Страж источника

Скончался историк Сигурд Шмидт

Сигурд Шмидт
Фото: Григорий Сысоев / архив ИТАР-ТАСС

Доктор исторических наук, профессор Сигурд Оттович Шмидт отличался постоянством. Он всю жизнь, больше 90 лет, прожил на одном месте — в Москве близ Арбата, а всю свою профессиональную жизнь, больше 60 лет, посвятил Московскому историко-архивному институту. Эта среда обитания органично связывала Шмидта с его научными интересами: институт расположен в зданиях бывшего Печатного двора, и его стены до сих пор хранят живую память об эпохе Ивана Грозного, исследования которой сделали Шмидту имя; а арбатские переулки — средоточие старомосковского быта, который Шмидт активно изучал в поздние годы.

Сигурд Оттович рос в незаурядной семье. Отец — математик, 20 лет возглавлявший кафедру высшей алгебры на физмате (позже — мехмате) в МГУ, легендарный полярник и создатель Большой советской энциклопедии Отто Шмидт. Дядя по материнской линии — выдающийся исследователь античной мифологии и переводчик Ницше Яков Голосовкер. В конце 1940-х дядя (уже отсидевший) стал еще и центром поэтического кружка, в который входили, среди прочих, Борис Пастернак и Арсений Тарковский.

Шмидт поступил на исторический факультет Московского университета в 1939 году. Его учителем был Михаил Николаевич Тихомиров, один из крупнейших русских историков, исследователь «Русской правды», издатель летописей и огромного корпуса исторических документов. Первые годы Великой Отечественной войны Шмидт провел в эвакуации в Ташкенте, продолжая учиться. Кандидатскую (о приближенном Ивана Грозного Алексее Адашеве) защитил в 1949-м, тогда же начал работать в Историко-архивном институте. Докторская («Исследования социально-политической истории России XVI века») последовала в 1965-м, она же легла в основу книги 1973 года «Становление российского самодержавия».

Исследования эпохи Ивана Грозного — это вообще специфическая область русской исторической науки. Как-то так всегда выходит, что исследования эти не могут быть сугубо академичными — в них неизбежен гражданский пафос. В свое время декабристы называли одним из главных источников своего тираноборческого вдохновения девятый том «Истории государства Российского» Карамзина, посвященный опричнине. Изучение этого периода шестидесятниками имело свой подтекст: историки, осмысляя феномен Ивана Грозного, неминуемо осмысляли и феномен Сталина. В 1958 году вышла на экраны вторая серия фильма Сергея Эйзенштейна «Иван Грозный», в свое время запрещенная Сталиным, — «отец народов» почувствовал, что Эйзенштейн, воспев «сильную руку» в первой серии, во второй приступил к ее развенчанию.

На этом эмоциональном фоне Шмидт, наряду со своим ленинградским коллегой Русланом Григорьевичем Скрынниковым (также исследователем эпохи Ивана Грозного), стал в конце 1960-х звездой советской исторической науки. Концепция Шмидта по тем временам выглядела весьма смело: утверждая, что Иван IV стал первым русским абсолютным монархом, а после его смерти абсолютизм отступил — и вернулся лишь с воцарением Михаила Романова, историк фактически провозглашал, что личность иногда может быть сильнее безличных исторических сил, всемогущество которых провозглашало марксистское учение.

В те же годы Шмидт возглавил Археографическую комиссию при Московском отделении Академии наук — одно из важнейших учреждений отечественной исторической науки, занимающееся изданием исторических документов. В этот первый и самый плодотворный период своего научного творчества Сигурд Оттович стал лидером источниковедческого кружка Историко-архивного института. Источниковедение и археография — самая скучная и скрытая от непрофессиональных глаз часть исторической науки. Копание в архивах, расшифровка древних письмен, сопоставление разных версий одного текста, выявление заимствований — это кропотливая работа, требующая высочайшей квалификации и усидчивости. Но именно всестороннее скрупулезное изучение источников — фундамент любых исторических исследований. Так что Сигурд Оттович стоял у источника исторического знания во всех смыслах этой метафоры.

Источниковедческий кружок Шмидта составил основу мощнейшей научной школы, которая продолжает существовать по сей день и воспитывает в стенах Историко-архивного института (ныне входящего в состав РГГУ) новые поколения ученых. Археографической комиссией Шмидт руководил вплоть до 2006 года, уступив эту должность другому крупнейшему современному источниковеду, питомцу и многолетнему сотруднику Историко-архивного института профессору Сергею Михайловичу Каштанову.

Была у Сигурда Оттовича и еще одна ипостась — это был один из ведущих москвоведов. Прожив в Москве всю жизнь, он досконально знал историю чуть ли не каждого дома и составлял многочисленные путеводители, справочники и энциклопедии по истории великого города. В 1990 году Союз краеведов России избрал его своим председателем.

Шмидт при жизни был признан выдающимся ученым и преподавателем, входил в редколлегии нескольких авторитетных научных журналов и серии «Литературные памятники», получал множество правительственных и общественных премий (в том числе «Триумф» в номинации «Гуманитарные науки» за 2009 год). До своих учеников он доносил дыхание другого столетия, совсем другой академической жизни — более размеренной и более романтической.

Жизнь его была долгой и плодотворной. Наверное, для ученого это и значит — счастливой.