Семейное положение: всё сложно

Как живут супруги и подруги фигурантов «болотного дела»

В понедельник, 24 июня, в Москве началось рассмотрение по существу дела о «массовых беспорядках» на Болотной площади 6 мая 2012 года. Перед судом предстали первые 12 человек, почти всех фигурантов обвиняют также в насильственных действиях в отношении представителей власти. За год предварительного заключения трое фигурантов дела — Леонид Ковязин, Алексей Полихович и Александра Духанина ― официально вступили в брак. «Лента.ру» изучила, как громкий процесс отражается на жизни супругов и подруг обвиненных в участии в «массовых беспорядках».

Близость к телу

В черном зале столичного «Театра.док» в Трехпрудном переулке сидят 50 человек. На сцене двое играют спектакль «Вятлаг». Мужчина в белой рубахе и черных штанах — главный режиссер Театра на Спасской в Кирове Борис Павлович — изображает латыша Артура Страдиньша, который попал в концентрационный лагерь в Кировской области в 1941 году. Он сидит за столом и читает записи из дневника узника о лагерной жизни. Рядом на стуле сидит невысокая русая девушка с большими голубыми глазами — актриса студии Евгения Тарасова. Она играет жену латыша Мирдзу, о которой он часто вспоминает в неволе. Евгения сидит рядом, внимательно слушает рассказчика и, когда звучит имя Мирдза, поет русские и латышские народные песни. Спектакль — аллюзия на судьбу фигуранта «болотного дела» 27-летнего Леонида Ковязина, журналиста из Кирова. Евгения Тарасова, которая играет Мирдзу, в реальной жизни — жена Леонида. После спектакля она напоминает зрителям, что Ковязину можно перечислить деньги, а первое заседание по его делу через несколько дней пройдет в Мосгорсуде. Евгения рассказывает, что познакомилась с Леонидом в 2007 году — в Кирове они играли в одной театральной студии.

Ковязина задержали спустя четыре месяца после столкновений полиции с митингующими. Сотрудник ОМОНа опознал его на видео с Болотной площади — человек, внешне похожий на командированного в Москву внештатного журналиста газеты «Вятский наблюдатель», вместе с тремя участниками митинга переворачивает желтую кабинку биотуалета.

Леонид и Евгения поженились 28 марта 2013 года, полгода спустя после его ареста. Сторонящаяся политических тем Евгения, актриса в Кировском театре кукол, в этот день приехала в СИЗО №4 «Медведь» на самом севере Москвы. На обмен кольцами и объятия ей и Леониду дали семь минут, после чего Евгении — как официальной жене — предоставили первое с момента ареста свидание на полчаса. «О женитьбе мы с Леней никогда не думали, но так легче свидания получать и оказывать моральную поддержку. Я вообще против официальной регистрации отношений, если это не требуется из-за юридических вещей: рождения ребенка и так далее», — пояснила Евгения, почему вышла замуж.

Чтобы иметь право на встречу, свадьбу в СИЗО сыграли не только Леонид Ковязин и Евгения Тарасова. С 22-летней Татьяной Полихович, бывшей студенткой Московского гуманитарного университета имени М.А. Шолохова, мы виделись на следующий день после ее свадьбы в «Бутырке» 13 июня 2013 года. Ее муж, Алексей Полихович, за участие в «массовых беспорядках» был задержан в конце июля 2012 года. Через полгода ему предъявили еще и обвинение в рукоприкладстве в отношении представителей органов власти. Боец ОМОНа Игорь Тарасов уверен, что Полихович, мешавший полицейским задерживать протестующих, ударил его по запястью, тем самым «причинив (ему) физическую и моральную боль». В качестве доказательства следствие продемонстрировало видео, на котором несколько ОМОНовцев скручивают молодого человека. За брючный пояс, по версии следствия, его из рук полицейских вырывает Полихович. На лице Алексея — хирургическая маска. Вскоре после предъявления второго обвинения Татьяна стала собирать бумаги на разрешение о бракосочетании.

Худощавая блондинка с твердым характером, она познакомилась с Алексеем в МИЭМе, где училась на инженера-математика: «Это было пять лет назад, мы с Лешей сразу подружились и вместе ушли из этого вуза — не понравилось, не наше. Он ушел в армию, год служил на Северном флоте, а я пошла в другой институт. Долгое время мы просто были лучшими друзьями», — рассказала Татьяна. Встречаться с Алексеем она начала за три недели до его ареста: «Скоро будет год наших отношений, из которых мы виделись едва ли месяц».

Она устала объяснять, почему они с Алексеем решили пожениться за решеткой: «Это юридическая защита, в которой мы, как показала практика, нуждаемся. Когда я ничего не могу сделать для любимого человека, мне хочется все волосы на голове себе вырвать, а будучи женой, я могу свидание получить, разрешение оформить, передачку нормальную сделать. Это такая своеобразная замена: я не могу быть рядом с любимым человеком, но могу максимально ему помочь». С момента ареста до свадьбы им предоставили только одно свидание. Свадьбу Татьяна описала лаконично: «Да какая фата, я тебя умоляю! На мне было летнее платье и чулки, которые все время сползали. Я иду, а у меня чулок на коленке болтается, жесть. Провели нас в кабинет, мебель в бежевом тоне, стульчики мягкие. Потом заводят Лешу, представляешь, без наручников, как нормального человека. Я его обняла, а он такой крутой на ощупь, с ума сойти можно!»

Последней среди фигурантов «болотного дела» распишется 20-летняя Александра Духанина. По делу о «массовых беспорядках» 6 мая ее задержали первой. Девушка единственная из обвиняемых, кто попала под домашний арест. Поэтому и свадьбу Духанина с разрешения судьи сыграет 26 июля 2013-го не в зале изолятора, а в Академическом ЗАГСе.

22-летний Артем Н. (молодой человек попросил не упоминать его фамилию — прим. «Ленты.ру»), жених Александры Духаниной, не видел фотографий своей будущей жены с Болотной площади, которые облетели весь интернет: на них рослый ОМОНовец в камуфляже тащит, прихватив за горло, хрупкую брюнетку. 6 мая Артема, анархиста по убеждениям (Духанина придерживается этих же взглядов), на Болотной площади не было: он устал от митингов и поехал в подмосковный Климовск по делам. Через пару дней Артем попал в лагерь оппозиции на Чистопрудном бульваре у памятника Абаю Кунанбаеву, только там заметил Сашу — и «сразу влюбился».

19 мая анархисты провели свою последнюю акцию против вырубки соснового леса в подмосковном Жуковском. «Тогда мы с ней [Духаниной] вместе ездили в Цаговский лес, а потом меня, Алексея Гаскарова и еще одного анархиста из "Автономного действия" посадили на двое суток в ИВС в Жуковском. Саша приехала на подмогу», — вспомнил Артем. После этого молодые люди стали встречаться: «Правда, совсем недолго, ее ведь уже 27 мая задержали». Потом был первый суд по избранию Александре меры пресечения, на котором ей предъявили обвинение в участии в «массовых беспорядках» и применении насилия в отношении сотрудников органов власти. В сети появилась видеозапись, легшая в основу обвинения Духаниной; на ней она — в коротком платье и с рюкзаком за плечами — бегает по Болотной площади и кидает камни. Духанина находится под домашним арестом по месту прописки, в квартире своей тети, радиожурналистки Иветты Медведцкой («Лента.ру» взяла у нее отдельное интервью). Через нее Артем и Саша обменялись кольцами. «Институт брака я не особо котирую, но, по самым оптимистичным прогнозам, Саша получит два-три года колонии. Хочется заранее быть уверенным, что у нас будут длительные свидания», — резюмировал Артем. Кроме того, он надеется, что после свадьбы Духаниной на время суда разрешат отбывать домашний арест в его квартире.

Впрочем, не для всех девушек вопрос со свиданиями решила свадьба. Александре Кунько, несмотря на то что она не была ни официальной, ни гражданской женой Степана Зимина, следователь стабильно давал свидания с другом два раза в месяц ― до тех пор, пока дело не передали в прокуратуру. После апреля 2013 года свидания ей запретили. Александра познакомилась с Зиминым на танцах, молодые люди начали встречаться за два с половиной месяца до его ареста, 9 июня 2012 года. Сейчас она признается, что больше узнала о своем друге в комнатах для свиданий СИЗО «Водник», чем гуляя с ним весной прошлого года по улицам Москвы.

Девушка знала, что молодой человек, помимо танцев, увлекается исторической реконструкцией, изучает арабский в РГГУ и что в университете он взял академический отпуск. О том, что Степан Зимин анархист и, как Духанина и Гаскаров, участвовал в акциях по защите Цаговского леса, Александра не догадывалась. «Мы практически не касались разговоров о политике. От меня эта сфера очень далека. Знаю, что он придерживался стандартных благородных принципов ― за свободу, равенство — такого плана. Не то что я пресекала такие темы, просто не поддерживала разговор», ― пояснила Александра.

6 мая она была в отпуске не в Москве. Степан рассказал ей по приезде, что оказался во время митинга в автозаке, Александра увидела у него синяк под глазом, но подробности Степан ей рассказывать не стал ― о том, что в тот день на площади митингующие сошлись врукопашную с полицией, она узнала только после ареста своего молодого человека. Тогда же она узнала от друзей, что в январе у Зимина умерла от рака мать и академический отпуск он взял как раз из-за этого.

На Болотной площади ОМОНовец опознал в Зимине молодого человека, который 6 мая «прицельно кинул в него куском асфальта размером 15 на 15 сантиметров», не промахнулся и сломал ему палец. По совету друзей в день ареста Степана Александра набрала номер координатора проекта «Росузник» Сергея Власова (он занимается помощью «болотным», собирая в интернете пожертвования на оплату работы их адвокатов ― прим. «Ленты.ру»). Они договорились о встрече в тот же день: «Меня тогда напрягало просто все. Почему-то сейчас вспомнилась фраза Сережи: "Ты не удивляйся, за нами, возможно, сейчас следят. Возможно, кстати, твой телефон прослушивается". Я была в шоке. Какая прослушка, вы вообще о чем, это же танцы».

В апреле, когда постоянные посещения СИЗО и судов стали для нее рутиной, Следственный комитет опубликовал страницы из дневника обвиняемого Зимина. Розовой и зеленой ручкой молодой человек писал, что «иногда бывает страшно кидаться с арматурой на ОМОН» и что, собираясь на митинг, он очень боялся за Сашу и опасался больше ее не увидеть. Александра записи комментировать отказалась, но поступок Следственного комитета назвала подлым. «Это история для меня не общественная, а наша со Степой. Готовы мы ко многому. Есть надежда, безусловно, на хороший исход дела. Но мы реально смотрим на вещи, мы знаем, какой процент оправдательных приговоров. Но если за год люди остались с ним, значит, они пойдут за ним дальше», ― рассуждает девушка, готовя себя к тому, что Степану дадут реальный срок. Свадьбу молодые люди, как заметила Александра, «еще не обсуждали» ни в письмах, ни в СИЗО.

«Папа в командировке»

Если свидетельство о браке дает право на свидание, то родительский статус должен учитываться при избрании меры пресечения для подозреваемых. Адвокаты трех обвиняемых по «болотному делу» ― Александра Марголина, Сергея Кривова и Ярослава Белоусова ― приносили в суд справки о том, что у их подзащитных есть малолетние дети. В первых рядах сидели жены, готовые лично подтвердить написанное в документах. Но суд посчитал, что обвиняемые совершили тяжкие преступления, а об их детях есть кому позаботиться. Жены фигурантов «болотного дела» не знают теперь, как объяснить сыновьям и дочерям, что их отец участвовал в «массовых беспорядках».

На одной из многочисленных видеозаписей с митинга 6 мая есть и такая картинка: толпа толкает ОМОНовца, тот, хватаясь руками за воздух, грузно оседает на асфальт, мимо идут два человека, один из них — в темной майке и джинсах, к рюкзаку привязана белая лента. Он направляется к ОМОНовцу, замахивается ногой, целясь в туловище. Достиг ли удар цели, камера не зафиксировала. По версии следствия, это Александр Марголин, 21-й фигурант «болотного дела». Его опознал сотрудник ОМОНа Владимир Бажанов: по его утверждению, Александр повалил его на землю и нанес два удара ногой, из-за чего ОМОНовец «испытал физическую боль».

Замдиректора издательского дома «Медиацентр-Арт» Марголин был задержан 20 февраля 2013 года; он женат, отец двух дочерей, верный болельщик ЦСКА (по словам жены, они ходили на матчи вместе). Принимал участие в протестных акциях с декабря 2011-го.

Елена и Александр познакомились в 1990 году: она училась в институте мелиорации, он — в полиграфическом. Политика стала волновать Александра только после думских выборов 2011 года; сама же Елена на митинги не ходила: «У нас двое детей: старшей, Марии, — 14 лет, младшей, Анне, — 11. Сами понимаете, не до митингов было, я даже не работала, только дочерьми занималась: водила на уроки иностранного языка, в художественную школу».

С обыском в квартиру Марголиных пришли в семь утра: Маша болела гриппом, Аня спала, а Александр как раз собирался на работу. Когда его увели, Елена постаралась сделать так, чтобы ничего не изменилось. «Дочери, — рассказала Марголина, — продолжали учиться в школе, но стали, конечно, более самостоятельными: школа у нас находится далеко от дома, раньше Саша возил девочек в школу, теперь они начали ездить сами». Сама Елена в первый раз в жизни нашла подработку.

«Дети у меня большие молодцы, ведут себя спокойно, сдержанно, — описала их характер Марголина. — Они, конечно, очень переживают, но научились это нигде не показывать, ни с кем не обсуждать. Просто ждут. Я им сказала, что был митинг, который вот так вот для их отца закончился». Елена уверена в невиновности мужа: «Саша просто хотел высказать свою гражданскую позицию. Я думаю, он даже не предполагал, чем все может закончиться».

В похожей ситуации оказалась ровесница Марголиной, 40-летняя Кира Кривова. Ее муж Сергей Кривов, с которым она познакомилась больше десяти лет назад на практике в МИФИ, был задержан 18 октября 2012 года у здания Следственного комитета на пикете в поддержку «узников Болотной». На следующий день ему самому было предъявлено обвинение в участии в «массовых беспорядках» и нападении на сотрудника органов власти. По версии следствия, на митинге 6 мая Сергей «выхватил резиновую палку у полицейского, нанес ею удары, передал дубинку другому демонстранту». На очной ставке Кривов был опознан двумя ОМОНовцами. «Я думаю, что полицейские вели себя так, что муж не стерпел, бросился остальным на помощь. Он и сам пришел домой весь избитый», — утверждает его жена.

Политикой Сергей интересовался всегда: сначала — следил за новостями, обсуждал их с коллегами; затем, в декабре 2011-го, записался на выборы наблюдателем. Для Киры же на первом месте всегда были дети — 11-летняя Настя и 9-летний Вася. «Я своих детей родила не просто так, я их должна на ноги поставить, — объяснила нам русоволосая Кира. — У Сергея было немножко другое к этому отношение. Я разделяла его взгляды, его мнение, но пыталась ему напомнить, что у него есть дети, есть семья». Когда его забрали при детях, Кира сказала им очевидное: «Папа в командировке». Позже Насте и Васе обо всем рассказали одноклассники и друзья: «Муж ходил на родительские собрания, его знали мамочки в школе и соседи во дворе. Через пару недель одноклассники стали спрашивать у моих детей: "Где ваш папа, почему он домой не приходит?" Насколько я поняла, им про это рассказали их родители, которые, конечно, телевизор смотрят и новости читают. Дети пришли ко мне с расспросами, и я вынуждена была отменить первоначальную версию ― "командировка". Когда дети узнали, что их отец арестован, то очень расстроились, поскольку поняли, что теперь уж точно долго его не увидят. Они спрашивают, когда он вернется. Моя дочь, которая писать не очень приучена, поскольку больше компьютером пользуется, недавно принесла мне письмо для отца, которое сама от руки написала».

Кривова боится любых разговоров, связанных с будущим судебным процессом: «Не хочу об этом ни говорить, ни думать. Его не осудили, понимаете? Надо дождаться приговора, тогда все станет яснее. Если осудят, буду больше работать». Тяжелее всего после ареста мужа Кира переносила нехватку времени: «Сергей много делал по дому: ремонтировал сантехнику, закупал продукты. Он лучше меня разбирался и в ценах, и в ассортименте, ездил в супермаркет на машине, покупал ровно то, что нужно. Я же умею водить машину, но не очень это дело люблю. А теперь жизнь заставила, вожу».

Тамара Лиханова, жена другого фигуранта «болотного дела», Ярослава Белоусова, почти на все встречи с журналистами приходит с двухлетним сыном Андреем: оставить ребенка ей не с кем. С ним она 7 мая ездила и в столичное отделение полиции на улице Большая Якиманка, когда ее мужа задержали после «Болотной» на сутки в «обезьяннике». Тамара и не предполагала, что отца малолетнего ребенка могут посадить в СИЗО еще на больший срок.

Ярославу и Тамаре по 22 года. Они учились в одной группе на факультете политологии МГУ. Оба — отличники и сразу обратили друг на друга внимание; на первых курсах поженились. Ярослав, приехавший поступать в МГУ из Минеральных Вод, переехал из общежития к Тамаре, на третьем курсе у пары родился сын Андрей. Тамара взяла академический отпуск, а Ярослава все больше занимала учеба. Когда начались протесты против результатов выборов, он стал готовить курсовую на тему «Роль социальных сетей в массовых акциях протеста». По словам жены, на Болотную площадь 6 мая Ярослав пошел из научного интереса. СМИ сообщали, что Белоусов состоял в Национал-демократической партии националиста Константина Крылова и в Русском гражданском союзе, но Тамара настаивает, что их идеям ее муж просто сочувствовал. У самой Тамары в это время «голова была забита сыном», на митинги она не ходила.

Супругам казалось, что сутки в холодной камере ОВД после акции — уже несправедливое и достаточно жесткое наказание. Но через месяц мужа забрали в СИЗО. По версии следствия, 6 мая Белоусов «прицельно бросил в сотрудника ОМОН Филиппова неустановленный твердый предмет желтого цвета шарообразной формы, который попал последнему в верхнюю часть груди справа, причинив физическую боль».

Про отца Тамара рассказывает сыну, показывая фотографии, Андрей узнает его по снимкам. До апреля следователь разрешил ей шесть свиданий, но когда дело поступило в суд, судья Наталья Никишина ей, как и всем остальным обвиняемым по делу, в свиданиях отказала. Тогда Тамара захотела стать наряду с адвокатом общественным защитником Ярослава ― это дало бы ей право посещать его в СИЗО. Но суд на первом заседании по существу отказал ей в этом. «Хотелось бы, конечно, и в глаза посмотреть ОМОНовцу, который дал показания против Ярослава. Не знаю, сможет ли он все это, глядя в глаза, повторить, не уверена в этом», — Тамара считает, что у ее мужа и в мыслях не было покалечить представителя власти. На вопрос, какой приговор может ждать Ярослава, Тамара ответила поговоркой: готовься к худшему — надейся на лучшее. «Загадывать, ждать — пустое это все, — рассудительно отметила Тамара. — [Константину] Лебедеву (признан виновным в организации «массовых беспорядков» — прим. «Ленты.ру») и [Максиму] Лузянину (признался в участии в беспорядках и нападении на сотрудника полиции — прим. «Ленты.ру») дали реальные сроки, но тут другая ситуация: они признали вину. Одному при этом дали два с половиной года, а другому — четыре с половиной. Почему, от чего это зависит, я не могу понять до конца».

Свидания через аквариум

Подругам других фигурантов дела о массовых беспорядках повезло со свиданиями меньше. Жениха 22-летней студентки Анны Карповой Алексея Гаскарова задержали 28 апреля 2013 года. Он стал 28-м и пока последним фигурантом «болотного дела». Мать и отец по одному разу успели сходить в СИЗО к сыну, но Анне следователь свидание не дает без объяснения причин. По мнению девушки, ее не пускают к жениху, потому что она была с ним 6 мая на Болотной площади.

28-летний Алексей Гаскаров — известный антифашист. В 2010 году он уже проходил обвиняемым по громкому делу о нападении анархистов на администрацию города Химки. В тот раз дело закончилось трехмесячной отсидкой в Можайском СИЗО и оправдательным приговором; на этот раз, уверена Карпова, Алексею дадут реальный срок. Обвинение вменяет Гаскарову две стандартные статьи — участие в «массовых беспорядках» и насилие в отношении представителя власти. Доказательством служит видеопленка, на которой Гаскаров оттаскивает задержанного от ОМОНовца Игоря Ибатулина. По свидетельству Ибатулина, «его занесли в толпу за руки и за ноги, отобрали шлем и избили». «Леша просто хотел помочь задержанному человеку, такая сложилась ситуация. Говорить о том, что он кого-то избил, глупо — он в такие переделки сам пытается не влезать, потому что знает, что их можно использовать как повод для ареста, что впоследствии и произошло», — пояснила Анна. На пленке с Ибатулиным есть и другие кадры: один из ОМОНовцев валит Гаскарова на асфальт, а потом ударяет его ногой в лицо. Гаскаров подавал заявление на возбуждение уголовного дела против сотрудника полиции, но ему отказали.

В конце лета 2012-го, когда начались массовые задержания по «болотному делу», Карпова и Гаскаров уехали в Испанию: там, в парке аттракционов неподалеку от Барселоны, он сделал ей предложение. В отличие от большинства фигурантов громкого процесса, задержание Алексея для молодых людей неожиданностью не стало. «Мы с Лешей много раз обсуждали, будет ли он по 6 мая обвиняемым проходить. Он задел того ОМОНовца на площади, это раз. Во-вторых, когда задержали и посадили под домашний арест Константина Лебедева, у нас были серьезные опасения, что он в своих показаниях назовет Лешину фамилию, поскольку она известная», — рассказала Анна. На Алексея, боится она, у Следственного комитета «долгоиграющие планы». Сторона обвинения, в общем, подтверждает это: следователь по «болотному делу» в интервью «Ленте.ру» заявил, что именно Гаскаров, по его мнению, привел на площадь провокаторов в масках. «Его просто выдернули из моей жизни, ни его нет, ни свадьбы, — вздыхает Анна. — Я Леше предложила жениться в СИЗО, он сказал, что не хочет связывать свадьбу с этим местом. С другой стороны, если другой возможности увидеться у нас не будет, то мы, конечно, поженимся».

24-летняя Екатерина Миншарапова тоже была на Болотной площади со своим молодым человеком, 23-летним Андреем Барабановым. За год ей дали только два свидания с ним в апреле, когда в деле сменился следователь. Первый следователь по делу Барабанова сразу сказал девушке, что она, хотя и жила с Андреем три года, официальной женой ему не является и приходить к нему в СИЗО не может.

По словам Екатерины, с Андреем они «все время были вместе». Официально нигде не работали и дома выполняли частые заказы: наносили аэрографию на компьютеры, телефоны, плееры. На протестные акции зимой тоже ходили всегда вместе, пришли вдвоем и на Болотную площадь 6 мая. По словам Екатерины, сначала все было «превосходно и весело», но хорошее настроение улетучилось, когда цепи «страшно одетых ОМОНовцев» возле кинотеатра «Ударник» начали теснить людей. «Все это было так спонтанно. Нас с Андреем раскидало по разные стороны. Я видела, как они выхватывали из толпы людей и били. Андрея все не было, через 10-12 минут он позвонил мне с чужого номера из автозака», — вспомнила Екатерина события 6 мая. По версии следствия, за эти 12 минут Андрей Барабанов, стоя рядом с Максимом Лузяниным, ударил сначала кулаком, потом ногой поваленного толпой ОМОНовца. Кадры этого видео тоже обошли весь интернет. Молодые люди пинают человека в форме, а он кричит «Помогите!» «Во-первых, на этом видео нет ни одного касания. Есть замах, но нет касания», — прокомментировала видео Екатерина. Действия людей на пленке она не осуждает: «Если бы меня засняли в этот момент, то у меня было бы совершенно недовольное лицо и даже, наверное, страшное. Если бы я не была девочкой в платьице, я тоже могла бы среагировать». На первых заседаниях по избранию и продлению меры пресечения Андрея Барабанова следствие называло футбольным фанатом и анархистом. Екатерина отрицает и то, и другое. По ее словам, веган Барабанов, приютивший дома двух бездомных кошек, двух бездомных собак и даже бездомную черепаху, любит свободу, но «не негативен», а досуг футбольных фанатов считает примитивным.

Барабанов, попав в СИЗО, сразу через адвоката сделал ей предложение. Разрешения на свадьбу в изоляторе девушка добивалась четыре месяца. Когда все бумаги были подписаны, оказалось, что замужество означает автоматическое снятие с очереди на жилье. «Вопрос очень сложный, и поэтому решили отказаться от брака, настоял и Андрей. У меня с июля или с августа дома висит летнее платьишко, балетки, заколочки. Не хочется о таких грустных вещах думать, но первое свидание в колонии можно и не жене дать... Потом, может, как-то договоримся. Я сильно нервничаю от таких мыслей», — закончила Екатерина разговор.

Миншарапова готовится посещать каждое заседание по «болотному делу» в Мосгорсуде и смотреть на жениха из-за стекла «аквариума». Но жена Леонида Ковязина, сидящего на скамье подсудимых за спиной у Барабанова, не может себе этого позволить. Она учится в Санкт-Петербурге, живет в Кирове, на постоянные переезды еще и в третий город, в Москву, нет ни времени, ни средств. Тарасова уже купила билет в столицу на 15 июля, хотя никто не гарантирует, что в этот день в Мосгорсуде будет заседание. Пока же в суд ходит ее мать, теща Ковязина, Екатерина.

Из-за разделяющих Москву и Иваново километров не может попросить свидание с мужем и 34-летняя Элина Егонян. Домой в Ивановской области к ней и ее мужу, 35-летнему Дмитрию Рукавишникову, пришли с обыском 2 апреля 2013 года в полвосьмого утра. В этот день Элина узнала, что год назад в Москве, куда ее муж поехал на майские праздники к матери, были массовые беспорядки. Рукавишникова из Иваново этапировали в столицу. Приехать на арест мужа Элина, работающая юристом в администрации областного центра, не смогла.

На суде по мере пресечения в Москве брат Рукавишникова Вадим Данилов рассказывал, что Дмитрий был членом «Левого фронта» и помощником депутата Ильи Пономарева. Элина, познакомившаяся с мужем в 2006 году, когда они оба получали в Иваново второе образование, об этом не знала. «Его политические взгляды я знала на уровне семейных разговоров, дома высказывали мнение по тому или другому вопросу. Он не был так активен в плане политики», — вспоминала она. Как выяснилось позже, боец ОМОНа Синегубов узнал в Рукавишникове одного из активистов, которые 6 мая переворачивали кабинки туалетов и строили из них баррикады. Фотографии с Рукавишниковым, облокотившимся на желтую кабинку, есть в фоторепортажах с митинга.

На свидание в СИЗО в Москву она смогла приехать один раз. «Дмитрию вменяют только то, что он опрокинул биотуалет и уничтожил имущество. Я считаю, что имущество, причем не государственное, а частное, не уничтожено. Я видела в интернете просто стоп-кадр, на котором он стоит и держится за туалет. Это не является доказательством, он мог просто стоять рядом с этой коробкой», — уверена Элина. Ее друзья и коллеги по работе в администрации знают, что муж в СИЗО: сюжет о Рукавишникове показали на местном канале. По словам Элины, «в Иваново все понимают абсурдность обвинения» и потому относятся к нему несерьезно, считают, что это какое-то недоразумение и скоро Дмитрий вернется из московского СИЗО обратно на работу. Элина же пока только размышляет, как часто ей удастся ездить в столицу на процесс по делу мужа. По версии следствия, биотуалеты Рукавишников переворачивал в компании вятского журналиста Леонида Ковязина, с которым никогда не был знаком. Они ни разу не виделись, не встречались, не общались в социальных сетях. Теперь их объединяет общее дело. Так же, как и их жен.

Обсудить
«Зеленый профессор Саша»
Ультраправых в Австрии одолел потомок беженцев из России
Маттео РенциNo, синьор Ренци!
Итальянские избиратели не поддержали реформы премьер-министра
Пекин«Все меньше остается от старого Пекина»
Как меняется жизнь китайской столицы при Си Цзиньпине
Франсуа ФийонПравый друг
«Пророссийский кандидат» Франсуа Фийон — фаворит президентской гонки во Франции
Тест: у каких малолитражек суперкары воруют фонари
Сможете ли вы узнать автомобиль по задней светотехнике
Тест нового корейского бизнес-седана
Длительный тест Kia Optima нового поколения
Когда, кому и за что дарили автомобили?
Fiat для девушки Playboy, Hyundai для «Мисс Россия 2016» и Porsche для тренера по борьбе
«Вы приехали»
Длительный тест Toyota Camry с «Яндекс.Навигатором»
Горите в аду
Получить имущество по наследству становится все труднее
Лестница в ад
Неприглядная правда об интеллигентных обитателях центра Москвы
Пассажиры в зале ожидания в аэропорту СочиКвартирный вопрос их испортил
Как обманывают приезжих нечистоплотные москвичи
Худо будет
Москвичи тратят миллионы на квартиры, в которых невозможно жить