Новости партнеров

Мосгаз возвращается

О последователе знаменитого советского серийного убийцы

Фото: Рамиль Ситдиков / РИА Новости

14 марта Пресненский районный суд заключил под стражу 21-летнего уроженца Таджикистана Анушервона Р., совершившего, по данным следствия, с октября 2014-го по февраль 2015 года серию жестоких убийств на территории Москвы. Жертвами маньяка становились доверчивые граждане, открывавшие дверь обаятельному молодому человеку, представлявшемуся работником «Мосгаза». Пока не установлено, пытался ли он подражать одноименному маньяку, орудовавшему в 60-х годах или это просто совпадение. Однако у многих москвичей пробежали мурашки после новости о «реинкарнации» знаменитого убийцы.

К маньякам стали привыкать

На счету первого Мосгаза было пять убийств. Этого было тогда достаточно, чтобы перепугать весь Советский Союз и возмутить самого генерального секретаря КПСС Никиту Сергеевича Хрущева. Новый Мосгаз, по оперативным данным, лишил жизни семерых. Однако горожане узнали о маньяке только после его ареста. Никаких особых слухов по городу не расходилось. В том и другом случаях к поимке злодея приложили руку сыщики МУРа. Но основная нагрузка по розыску Мосгаза-2 легла на плечи оперативников окружного звена. Ничего не поделаешь, уровень преступности с 60-х и нагрузка на сыщиков значительно выросли. И даже серийные маньяки перестали быть нынче чем-то из ряда вон выходящим.

Первое дело

Анушервон родился в Таджикистане, но рос и учился в Москве. Он далеко не беспризорник. Воспитывался в полноценной многодетной семье. Особой материальной нужды не испытывал. Неплохо одевался, сидел, как все, в соцсетях, катался на «приоре», тусовался с друзьями. Работал официантом, получал неплохие чаевые от девушек, которым умел делать комплименты. После окончания колледжа мог бы успешно работать автослесарем, но пачкаться в масле и копаться в чужих дорогих авто до конца своих дней парень не хотел.

Он хотел денег. Много и быстро. Без солидного «пресса» тусоваться в модных клубах с красивыми девчонками в Москве невозможно. А сидеть с банкой пива во дворе среди таких же детей трудовых мигрантов, с опаской поглядывая на проезжающие мимо экипажи ППС, ему не хотелось.

И тогда парень решил заработать на красивую жизнь разбоем. В октябре 2014 года Анушервон приехал в центр города и стал ходить по улицам, всматриваясь в окна домов. Пока он в точности не знал, что искал, а жажда денег мешалась со страхом. Кто-то подошел к двери подъезда дома по Башиловской улице, буквально в квартале от Савеловского вокзала. Пискнул домофон. Какой-то человек зашел внутрь, Анушервон скользнул за ним.

Можно было ударить случайного человека по голове и забрать то, что лежало у него в карманах... Но это было опасно. И могло оказаться впустую. В квартире заведомо больше возможностей найти что-то ценное. Человек, которому повезло не стать жертвой первого разбоя, скрылся в лифте, а Анушервон стал подниматься по лестнице пешком. Через несколько пролетов он подошел к двери и нажал на кнопку звонка. На руках у парня уже были перчатки.

Точно неизвестно, под каким предлогом 50-летняя женщина согласилась открыть дверь молодому незнакомцу. По одной из версий, он уже тогда представился сотрудником «Мосгаза», по другой — соседом снизу. Если верна вторая, то парень осознанно выбрал дом, расположенный рядом с вокзалом, где полно сдающихся в наем мигрантам квартир.

Анушервон по-хозяйски вошел внутрь и стал осматривать жилище своей будущей жертвы. Женщина его раздражала, но он еще не совсем понимал, как нужно с ней поступить. Заговорить зубы не удавалось, хозяйка почувствовала неладное. Тогда он со всей силы ударил ее кулаком в лоб. Женщина упала и закричала. Достав нож, Анушервон принялся наносить ей удары в грудь. Но хозяйка квартиры почему-то никак не умирала. В кино все выглядело проще… Рукоятка ножа сделалась липкой от крови и скользкой, а упрямая женщина не хотела умирать. Более того, она прохрипела, что за свою жизнь отдаст спрятанные в тайнике 140 тысяч рублей. Несколько минут спустя парень уже с деньгами выбегал из квартиры. Куртка была перепачкана кровью, но внимание на это преступник обратил только в машине «бомбилы», увозившей его подальше от места преступления. Через час он уже купил себе новую куртку и забористый спайс, чтобы отдохнуть и сбросить ненужное напряжение. Переодевшись и покурив, Анушервон как ни в чем не бывало вернулся домой к родителям.

Резня в Нагатино

Деньги Анушервон тратил на «тяжелые» спайсы и алкоголь. К декабрю они закончились. Жесткая ломка подтолкнула к совершению нового преступления. На сей раз он зашел в квартиру на Нагатинской улице. Представился работником «Мосгаза» и отправился осматривать газовую трубу. Хозяйка, видимо, чувствовала себя в безопасности, ведь квартире находилась вся семья: она, муж, 27-летний сын и мать.

Убийца не торопился. После «проверки» газа он завел беседу с сыном хозяйки. Возможно, даже предложил покурить спайсик на балконе… А затем зарезал всех четверых находившихся в квартире. Одного за другим. Двое из них оказались убиты спящими. На этот раз «заработал» Анушервон в два раза меньше — всего-то 70 тысяч рублей за четыре жизни.

Подобной лютой жестокостью и наглостью даже советский Мосгаз — Владимир Ионесян — не отличался. Известно, что тот однажды раздумал совершать убийство, увидев, что в квартире, кроме маленького ребенка, открывшего дверь, была его старшая сестра. Но кто знает, что бы он натворил, если бы курил спайсики?

После убийства семьи в Нагатино, Мосгаз-2 на два месяца залег на дно. Несмотря на синтетическую дрянь, которая мешала ясно соображать, парень делал все возможное, чтобы не попасть в руки полиции. Даже приобрел себе поддельный паспорт, по которому въехал в гостиницу «Севастополь» на Большой Юшуньской улице.

В феврале вновь потребовались деньги, нужно было закупить спайсы, без которых Анушервон уже не мог обойтись и дня.

Он отправился на улицу Академика Варги, что на Юго-Западной окраине города, и вновь проник в квартиру под видом работника «Мосгаза». Убив 65-летнюю хозяйку и завладев 40 тысячами рублей, он решил сжечь квартиру, чтобы замести следы.

К моменту совершения этого преступления, сыщики уже сидели на хвосте у маньяка. Следы, обнаруженные в сгоревшей квартире, стали последними элементами в пазле расследования, и через несколько недель на пороге гостиничного номера, где укрывался Мосгаз, появились оперативники.

Шаболовский душегуб

Во многом из-за Владимира Ионесяна москвичи с конца 60-х стали приучать своих детей «не открывать дверь чужим», а в некоторых домах даже стали появляться первые кодовые замки и домофоны.

Дети, коих пугали Мосгазом, выросли и приобрели железные входные двери. Но память народная недолга. Толку нет и от сейфовой двери, если ее принято открывать по первому стуку, даже не глядя в глазок.

Естественно, быть настороже постоянно невозможно. Так же и с обеспечением личной безопасности на улице: тяжелые травматические пистолеты с приходом весны кочуют из сумок в домашние сейфы, упрятанные в глубине платяных шкафов. Ключи от сейфов теряются, шифры забываются.

Встреча с маньяком-убийцей всегда происходит неожиданно. При этом рогов и клыков у него, как в случае с Анушервоном и Владимиром Ионесяном, жертве заранее углядеть не удается.

Однако криминальная история свидетельствует, что жертвами серийных убийц часто становятся люди, которые сами идут навстречу своей гибели. Так, к примеру, было в случае с Шаболовским душегубом. Именно он, а не знаменитый Мосгаз стал первым советским маньяком, орудовавшим в Златоглавой.

Его звали Василий Комаров. Он жил вместе с женой в доме 26 по Шаболовской улице. Работал извозчиком. В период времени с 1921-го по 1923-й год жестоко убил 33 человека. Его жертвы приезжали в город, чтобы приобрести лошадь. Комаров выступал продавцом и предлагал покупателям обмыть сделку водочкой у себя дома… Жена затирала пятна крови и помогала мужу закапывать мертвецов прямо во дворе дома. О том, что в городе орудует серийный убийца, москвичи и сотрудники МУРа (коему было всего три года) узнали, только когда мешки с трупами стали обнаруживать в Москве-реке — закапывать их Комарову уже было некуда.

Чтобы выследить Шаболовского душегуба, рабоче-крестьянским милиционерам пришлось обратиться за помощью к сыскарям царского времени. Так же, как с первым Мосгазом, приказ о поимке злодея поступил с самого верха — от товарища Ленина.

Комарова, а через сорок лет Ионесяна помогли выявить обывательская наблюдательность к деталям. Первого выдала детская пеленка, которой он однажды перевязал труп. Сыщики к тому моменту уже знали, что убийца владеет лошадью. А теперь получили от одной внимательной москвички сведения о маленьком ребенке, которого тщательно скрывает семья извозчика с Шаболовки. Мосгаза же выдал телевизор, который он вынес с места преступления. Проходивший мимо участковый взял и запомнил две цифры номера машины, в которую сел неизвестный тип с телевизором. При этом никакого подозрения тот у милиционера не вызывал.

Второго Мосгаза ловили, используя все доступные технические средства. Большую помощь операм, в частности, оказали камеры видеонаблюдения, установленные в подъездах.

Культурная революция и «эффект гостя»

За двадцать с небольшим лет истории современной демократической России выявлено 67 маньяков-убийц, тогда как за весь советский период — 41. Причем 38 из них появились после 60-х.

— Культурная революция 1960-х прокатилась не только по западным странам. Безусловно, она затронула и Россию. Тогда существенно изменился подход к сексуальной жизни, морали. Канули в Лету вековые традиции и все те скрепы, о которых так часто вспоминают сегодня. Личное стало доминировать над общественным, а секулярное над религиозным, — рассказал «Ленте.ру» криминальный психолог Виктор Воротынцев. — Быть может, эти глубинные изменения привели к сдвигу в сознании уже стоявших на грани превращения в убийц людей.

Примечательно, что Шаболовский душегуб тоже был плодом революции. До прихода большевиков он был простым уголовником. Жил в глубинке. Красные объявили его жертвой царского режима и сделали командиром взвода. Сыщикам Комаров затем расскажет, что убивать ему понравилось еще в Гражданскую, когда он мог это делать абсолютно безнаказанно.

Кроме культурных, Воротынцев усматривает в действиях обоих Мосгазов причину территориального характера. Для них обоих Москва — это не родной город: Ионесян родом из Тбилиси, Анушервон из Таджикистана.

— В качестве примера можно привести американских военных, зверствовавших во Вьетнаме. У них в голове возникло как бы два параллельных мира, жители которых никогда не пересекутся из-за разделяющих их тысяч километров суши и океанов, где существовали два разных «я», — отмечает Воротынцев. — Один из них добрый и заботливый папаша, а другой — изверг и душегуб.

Однако не все московские потрошители приезжие. К примеру, Александр Пичушкин — Битцевский маньяк — родился в Мытищах, а в Коньково перебрался в далеком уже 1976-м.