Опасность богатства

Еще раз о психологии культуры потребления

Фото: Zhang Peng / LightRocket via Getty Images / Fotobank

Материальное благополучие, а точнее максимальная нацеленность на его улучшение без оглядки на другие потребности, отражается на психологическом здоровье индивида. В издательстве «Манн, Иванов и Фербер» вышла книга профессора психологии Тима Хассера «Быть или иметь? Психология культуры потребления». В ней автор пытается показать взаимосвязь современной культуры потребления и субъективного восприятия человеком своего счастья.

С разрешения издательства «Манн, Иванов и Фербер» «Лента.ру» публикует отрывок из книги Тима Хассера «Быть или иметь? Психология культуры потребления», в котором рассказывается, как девиантное поведение отражается на стремлении к финансовому успеху.

Начиная с 1993 года мы с коллегами опубликовали ряд статей и научных работ на тему влияния жизненных ценностей и целей на психологическое благополучие человека. В частности, старались определить, что человек считает наиболее значимым и каким образом эта система ценностной ориентации статистически соотносится с другими аспектами его жизни, в том числе со счастьем, депрессией и тревожностью. Очевидно, что у каждого из нас собственный набор жизненных ценностей. Одни ставят во главу угла духовность и религию; для других превыше всего семья и хорошие взаимоотношения с родными и близкими; третьи стремятся в первую очередь к радости, веселью и развлечениям; четвертые считают самым главным заботу об общественном благе. Нас особенно интересовали те, для кого относительным приоритетом являются материалистические ценности. Делался акцент на то, как сказывается на психологическом состоянии человека, что такая цель, как зарабатывание денег и обладание множеством материальных благ, находится в пантеоне его ценностей на довольно высоких позициях по сравнению с другими ценностями, которые он мог бы считать ключевыми?

Решив ответить на этот вопрос, мы с Ричардом Райаном занялись разработкой вопросника, который позволил бы нам определять жизненные приоритеты людей; мы назвали его Индексом стремлений. Респондентам предлагалось оценить разные типы жизненных целей с точки зрения значимости: не важна, относительно важна, чрезвычайно важна и т.д. Последняя версия Индекса стремлений включает широкий набор потенциальных целей, которые могут преследовать люди, в том числе такие, как чувствовать себя в большей безопасности, вносить более весомый вклад в развитие местного сообщества, вести более активную сексуальную жизнь, иметь хорошие взаимоотношения с окружающими и прочие. Сопоставив значимость разных типов целей, можно весьма точно установить, какое место материалистические ценности занимают в общей системе ценностной ориентации человека. Подавляющее число исследователей, работающих в данной области, настаивают, что определить, насколько высоким человек считает тот или иной достигнутый им конкретный результат, можно только в случае, если рассматривать данную ценность в сравнении с другими аспектами его жизни, потенциально тоже очень значимыми для него.

«Быть или иметь? Психология культуры потребления»
Тим Кассер

Нас, в том числе, интересовало, какое значение для участников опроса имеет финансовый успех; насколько для них первостепенны такие ценности, как самопринятие (стремление к психологическому росту, самостоятельности и высокой самооценке), принадлежность (стремление к хорошим семейным и дружеским взаимоотношениям) и забота о благе общества (стремление своими действиями сделать мир лучше). Их оценки позволили нам определить, какое место, по мнению респондентов, занимает финансовый успех по сравнению с остальными тремя ценностями.

Первый опрос на основе Индекса стремлений мы с Райаном провели среди студентов — самых частых участников большинства научных психологических экспериментов (за исключением, разумеется, подопытных мышей). 316 студентов Рочестерского университета заполнили опросный пакет, включавший наш Индекс и еще четыре вопросника, на основе которых оценивались позитивные чувства, ассоциируемые с психологическим благополучием, и негативные чувства, сопряженные с дистрессом (то есть стрессом, разрушительно действующим на организм).

Первая мера психологического благополучия анализировала уровень самоактуализации — концепцию, ставшую популярной благодаря основателю гуманистической психологии Абрахаму Маслоу. Психолог считал самоактуализацию вершиной психологического здоровья, состоянием, которого достигают люди, мотивируемые личностным ростом, осмыслением мира и эстетикой, а не стремлением к безопасности и соответствию ожиданиям окружающих. Респонденты, ставившие высокий балл по этой мере, в общем и целом соглашались с утверждениями вроде «Лучше быть самим собой, чем популярным среди других людей» и «Мне не стыдно ни за какие свои эмоции». Вторая мера субъективного благополучия — витальность, или жизненная сила, — оценивала психологический рост и энергию, которыми неизменно сопровождается истинное, аутентичное самовыражение. Жизнеспособные люди обычно энергичны и полны сил; их переполняет чувство счастья просто оттого, что они живут.

Остальными двумя мерами оценивались два наиболее распространенных психических расстройства: депрессия и тревожность. Так, участников исследования спрашивали, насколько часто у них возникают общие депрессивные симптомы — такие, как подавленность, одиночество, ощущение оторванности от общества, проблемы со сном и аппетитом, недостаток энергии или трудности с концентрацией. В анкете для оценки тревожности содержались следующие вопросы: как часто вы чувствуете нервозность или внутреннюю дрожь, напряженность или страх (в том числе беспричинный)?

Далее мы воспользовались методом статистического анализа для изучения влияния ценностной ориентации человека на его субъективное благополучие. Результаты, надо сказать, оказались довольно интригующими. Те, кто считал финансовый успех относительно важной жизненной целью, сообщали о намного более низком уровне самоактуализации и жизненной силы по сравнению со студентами, ориентированными на самопринятие, принадлежность и заботу о благе общества; а вот уровни депрессии и тревожности у первой группы были значительно выше. Примечательно, что данная картина наблюдалась независимо от пола респондента.

Полученные нами результаты четко подтверждали гипотезу, что материалистические ценности относятся к категории неполезных и нездоровых. Однако мы решили узнать, изменятся ли они, если респондентами будут не студенты, а психологическое благополучие оценят по критериям, без применения анкет. Для этого разработали укороченную версию Индекса стремлений и использовали ее для исследования большой и крайне неоднородной группы (140 человек) 18-летних подростков. Ребята были разные: они отличались по расовой принадлежности, уровню социально-экономического положения семей и состоянию психологического здоровья матерей. Их жизненные ситуации тоже являлись неодинаковыми: одни бросили учебу в средней школе, тогда как другие серьезно готовились к поступлению в университет; участвовали в исследовании и те, кто уже имел своих детей, и даже правонарушители.

На этот раз мы оценивали психологическое благополучие респондентов несколько иначе. Вместо заполнения анкет участники беседовали с опытным психологом, который задавал им набор стандартных вопросов. Затем на основе этих интервью составлялись рейтинги социальной продуктивности подростков, а также частоты случаев поведения, отклоняющегося от нормы. К категории социально продуктивных относили тех, кто хорошо учился в школе, ни разу не был уволен с работы, имел хобби и какие-либо другие интересы помимо работы или учебы. Поведенческими расстройствами, наиболее типичными для этой возрастной группы, считаются различные модели оппозиционного, вызывающего и антиобщественного поведения, характерные для неблагополучных подростков, например: драки, принадлежность к уличным группировкам, воровство и издевательство над животными. Кроме того, анализировалась общая приспособленность юных респондентов к жизни по 100-балльной шкале, обычно используемой для оценки уровня психиатрических патологий и адаптации к жизни в целом.

Оказалось, даже при исследовании совершенно другой выборки, к тому же с применением иного способа оценки субъективного благополучия, мы выявили паттерн, вполне согласующийся с нашими предыдущими выводами: люди, ориентированные на финансовый успех, а не на нематериальные ценности, плохо адаптированы в социуме, и их поведение часто бывает деструктивным. В частности, они плохо учатся в школе, не преуспевают ни в каких видах деятельности, демонстрируют признаки отклоняющегося поведения — такие, как вандализм, прогулы и даже ношение оружия.

Итоги наших первых исследований четко показали: если молодой человек сообщает, что финансовый успех занимает среди его жизненных целей одно из приоритетных мест, этому, как правило, сопутствует более низкий уровень психологического благополучия, дистресс и проблемы с социальной адаптацией. И хотя полученные результаты не позволяют нам точно определить, что именно делает человека несчастным и недовольным жизнью, — ориентация на материалистические ценности или другие факторы, — они, безусловно, подводят нас к весьма поразительному выводу: «американская мечта» имеет оборотную сторону, и безудержная погоня за деньгами и прочими материальными благами действительно негативно сказывается на психологическом здоровье индивида.

12:1019 августа 2016
Руслан Хасбулатов

«После ГКЧП произошла страшная вещь»

Руслан Хасбулатов о путче 1991 года
09:08 7 июня 2015

«Гитлер поднялся на противостоянии с коммунистами»

Историк Константин Залесский об истоках германского нацизма
00:0328 июля 2016
Мозаичное панно, изображающее дружбу русского и украинского народов, на станции «Киевская» Арбатско-Покровской линии московского метро

«Российская украинистика растет, формируется и зреет»

О чем спорят украинские и российские историки