Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

«Героя можно сравнить с Берлускони»

Режиссер Майкл Уинтерботтом — о «Властелине любви»

Кадр из фильма «Властелин любви»

11 июля в российский прокат выходит «Властелин любви» — новый фильм английского режиссера Майкла Уинтерботтома, известного своей высокой производительностью (за последние десять лет он снял более десяти игровых, документальных и телевизионных фильмов). Это отчасти комедийная, отчасти драматическая история о Поле Рэймонде (1925-2008) — миллиардере из Лондона, который сколотил состояние на эротических журналах, клубах и недвижимости. Главного героя сыграл британский комик Стив Куган, прославившийся в начале 2000-х после участия в другом фильме Уинтерботтома — «Круглосуточных тусовщиках»; «Властелин любви» — это пятый совместный проект актера и режиссера. «Лента.ру» обсудила с Уинтерботтомом обнаженных девушек, лондонские нравы, а также Романа Полански и Стивена Содерберга.

Разговор состоялся еще в феврале, на специальном показе «Властелина любви» в рамках Берлинского кинофестиваля.

«Лента.ру»: После премьеры на Берлинском кинофестивале слышал от обычных зрителей мнения о том, что в фильме слишком много обнаженных тел. Это, в общем, понятно — учитывая род занятий главного героя. Но мне при этом кажется, что вам, несмотря на тематику, удалось снять целомудренное кино о любви.

Майкл Уинтерботтом: Понимаете, дело в том, что в мире, в котором жил Пол Рэймонд, действительно было много обнаженных женских тел. Но мы специально придумали фильм таким образом, что в начале мир Рэймонда, состоящий из клубов и обнаженных женщин, действительно кажется гламурным и приятным, но чем больше вы погружаетесь в него, тем более скучным и однообразным он начинает казаться. И самое главное, основной фокус в фильме все-таки на трех женщинах: жене, дочери и любовнице Рэймонда. А что до голых девушек, то они всего лишь выполняют роль фона.

Насколько герой, которого играет Стив Куган, похож на реального Пола Рэймонда? Мне показалось, что вы его приукрасили в фильме.

Мне кажется, сходство большое. Нас консультировала родная внучка Пола, которая очень хорошо знала своего деда. Она регулярно появлялась в том числе и на съемочной площадке «Властелина любви», так что Кугану сильно повезло — ему было на что опереться в работе над образом. Особенно нам удались внешний вид Рэймонда, повадки и то, как он разговаривал с людьми. Что касается сюжета — тут мы тоже придерживались истории. Меньше всего буквализма в той части фильма, где мы попытались понять, кем же на самом деле был Пол. Но и тут мы переговорили с кучей людей. Оказалось, что у каждого был свой собственный Пол Рэймонд, никто ни с кем не сходился во мнении. Кто-то говорил, что он был скупым, кто-то — что щедрым, одни запомнили его как забавного парня, другие — как недалекого. Все эти мнения мы постарались уместить в один образ. Возможно, в реальности он был и одним, и другим, и третьим — в зависимости от того, с кем имел дело.

Есть ли в наши дни фигура, сопоставимая с Полом Рэймондом по масштабу?

Скорее нет, чем есть. Сложно сказать. Дело в том, что карьера Пола Рэймонда довольно продолжительная, она охватывает чуть ли не полвека. Он начинал с гастролирующего театра, потом последовала клубная деятельность, затем он занимался недвижимостью и откровенными журналами для взрослых. Так что в Великобритании сейчас нет такой фигуры, с которой Рэймонда можно было бы сопоставить. А что до остального мира — ну, вот разве что с Берлускони. Он настолько же богат, до самого последнего момента имел большую власть и делал бизнес в самых разных областях. Да, Берлускони — это хороший пример Пола Рэймонда наших дней.

А как вы думаете, почему Рэймонд — локальная знаменитость? Его хорошо знали и до сих пор знают в Англии и особенно в Лондоне, а в мире — не очень, и тогда, и сейчас.

Его бизнес был очень британским. Когда он только начинал с голыми девушками, он смотрел в сторону Парижа и Вены, где все это было уже растиражировано, и собирался привить эту культуру в Великобритании. Но сама идея перенести это из гламурного и раскрепощенного Парижа в пуританский и антигламурный Лондон была довольно амбициозной. Ему пришлось подстраиваться. Да и интернета тогда еще не изобрели. А как раз интернет мог бы сыграть ему на руку.

Как вы воссоздавали 1960-е и 1970-е на экране?

В течение нескольких месяцев мы проводили исследования, встречались с как можно большим количеством людей, которые знали Рэймонда или эпоху. Это было непросто, честно говоря. Мы снимали фильм в Сохо, где, собственно, все происходило и в реальной жизни. Сохо серьезно изменился с тех пор, но некоторое количество заведений до сих пор там работает. Мы старались снимать в местных клубах и ресторанах, чтобы поймать необходимую для фильма атмосферу. Сохо — вообще особенное для Лондона место, поэтому нам было так важно снимать именно там.

Почему это место такое особенное?

Потому что его атмосфера не поменялась с годами. Физически оно, может, и изменилось, осталось не так много старых заведений, но характер местного бизнеса остался прежним. Сейчас люди проводят там время так же, как британцы проводили его, скажем, в 1980-е — наркотики, секс, бары и клубы для взрослых, дорогие рестораны. Совершенно определенный, в общем, вид развлечений. Баланс, наверное, изменился, но если вы хотите найти определенные наркотики, вы их там точно найдете.

В период, когда Пол Рэймонд активно занимался своими клубами, в Лондоне жил и работал Роман Полански — еще один известный любитель вечеринок и женщин. Как думаете, они были знакомы?

Не могу точно сказать, но едва ли. Штука в том, что Рэймонд не очень-то интересовался культурой. Даже если он и пересекался когда-либо с Романом Полански, едва ли он знал, кто это такой.

Вы очень продуктивны, порой снимаете по несколько фильмов в год. Вот Стивен Содерберг, который придерживался подобных темпов, например, устал от кино. А вы еще нет?

Откуда вы знаете про Содерберга?

Он говорит об этом на каждом углу. Постоянно обещает уйти из кино. И даже, кажется, ушел.

Да? Не могу с ним не согласиться — кинопроизводство изматывает. Но когда я долго не снимаю кино, меня это фрустрирует. Потому что когда я не снимаю, это значит, что я занимаюсь тем, что пытаюсь найти средства на съемки нового фильма. У меня маленькая компания с небольшим количеством продюсеров, и мы бываем ограничены в ресурсах. Поэтому гораздо больше времени у нас уходит не на производство фильмов, а на борьбу за то, чтобы это производство запустить. С «Властелином любви» было легко, но раз на раз не приходится. Мы вынуждены искать по несколько разных источников финансирования на каждый проект, а на таком раннем этапе людей можно заинтересовать только сценарием.

При этом вы никогда надолго не прерывались, если посмотреть вашу фильмографию. Снимаете фильмы один за другим — без остановок.

Я стараюсь не прерываться, потому что, когда ты делаешь перерыв, потом очень сложно вернуться обратно в строй. Совсем недавно у меня был двухмесячный перерыв, и я все никак не мог дождаться, когда же он кончится.

Еще есть такое ощущение, что за последние десять лет вы успели поработать во всех жанрах, включая документалистику, и снять кино обо всем на свете. Как вы выбираете темы для своих новых работ?

Идеи обычно исходят от меня самого. Затем мы начинаем их разрабатывать. Но идеи — это еще не фильмы, которые в результате могут получиться. Это всего лишь идеи, которые кажутся интересными, а дальше требуются два, три, четыре года, прежде чем эти фильмы будут готовы. И пока мы не нашли этому заведенному порядку альтернативы.