36 дыр в Печорском море

Что такое платформа «Приразломная» и почему ее постоянно атакуют «зеленые»

Активисты Greenpeace на платформе «Приразломная»
Активисты Greenpeace на платформе «Приразломная»
Фото: Денис Синяков / Greenpeace

За скандалом, вызванным арестом экипажа судна «Арктик Санрайз», на котором активисты Greenpeace хотели провести акцию у платформы «Приразломная», как-то забылось, почему именно это сооружение вызвало протесты экологов. Между тем «Приразломная» — один из самых спорных проектов «Газпрома», а шлейф разного рода сомнительных историй тянется за платформой со времени начала ее возведения.

Великая арктическая

Хотя Россия и занимает одно из первых мест в мире по запасам нефти и газа, беспокойные геологи не останавливаются на достигнутом и открывают все новые и новые месторождения. Дойдя до сухопутных границ страны, они вышли в море и уже к концу 1980-х обнаружили на шельфе огромные месторождения, разработка которых может сильно изменить мировой нефтегазовый рынок.

Однако одно дело найти нефть и газ и совсем другое — начать их добычу. Суровая арктическая природа до последнего защищала Северный Ледовитый океан от людей, но высокие цены на топливо вкупе с новыми технологиями постепенно открыли доступ и к «северным» углеводородам. Вернее, почти открыли — основные проекты по извлечению нефти и газа из арктического шельфа будут запущены в ближайшие годы.

Для России разработка шельфа — это не только возможность получить нефтяные сверхприбыли, но еще и шанс заявить о себе как о «великой арктической державе», повысить престиж страны за счет по-настоящему высокотехнологичной отрасли.

В 1990-е и начале 2000-х в России о серьезной работе на шельфе говорить не приходилось, но правительство вместе с госкомпаниями сформировало пул приоритетных нефтяных и газовых месторождений в Арктике. Одно из таких месторождений — нефтяное Приразломное. Оно расположено на шельфе Печорского моря относительно недалеко от берега — в 60 километрах. Глубина моря на этом участке также невелика — 19-20 метров (для сравнения, затонувшая в Мексиканском заливе платформа Deepwater Horizon работала на глубине более километра и в 80 километрах от берега), но все вышеперечисленное вовсе не означает, что добывать нефть в Печорском море легко. Более того, раньше это считалось невозможным, поскольку нефтяники должны не только выдерживать полярную ночь и девять месяцев зимы (с температурами до минус 46 градусов), но еще и следить за тем, чтобы платформу не раздавили льды толщиной более полутора метров и торосы толщиной в три с половиной метра. Наконец, в том же районе случаются еще и так называемые ледяные штормы и дрейф ледовых полей.

В мировой истории нефтедобычи аналогов тому, что «Газпром» собирается сделать на Приразломной, нет, так что с точки зрения государственного престижа добыча нефти в Печорском море — вещь исключительно важная. Другое дело, что за стремлением установить рекорд может потеряться экономическая эффективность проекта.

Десятилетие в доках

Специальную платформу для Приразломного месторождения в России начали строить на «Севмаше» еще в 1990-х годах, но из-за недостатка финансирования проект был заморожен.

Идею возродили в начале 2000-х, причем в «Роснефти» (тогда было еще непонятно, кто из российских государственных гигантов будет разрабатывать месторождение) утверждали, что добычу в Печорском море можно наладить к 2005 году. Реальные сроки сдвинулись как минимум на восемь лет — сейчас «Газпром» планирует начать добычу в последнем квартале 2013-го. Не исключено, что и этот срок будет скорректирован — запустить эксплуатацию Приразломного ранее планировали и в 2010-м, и в 2011-м, и в 2012 году.

Еще в начале 2000-х в «Севмаше» решили, что для сокращения сроков строительства лучше заняться основной, нижней частью платформы — кессоном, а верхнюю часть с жилым блоком купить где-нибудь на стороне. В 2002 году компании приглянулась платформа «Хаттон» (Hutton), когда-то работавшая в Северном море и списанная по истечении срока годности. Если бы покупатели из России не подоспели вовремя, платформа «Хаттон» была бы порезана на металлолом.

Именно с приобретением «Хаттона» связан первый скандал вокруг «Приразломной»: сделка прошла крайне непрозрачно. В течение 2002 года платформу несколько раз перепродавали, и если первая сделка прошла по цене в 29 миллионов долларов, то затем некая офшорная компания Monitor TLP Ltd продала россиянам списанную платформу уже за 67 миллионов долларов. В норвежской прессе, правда, назывались другие цифры: 365 и 500 миллионов норвежских крон соответственно (по текущим курсам это 60,7 и 83,2 миллиона долларов), но норвежцы оговаривали, что разница в 135 миллионов крон — это чистая прибыль Monitor от сделки.

Что именно произошло — переплатила ли российская сторона или недоплатил тот самый офшор, неизвестно, но на российских специализированных форумах, заинтересовавшихся чередой сделок, цитировали норвежскую прессу, в которой говорилось, что россияне приглядывались и к другим платформам, в том числе и к одной действующей на Аляске. Она якобы стоила 60 миллионов долларов, но в России сочли ее слишком дорогой.

Норвежцы действительно посвятили сделке ряд статей (например, эту; найти процитированную на форуме заметку в открытом доступе не удалось). Их интерес понятен: владельцем Monitor TLP оказался местный житель Бьорн Осеред. Из данных норвежцев следует, что он сумел заработать 135 миллионов крон за один день: Осеред купил «Хаттон» 28 августа, а продал 29-го.

На подозрительной цене «странности» с будущей «Приразломной» не закончились. Так, архангельские журналисты обнаружили, что «Хаттон» оказался радиоактивным, и россиянам, прежде чем модернизировать верхнюю часть платформы, пришлось сначала «очищать» ее от радионуклидов. Впрочем, историю с радиоактивностью «Хаттона» удалось довольно быстро замять.

В течение нескольких лет на «Севмаше» достраивали кессон и приспосабливали к нему верх от видавшей виды иностранной платформы. Летом 2011-го работы в доках были завершены: получилась квадратная платформа со стороной 126 метров на уровне основания и высотой кессона 24,3 метра (а с дефлектором — 40,5 метра), которая должна будет пробурить 36 скважин, в том числе 19 добывающих. Тогда же «Приразломная» отправилась в свой единственный рейс — до месторождения.

Параллельно для «Приразломной» создавалась инфраструктура, в том числе важнейшие ее составляющие — два танкера, которые должны в круглогодичном режиме забирать с месторождения добытую нефть. И хотя сам резервуар на «Приразломной» достаточно объемен (чуть менее ста тысяч тонн), при выходе на проектную мощность в шесть миллионов тонн нефти в год (16,4 тысячи тонн в сутки) он будет заполняться где-то за неделю. В проектной документации, в свою очередь, говорится, что танкеры будут отправляться от «Приразломной» каждые пять-шесть дней.

Сами танкеры, «Михаил Ульянов» и «Кирилл Лавров», были сданы в срок и вот уже три года ждут возможности перевезти первый груз с месторождения. Оба они влетели «Газпрому» в копеечку: по собственным данным компании, инвестиции в проект составляют 200 миллиардов рублей, из которых на строительство платформы пришлись только 60 миллиардов.

Обозначенный объем инвестиций означает, что теоретически добыча нефти на «Приразломной» может быть выгодной, но для этого должен сойтись целый ряд факторов. Всего за четверть века с месторождения планируется получить около 72 миллионов тонн нефти. Если предположить, что за это время цены на нефть не будут меняться и останутся на уровне 100 долларов за баррель, то получится, что всего с Приразломного месторождения можно будет вывезти нефти на 1,7 триллиона рублей (если, опять же, допустить, что доллар будет стоить около 33 рублей, а плотность нефти на месторождении сравнима с сибирской Urals). В эту оценку, естественно, не входит ни стоимость транспортировки, ни расходы на собственно добычу, ни потенциальные расходы на разного рода внештатные ситуации, которые — с учетом климата в Печорском море — вполне возможны.

Частично за добычу нефти на Приразломном заплатят и все россияне, так как правительство предусмотрело для «Газпрома» специальные налоговые льготы и сокращенную ставку на экспорт нефти. Это означает, что в бюджет не попадет часть тех средств, которые можно было бы зачислить в доходы, если бы «Газпром» выбрал для освоения менее сложное месторождение.

Риски

Именно на этом — экономической нецелесообразности проекта — сосредотачивали свою критику «Приразломной» природоохранные организации. Они все как одна (в том числе WWF и Greenpeace) утверждали, что Россия — великая нефтяная держава и разрабатывать месторождения в экстремальных условиях просто нет нужды.

Действительно, суммарная добыча на «Приразломной» за 25 лет составит лишь около 15 процентов ежегодно добываемой в стране нефти — в этом смысле серьезного влияния на экономику платформа не окажет. Кроме того, ни «Газпром», ни «Газпром нефть» недостатка в месторождениях на суше не испытывают.

С точки зрения создания прецедента проект «Газпрома» тоже не идеален: да, российской промышленности важно освоить строительство и платформ, и танкеров, но арктический шельф богат в первую очередь газом, и поэтому для прецедента лучше было бы выбрать какое-нибудь газовое месторождение. Например, Штокмановское — «Газпром» было активно принялся за него, но бросил из-за сланцевой революции и отсутствия спроса на газ.

Критикуют «Приразломную» и за тот самый резервуар емкостью почти сто тысяч тонн. Если предположить, что с платформой «что-то пойдет не так», эти сто тысяч тонн выльются наружу. В WWF напоминают: утечка 40 тысяч тонн нефти на Аляске больше 30 лет назад до сих пор сказывается на экосистеме региона.

Наконец, не устраивает активистов природоохранных организаций и использование «Хаттона» при возведении платформы «Приразломная». Действительно, если в середине 1980-х «Хаттон» считался уникальным явлением, одной из первых такого рода плавучих платформ в Северном море, то к 2010-му он явно устарел. Неизвестно, что произойдет с конструкциями платформы по истечении 25-летнего срока давности — при экстремально низких температурах «Хаттон» может не спасти даже самая скрупулезная модернизация, произведенная на «Севмаше». А в том, что она была скрупулезной, заставляют усомниться даже слова заказчика: в 2012 году гендиректор компании «Газпром добыча шельф» говорил журналистам в Мурманске, что российская промышленность не готова к морским проектам и 80 процентов оборудования «Приразломной» оказалось бракованным.

Неудивительно, что на таком новостном фоне активисты Greenpeace провели уже вторую акцию у «Приразломной». В «Газпроме» нехотя уверяют, что от запуска месторождения с экологией Печорского моря ничего страшного не случится, но аргументы природоохранных организаций не становятся от этого менее убедительными.

подписатьсяОбсудить
На грани прорыва
Что Сергей Лавров и Джон Керри решили сделать для прекращения кризиса в Сирии
Си Цзиньпин и Владимир ПутинНа пути к союзу?
Как далеко может зайти сближение России и Китая
Метамфетаминовая эпидемия
Во все тяжкие пустились страны, о которых вы и не думали
Итальянский афтершок
Землетрясение в Италии унесло жизни десятков человек
Оборотень в слипонах
Кеды, альпаргаты и прочая обувь, делающая жизнь проще
Не стоит недооценивать бегемотов
Ощущения простого человека в любимой машине футболистов и Джереми Кларксона
Рыжая и бесстыжая
Чем модельер Соня Рикель удивила мир
Более лучше
Как изменилась уличная мода в Москве за 25 лет
Ху из Ху
Откуда растут корни китайских брендов
Собаки и коты
Самое крутое автомобильное видео августа
Равно правые
Длительный тест четырех компактных кроссоверов
Новые «Лады»
Вседорожная «Веста», спортивный XRay и другие премьеры «АвтоВАЗа» на ММАС
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон