниковой, врач-консультант КСМ Юрий Тихомиров на повышенных тонах беседует с кем-то по городскому телефону про язву луковицы двенадцатиперстной кишки. «Давайте уметь слушать друг друга! Стоит ведь диагноз — язвенная болезнь в стадии ремиссии! Надо в областную комиссию! Я пытаюсь найти с вами общий язык, но не получается!» — кричит в трубку Тихомиров.

Согласно уставу, КСМ старается добиться создания нормальных условий для прохождения военной службы, а также для жизни военных пенсионеров, инвалидов и ветеранов, помогает семьям погибших военнослужащих. Закончив разговор, Тихомиров рассказывает, что за 12 рабочих дней в апреле в КС обратились 33 человека. «В военкоматах не хотят видеть патологии. Это понятно, ведь по стране призыв три года назад был 250-260 тысяч, в этом году 150 тысяч, а места-то надо упаковывать. По Костроме был случай, когда парня с шизофренией отправили в армию, а он потом чуть не вскрыл себе вены. Теперь он вернулся, но я могу его только с биомассой сравнить, он сидит и повторяет "теперь уже ничего не вернешь"», — приводит один из множества примеров Тихомиров.

Резникова уверена, что теперь от КСМ уже не отстанут, но вставать в реестр «иностранных агентов» организация не намерена ни при каких условиях. «Во-первых, население будет на нас коситься, но главное, с нами не будут работать чиновники, военная прокуратура, военкоматы. Наша работа будет парализована», — объясняет она. Тем более, добавляет Тихомиров, называть их «иностранными агентами» просто противоестественно.

КСМ уже подал в NED заявку на новый грант, хотя в организации понимают, что «стоят на тонкой грани». В сложившейся ситуации комитет, видимо, просто постарается прекратить «политическую деятельность» и наблюдением на выборах заниматься не будет. Грант КСМ необходим, чтобы работать на полную мощность — информировать население, приглашать в школы консультантов в рамках кампании «Мобильные школы прав человека». С призывников и их родителей денег в комитете не берут. «Следующим шагом вполне реально может стать то, что мы якобы ведем информационно-подрывную работу против Министерства обороны, — усмехается Резникова. — Хотя больше, чем само Минобороны, никто армию не разваливает. На фоне дела "Оборонсервиса" такое затеяли. Было бы смешно, если б не было так грустно».

С парикмахером не разговаривать

На думских выборах 2011 года «Единая Россия» набрала в Костромской области 30,7 процента голосов (хуже показатель только в соседней Ярославской области). Закономерно, что весной следующего года со своей должности был снят губернатор Игорь Слюняев, ставший потом главой Минрегиона. «Корни нужно искать в предыдущем губернаторе. Он же словно больной на голову и сектант. Он на Афон летает старцам молиться, а в Костромской области его духовность едва не привела к созданию полицейского государства в отдельном регионе», — рассказывает издатель независимой газеты «Мой город — Кострома» Альберт Степанцев. По его мнению, прокурорское рвение — это лишь «осколок того, что было».

А было вот что. По словам Степанцева, Слюняев создал в Костромской области собственную спецслужбу — департамент региональной безопасности — и «ввел цензуру». В организованный в администрации «департамент правды» все СМИ «должны были присылать материалы и получать визу на публикацию». Противостоял ему якобы один Степанцев (издатель вообще внимателен к собственным заслугам), поэтому его газету пытались закрыть пять раз, а сам он полгода был под подпиской о невыезде за то, что на митинге назвал Путина вором.

Степанцев раньше работал в Москве программистом, но когда увидел, что в Костроме началась «брежневщина», «сорвался делать газету». Помещение редакции поделено на две части огромным предвыборным плакатом, с которого на сотрудников смотрит улыбающийся Степанцев. За ширмой стоят парты с ноутбуками — издатель учит пенсионеров компьютерной грамотности. На нем бордовая рубашка — в тон одной из стен офиса.


В 2013 году издатель баллотировался в городскую думу Костромы, но набрал только 23 процента, чего для попадания в парламент не хватило. Выборы оставили в душе Степанцева неизгладимый отпечаток. Поэтому прямо в ходе разговора он сам себя убеждает в реальности другой версии происходящего. «[Председатель правления "Костромского центра поддержки общественных инициатив" Николай] Сорокин чьи-то интересы задел, потому что после каждых выборов они с [гендиректором "Костромского центра поддержки общественных инициатив" Александром] Замаряновым делают подробнейший отчет по всем нарушениям, а их безумно много. Голос в Костроме стоит 500 рублей, технология отработана до блеска, я пытался ей противостоять, но не смог», — объясняет Степанцев.

Впрочем, вероятнее всего, прокурор просто получил сверху приказание поискать среди костромских НКО «иностранных агентов» и решил выслужиться. «Прокурор же вообще тихий. Он никак себя не проявлял, а тут вдруг стал ньюсмейкером», — говорит Степанцев. Так же считает и Резникова: «Раньше мы еле заставляли прокуратуру, например, подать иск по нашим экологическим делам. Мое личное мнение, что надоело им в провинции работать — и решили подслужить и заработать должности».

Происходящее в Костроме, да и по всей стране, с горечью описал главред газеты «Мой город — Кострома» Руслан Царев: «Каким бы ни был истинный мотив прокуратуры, как-то на душе безрадостно. Как в сталинские годы: в парикмахерской воспользовался услугами мастера, который до этого стриг иностранца или фигуранта дела по подозрению в шпионаже, — готовься на этап. Похоже, к этому ныне и катимся».

Преемником Слюняева на посту губернатора в прошлом году стал бывший директор костромского ВГТРК Сергей Ситников. Он успел прокомментировать новую славу Костромы так: «То, что происходит вокруг НКО, — в целом болезненная ситуация. Мы опять прогремели маленько, "прославились". Но порядок наводить надо. Я не думаю, что это повлияет на работу с инвесторами». Степанцев в ответ называет нового областного главу «политическим импотентом», хотя и признает, что он «хороший, спокойный, ко всем ровно относится и даже не единорос».

Источник «Ленты.ру» в администрации губернатора неоднократно называет действия прокурора «глупостью»: «Мы об этих делах узнали из новостей, и у нас был такой же [как у всех] шок, ведь если такие дела и выстраивать, то должна быть реальная база». При этом чиновник добавляет, что вмешиваться в дела надзорного органа региональная власть не может. «Любое вмешательство недопустимо как проявление административного ресурса и влияние на ход следствия. Да и сами подумайте: одни скажут, что мы поддерживаем "иностранных агентов", а другие — что боремся с гражданским обществом», — говорит представитель костромской администрации.

В целом, уверяет чиновник, в области стараются гражданское общество поддерживать. «Понятно, что работа чиновника на местах нуждается не только в корректировке, но и в контроле. У нас нет противостояния с НКО, и губернатор все время встречается с ними», — добавляет он. В Костромской области есть конкурс для социально значимых проектов и программ местных НКО, в 2012 году из бюджета было выделено около семи миллионов рублей на 45 организаций, которые получили от 10 до 400 тысяч рублей.

Это, конечно, хорошо — вот только «Костромскому центру поддержки общественных инициатив» грозит штраф до 500 тысяч рублей, а ее руководителю — до 300 тысяч.

Круглые столы не проводить

В конце февраля 2013 года в Костроме прошел круглый стол «Перезагрузка перезагрузки: Куда движутся российско-американские отношения?» с участием заместителя министра-советника по политическим вопросам посольства США в России Говарда Соломона. Туда же пригласили представителей администрации, правоохранительных органов. «Это была народная дипломатия, мы как граждане задавали всевозможные вопросы. Поэтому я вообще в ужасе была, [когда услышала о предстоящем суде]. Это вообще ни в какие рамки не идет», — говорит Резникова.

Круглый стол прошел примерно так же, как проходит любое подобное мероприятие в России. Соломон, которого в Костроме после визита предпочитают называть просто Говард, рассказал об ухудшении отношений между США и Россией. Главной причиной этого он назвал антиамериканскую кампанию российских властей. «Мы открыты к диалогу, а готовы ли к нему вы?» — обратился к собравшимся дипломат. Соломону ответил ветеран спецслужб Сергей Павлов, который напомнил, что НАТО приближается к границам России, а США активно вмешиваются в политику соседних с Россией стран. Помощник депутата областной Думы, представитель партии «Западный выбор» Андрей Марков предложил США бойкотировать Олимпиаду в Сочи, но Соломон ответил, что такая возможность не рассматривается. Выступал даже представитель администрации Николай Серый, который по выражению газеты «Средний класс», «попытался уличить американский империализм в агрессивных намерениях в отношении России, сославшись на некий доклад американских экспертов, посвященный интересам США на Кавказе». Говорили на круглом столе и об атомной энергетике, и о фермерстве в Айове.

Это обсуждение, которое показывали в новостях местного телеканала (к журналистам прокуроры тоже приходили), и стало «свидетельством участия фонда в формировании общественного мнения о проводимой государственной политике на территории РФ». Костромская прокуратура решила, что уставные задачи фонда (поддержка социально значимых общественных инициатив и создание условий для формирования гражданского общества в России, популяризация экономических, технических и правовых знаний) и его фактическая деятельность (проведение круглого стола и наблюдение на региональных выборах в марте 2013 года) делают его «иностранным агентом».

Председатель правления «Костромского центра поддержки общественных инициатив» Николай Сорокин, естественно, раздосадован. «Никаких резолюций или даже заключений на круглом столе не делается, а значит, нет и влияния на государственную политику. Это просто свободный обмен мнениями, и считать круглый стол политической деятельностью — это безумие», — говорит Сорокин. Он едва ли не самый известный в области общественник, был здесь представителем ассоциации «Голос», преподает в институте. Степанцев называет его краеведом.

29 апреля в здании мирового суда на Локомотивной улице в одной из костромских промзон аншлаг. Местные журналисты обсуждают отпуска и шутят, когда в суде уже появится бесплатный Wi-Fi. «Не каждый день выявляют "иностранных агентов". Это для Костромской области диковина», — объясняет столпотворение Сорокин. Он со всеми здоровается, всем улыбается, несмотря на грозящий ему серьезный штраф. Судья Дмитрий Третьяков, сидя в офисном кресле с высокой спинкой, ведет процесс вежливо, никого не прерывает, задает уточняющие вопросы.

Заместитель прокурора города Александр Смирнов непривычно внимательно для прокурора разглядывает участников процесса и журналистов, однажды даже специально выгибает шею, чтобы посмотреть в чей-то блокнот. Прокурор явно ожидал легкого и быстрого процесса (как это вышло в Москве с «Голосом»). Он представил в суд с десяток компакт-дисков со скриншотами интернет-страниц и 237 объяснительных, собранных сотрудниками МВД. Судья спрашивает у прокурора, почему доказательства представлены не до заседания, а сейчас. Тот отвечает, что не все поступили вовремя — большинство опросов датированы концом апреля. По всему видно, что прокурор очень спешил передать документы в суд. Как рассказывает Резникова, костромскую прокуратуру уже ставят другим областям в пример.

Адвокат казанской правозащитной организации «Агора» (ее прокуратура тоже считает «иностранным агентом») Рамиль Ахметгалиев приехал в Кострому на ночном поезде и до 15:00 тщательно готовился к заседанию. Он подходит к столу судьи, на месте просматривает новые документы прокуратуры и один за одним их отвергает. В частности, по словам Ахметгалиева, привлечение полиции к сбору доказательств по административному делу противоречит закону об оперативно-розыскной деятельности, поскольку это можно делать только в рамках расследования уголовных преступлений. Прокурор отвечает, что должность проводившего опрос еще не означает, что это было в рамках ОРД.

После этого адвокат переходит к собственным ходатайствам и в течение часа последовательно разбивает все обвинения прокуратуры. Во-первых, Ахметгалиев объясняет, что поправки в закон об НКО опубликованы 25 ноября, а деньги из иностранных источников «Костромской центр поддержки общественных инициатив» получил 22 ноября. «Закон не имеет обратной силы, а вменять деятельность, которая была до закона, недопустимо», — говорит адвокат. Во-вторых, фонд не организовывал наблюдение на выборах, хотя бы потому, что он не может этого делать по закону. Сорокин, по словам адвоката, был наблюдателем от Российского объединения избирателей, и соответствующее удостоверение было заверено подписями членов УИК. В-третьих, защита настаивает, что круглый стол был частью рабочего визита дипломата США, которые согласовываются с администрацией (Соломон действительно ездил с вице-губернатором области на строящийся в Волгореченске завод). В администрации «Ленте.ру» объяснили, что визит полностью организовывал Сорокин. «Если бы администрация хотела [надавить на НКО], то глупо было бы привязываться к мероприятию, в котором она участвовала», — улыбается чиновник.


«Это было мероприятие не Сорокина, а посла, — говорит Ахметгалиев и зачитывает письмо посла США в России Майкла Макфола. — Политические цели не заявлялись, а сам визит имел цель "изучить инвестиционный климат в регионе"». Адвокат добавляет, что в любом случае по документам организатором круглого стола был не «Костромской центр поддержки общественных инициатив».

«Непонятно, зачем прокурор так спешил и по непроверенным фактам все сделал. И вообще, в законе указано, что политическая деятельность должна быть направлена на изменение государственной политики. В чем оно здесь?» — громко спрашивает адвокат. «Никто не оспаривает сам визит, говорили о том, каким образом фонд участвовал, то есть немножко о другом говорили», — говорит, запинаясь, прокурор, и тут заседание неожиданно кончается. Смирнов просит отложить заседание «из-за большого объема информации, чтобы, как бы лучше сказать, более взвешенно подготовиться». Довольный собой Ахметгалиев после заседания говорит, что на месте прокурора сделал бы так же, ведь закон новый и правоприменительной практики почти нет. Он добавил, что если во время суда над «Голосом» было очевидно, что все заранее решено, то в Костроме «никакого давления на суд еще не было». Впрочем, иллюзий Ахметгалиев относительно исхода дела не испытывает и добавляет, что нужно хорошо провести процесс для последующего обращения в вышестоящие инстанции.

Прокурор после заседания старается выглядеть невозмутимым, но словоохотливым его не назовешь: «Это обыкновенный процесс, ничего экстраординарного не произошло». Он отрицает кампанейщину и новое прозвище своего города: «Мы просто провели проверку, нашли нарушения, отреагировали — мало ли чего в СМИ пишут, обыкновенная работа». На настойчивые вопросы о Комитете солдатских матерей, которые помогают призывникам и едва ли занимаются политикой, прокурор отвечает: «Если я называюсь "Помощь колхозам", то я необязательно помогаю колхозам, название не несет какую-то связь с деятельностью». Договорив эту фразу, Смирнов садится в машину и уезжает.

По данным «Агоры», в «иностранные агенты» в прокуратуре уже записали 36 российских НКО. В Генпрокуратуре утверждают, что проверка не преследует своей целью ограничение деятельности НКО и не носит массового характера, ведь в Москве ею охвачено всего 0,5 процента НКО. В конце мая проверка должна завершиться, а сколько именно НКО получат многотысячный штраф, станет ясно впоследствии. 13 мая стало известно о возбуждении дела против одного из региональных подразделений «Голоса». Другие суды последуют, потому что пока ни одна НКО самостоятельно записаться в «иностранные агенты» не захотела.

подписатьсяОбсудить
Военнослужащие армии КазахстанаПрофилактика хаоса
Каковы цели российского военного планирования в Центральной Азии
Скованные беспроводной цепью
Рассказы домашних арестантов о жизни с электронным браслетом
Отборные кадры
Как в России подыскивают присяжных для суда
Все очень плохо
Почему новая холодная война опаснее старой
Скука, тестостерон и дешевый бензин
В чем смысл «арабского дрифта» и зачем его легализовали
Я вас не слышу
Чего не хватает новому Chevrolet Camaro: первый тест
Не отпускать и не сдаваться
Что происходило на одном из самых сумасшедших Гран-при сезона
Северный олень
Сохранил ли новый Mitsubishi Pajero Sport свою суровость и страшно ли на нем заезжать в глушь
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон