Возвращение на базу

Российские военные восстанавливают форпосты за рубежом

Фото: Донат Сорокин / ТАСС

В последние год-два Москва активно восстанавливает сеть военных баз в дальнем зарубежье. Работа пока в самом начале, но она ведется сразу по нескольким направлениям, что выдает ее системный и долгосрочный характер. Тем не менее потенциальному набору российских баз за рубежом далеко даже до ограниченных масштабов военного присутствия СССР.

С добрым утром, Вьетнам!

На минувшей неделе Ханой и Вашингтон обменялись резкостями, причиной которых стали российские военные. Самолеты-заправщики ВВС России в последнее время действовали с аэродрома вьетнамской базы Камрань для обеспечения полетов бомбардировщиков над акваторией Тихого океана.

Это вызвало приступ раздражения в Госдепе и в Пентагоне. США, нимало не смущаясь, потребовали от Ханоя выставить российских военных с территории страны. Потому что, мол, полеты российских бомбардировщиков над Тихим океаном носят провокационный характер.

Официальный Ханой отмолчался (хотя наверняка переслал пару увесистых намеков по неофициальным каналам), а для публичного комментирования в дело запустили экспертов из исследовательского института при Минобороны Вьетнама. Реакция была довольно резкой: Вьетнам — суверенное государство и сам определяет, с кем и как взаимодействовать.

Понятно, что Вьетнам, оказавшийся прямо в середине кипящего котла АТР, который уже считают главным центром активности на планете в XXI веке, не хочет портить отношения ни с США, ни с Россией.

Отношения США и Вьетнама, к слову, — хороший пример той ситуации, которую сформулировал известный британский теоретик «непрямой стратегии» Бэзил Лиддел Гарт: «Сегодняшний противник завтра станет вашим покупателем, а послезавтра — вашим союзником». Торгово-экономические связи ханойского правительства и США, еще 40-45 лет назад сражавшихся на поле боя, — лучшее тому подтверждение. Однако даже эти прекрасно оборудованные двусторонние отношения не позволяют Вашингтону указывать наследникам Хо Ши Мина, что делать.

Хорошо выдержанные перепалки стали великолепным обрамлением другого процесса. Россия, с конца 1980-х до начала 2000-х годов сокращавшая военные базы в дальнем зарубежье, решила вернуться в мир. Российские базы, по привычке именуемые «пунктами материально-технического обеспечения» (ПМТО), могут появиться сразу в нескольких регионах планеты.

От Камрани до Сьенфуэгоса

Надо понимать, что такой сети военных баз, как у США, СССР никогда не имел. Континентальная держава превратила в огромный военный лагерь Восточную Европу и развернула общевойсковую армию в Монголии. Но эти действия были вызваны желанием укрепить периферийные зоны контакта с основными соперниками: НАТО и Китаем. Афганистан в 1979-1989 годах стоял особняком, но войска в нем главным образом занимались борьбой с местной партизанщиной. Особую роль играла также группировка советских войск на Кубе — интересное военно-политическое наследие кризиса 1962 года.

Однако СССР никогда не имел чего-то похожего на «ограниченные контингенты» американцев в Южной Корее, Японии и в зоне Персидского залива. Не было и полноценных авиабаз, в то время как по периметру Евразии с конца 1940-х годов дежурила американская стратегическая авиация.

Основной целью создания советских пунктов базирования за рубежом было расширение возможностей для кораблей в дальних походах и авиации, оперирующей далеко за пределами воздушного пространства СССР. В основном это касалось вопросов логистической поддержки постоянного присутствия советского флота в определенных районах Мирового океана, а также возможностей обслуживания разведывательной и противолодочной авиации. В редчайших случаях речь шла о боевом дежурстве ударных самолетов (скажем, в той же самой Камрани).

Наиболее плотной была система базирования вокруг Ближнего Востока: в Средиземном море, а также в непосредственной близости Африканского Рога. 5-я оперативная эскадра ВМФ СССР постоянно находилась в Средиземном море, в разное время задействуя для своих нужд ПМТО в сирийском Тартусе (с 1971 года, используется до сих пор) и Латакии, а также заправляясь в тунисских Бизерте и Сфаксе, ливийских Триполи и Тобруке и в алжирских портах.

До 1972 года корабли базировались в египетском Порт-Саиде, до 1977 года широко использовали Александрию и так называемую «точку 52» у Мерса Матруха. Но после разрыва договора о военно-техническом сотрудничестве с Египтом это стало невозможно.

По ту сторону Суэца «советская военщина» обосновалась не менее солидно. ВМФ СССР пользовался йеменской базой на острове Сокотра у входа в Аденский залив, а также правом захода в порт Аден. До 1977 года советский флот опирался на еще один ПМТО, в сомалийской Бербере, но после обострения отношений с режимом Сиада Барре советские военные «переехали» северо-западнее — в Нокру, на эфиопский (ныне эритрейский) архипелаг Дахлак, где и развернули новый форпост.

Интересно выглядела и сетка советских баз в Атлантике. ПМТО имелись в кубинском Сьенфуэгосе и в ангольской Луанде, советский флот и авиация до 1984 года активно пользовались портом и аэродромом гвинейской столицы Конакри в Западной Африке, а периодически — портами Бенина и республики Сан-Томе и Принсипи. Это в первую очередь позволяло обеспечивать регулярное появление советских разведчиков Ту-95РЦ и противолодочников Ту-142 над Южной и Центральной Атлантикой.

А в Юго-Восточной Азии опорной точкой советского присутствия была та самая база Камрань (с 1979 до 2002 года). Там базировалась 17-я оперативная эскадра ВМФ СССР, на нужды которой работал местный судоремонтный завод, а также располагался аэродром, откуда велись регулярные полеты разведчиков (Ту-95РЦ) и противолодочников (Ту-142, Ил-38). Кроме того, на базе развертывались и ударные машины (ракетоносцы Ту-16К-10-26 в 1982-1989 годах) с авиацией прикрытия (истребители МиГ-23).

Это, конечно, не полный список советских военных объектов за рубежом, но общая картина ясна. Перед нами серьезная система снабжения и базирования, сильно уступающая американской, однако в подобном масштабе созданная впервые в отечественной истории и позволившая «большому флоту» адмирала Горшкова сделать серьезную заявку на постоянное присутствие в Мировом океане.

Возвращение в свет

С конца 1980-х до начала 2000-х годов страна свернула большую часть этого присутствия. Последними уходили в 2002 году из Камрани и из кубинского Лурдеса, который, как и любая база радиоэлектронной разведки, представляет собой совершенно отдельный объект (просто попавший в фокус внимания прессы).

По сути, если не считать военных баз в ближнем зарубежье, сегодня Россия имеет только ПМТО в сирийском Тартусе, который трудно именовать базой в силу его крайне ограниченных возможностей. Тартус и соседняя Латакия активно использовались не только для обеспечения присутствия российских кораблей в Восточном Средиземноморье, но и в организации работы так называемого «сирийского экспресса» — системы перевозок в интересах правительства Башара Асада в Дамаске, уже несколько лет ведущего гражданскую войну с местными и «привозными» исламистами.

Однако с начала 2010-х годов ситуация постепенно меняется. Уже действуют соглашения об использовании портовой инфраструктуры в Камрани, подписанные в ноябре 2013 года. Активно используется и тамошний аэродром, — реакция Госдепа говорит сама за себя.

Камрань нужна российскому флоту по целому ряду причин: от организации полетов авиации над Тихим океаном до таких прозаических вещей, как материально-техническое и судоремонтное обеспечение ВМФ России на маршруте «Владивосток — Красное море». Маршрут стал активно использоваться с конца 2000-х годов, когда в регионе Африканского Рога развернулась борьба с сомалийским пиратством, при этом ВМФ России опереться в регионе было не на что (Сокотра и Дахлак утрачены).

В июле 2014 года были заключены соглашения с Кубой, подразумевающие развертывание и эксплуатацию на кубинской территории объектов инфраструктуры, в том числе военной. Пресса в связи с этим поспешила заново открыть Лурдесский центр радиоэлектронной разведки, однако Владимир Путин тогда заявил, что Россия может обойтись и без возобновления его работы. Как расценивать это заявление, пока не очень понятно, учитывая специфику объекта в Лурдесе. Вряд ли российское военное присутствие на Кубе обойдется без инфраструктуры электронной разведки, вопрос в том, где именно и в каком виде она будет существовать.

Есть и третье, крайне интересное направление, частично примыкающее к кубинскому. Это Никарагуа. Соглашение об упрощенном порядке захода кораблей ВМФ России в никарагуанские порты уже подписано, однако уже почти год говорится о возможности развертывания новых ПМТО в Латинской Америке вообще и в Никарагуа в частности.

В октябре 2013 года Россия уже сделала ход конем: два стратегических бомбардировщика Ту-160 с саратовской авиабазы Энгельс перелетели в Венесуэлу, а оттуда демонстративно «перескочили» на никарагуанский аэродром Манагуа. Это направление особенно интересно: «аэродромы подскока» в Центральной Америке существенно увеличат оперативные возможности российской дальней авиации и авиации флота.

Политическое давление подобных полетов на Вашингтон тоже нельзя сбрасывать со счетов, учитывая тот факт, что Ту-160 по своей концепции — сверхзвуковой «прорыватель ПВО». Его крылатые ракеты большой дальности Х-55 (Х-555), а в перспективе и Х-101 (Х-102) могут заставить понервничать и Командование североамериканской воздушно-космической обороны (NORAD). Собственно, уже заставили, судя по их комментариям о рисках, которые несет массовое развертывание новых российских крылатых ракет в неядерном оснащении.

Но никарагуанский сюжет с гипотетическим появлением дальней авиации в Карибском бассейне — это в лучшем случае пропагандистские сливки на политическом молоке. Куда важнее восстановить в Мировом океане инфраструктуру присутствия: опорную сеть ПМТО и аэродромов, которые позволят ходить по морям планеты и летать везде, где потребуется.

Есть все основания полагать, что курс на восстановление такой сети взят и никак не связан с обострением отношений с Западом из-за Украины.

Обсудить
Каждое третье убийство
Центральную и Южную Америку захлестнула волна насильственных преступлений
Как живется Микки-Маусу в КНДР
Что представляет собой поп-культура Северной Кореи
Владимир Путин и Синдзо Абэ«Мы с Владимиром хотим идти рука об руку»
Из десятков намеченных планов Абэ и Путин пока готовы реализовать только один
Эрдоган, Аллах и Россия
Стоит ли бояться исламизации Турции
«В отношениях с Китаем и Россией Трамп готов рискнуть»
Политолог из КНР о ситуации внутри страны и взаимодействии с соседями
Брить или не брить
Поклонницы натуральной красоты массово отказываются от эпиляции
CULVER CITY, CA - NOVEMBER 12: Founder, Snapchat Evan Spiegel (L) and model Miranda Kerr attend the Fifth Annual Baby2Baby Gala, Presented By John Paul Mitchell Systems at 3LABS on November 12, 2016 in Culver City, California. (Photo by Tommaso Boddi/Getty Images for Baby2Baby)Триумф ботана
Самый престижный жених современности — IT-магнат
«Американцы — радостный народ»
Рассказ москвича, переехавшего в Сан-Франциско
Мама — марихуана
Зачем американки совмещают употребление наркотиков с воспитанием детей
Очеловеченный фургон
Длительный тест стильно-пассажирского VW Multivan
ОСАГО надо?
Автомобильные аварии, превращенные в искусство
Самые крутые локомобили
Машины, которые ездят по рельсам
Самые выдающиеся французские машины
10 автомобилей из Франции, ставших культовыми
Чудеса селекции
Что получится, если скрестить квартиру с дачей: опыт россиян
Шведы поневоле
Исповедь россиянина, живущего в групповой семье
Добро пожаловать в рай
Жилье в Крыму: новую квартиру на полуострове можно купить за миллион рублей
Сносное настроение
Демонтаж жилых домов в Москве: что нужно знать
Вышка светит
Как выглядит частный особняк, побивший мировой рекорд этажности