Нерка по лимиту

Законодатели бросились на защиту российской рыбы от японских сетей

Фото: Алексей Куденко / РИА Новости

Россия — единственная страна в мире, позволяющая иностранцам варварский рыбный промысел в своей экономической зоне, утверждают сторонники запрета дрифтерного лова. Одобрение соответствующего законопроекта больно ударит по японским и корейским рыбопромысловым предприятиям, но, как утверждают авторы документа, спасет тихоокеанского лосося и поддержит рыбопромысловую отрасль России.

Законопроект, который Госдума приняла 9 июня сразу во втором и третьем чтениях, вызывал острые дискуссии среди профессионалов рыбопромысловой отрасли в России, а также заставил нервничать японские и корейские рыболовецкие компании, занимающиеся промыслом в российских водах. И не случайно. Ведь если его примут, начиная с 1 января 2016 года дрифтерный промысел, лов плавающей в поверхностных слоях воды рыбы с помощью дрифтерных сетей, будет запрещен на путях нерестовых миграций тихоокеанского лосося в исключительной экономической зоне РФ, а также во внутренних морских водах и территориальных морях.

А это означает ни много ни мало, что с дрифтерным выловом рыбы и построенным на этом бизнесе придется распрощаться. Хотя до вступления в силу решения о запрете у владельцев судов останется еще полгода на то, чтобы переоборудовать технику. Запрет коснется как отечественных, так и зарубежных рыболовов.

Особенно пострадают японцы и корейцы, поскольку именно они извлекают наибольшую выгоду из дрифтерного вылова рыбы в российских водах. «Нерка, которая зачастую и является целью многих дрифтерных судов, — наиболее ценный для японского рыбного рынка вид тихоокеанских лососей. Если законопроект поддержат, то Японию существенно ограничат в доступе к этому виду рыбы. И это при том, что в 2015 году Россия и так сократила квоты для Японии на 70 процентов, допустив к промыслу 19 японских судов и разрешив выловить 1310 тонн кеты, 503 тонны нерки, 103 тонны горбуши, 41 тонну кижуча и 5 тонн чавычи», — рассказал «Ленте.ру» юрист компании «Деловой фарватер» Павел Ивченков. Стоимость нерки на японском рынке зачастую достигает ста долларов за килограмм и выше. Если доступ к дрифтерному промыслу будет перекрыт, то японская сторона понесет крупный ущерб. А на перепрофилирование уйдет много времени и средств. Экономика Японии, прежде всего острова Хоккайдо, может потерять несколько миллионов долларов, отмечает эксперт. С Кореей, по его словам, ситуация аналогичная, но в гораздо меньшем масштабе, поскольку тут несомненный лидер именно Япония.

«Стена смерти»

Дрифтерный промысел — это лов плавающей в поверхностных слоях воды рыбы с помощью дрифтеров протяженностью до нескольких километров. В такие сети, кроме рыбы, попадают различные морские млекопитающие, птицы и другие морские организмы. За это дрифтерный промысел получил название «стена смерти».

В районе восточнее Камчатки и Северных Курил ежегодно дрифтерный промысел ведут 35 японских и 16 российских судов, сообщает Sakhalin.info. Выставляя сети до 32 километров длиной и 9 метров высотой (в сумме более 1,5 тысячи километров «стены»), они добывают идущую в воды Камчатки на нерест красную рыбу, в первую очередь нерку.

Если бы только нерку. Согласно исследованиям Тихоокеанского института географии ДВО РАН, ежегодно в российской экономической зоне в дрифтерных сетях погибает 135 тысяч морских птиц и более 1800 морских млекопитающих, среди которых — дельфины, касатки, тюлени, сивучи, морские котики и даже киты.

На Камчатке еще помнят дрифтерную катастрофу 50-х годов прошлого века. Тогда японцы резко увеличили вылов рыбы в регионе: каждым японским дрифтером ежесуточно выставлялось 300-350 сетей длиной по 10-12 километров. Всеми — 100-120 тысяч сетей. В результате был уничтожен практически весь лосось полуострова, экономика региона резко изменилась, исчезли десятки промышленных предприятий, 27 рыболовецких поселков и четыре города.

В 1991 году Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, рекомендующую всем странам наложить мораторий на дрифтерный способ вылова рыбы. В результате все страны, кроме России, США и Канады, запретили дрифтерный лов в открытом море и в исключительных экономических зонах. В настоящее время в США и Канаде дрифтерный лов жестко регламентируется и ведется короткими сетями не более 500 метров. Помимо того, в обеих странах все суда ежедневно доставляют уловы на берег в порты своих стран, тогда как улов и продукция дрифтерного промысла в российских водах направляются исключительно на экспорт на внешние рынки.

Промысел лососей дрифтерными сетями уже более 20 лет запрещен за пределами 200-мильной зоны в России, Японии, Южной Корее, США и Канаде. Многие страны проводят активную политику постепенного запрета дрифтерного промысла в своих водах.

Экологи против дрифтеров

В России есть как сторонники, так и противники запрета дрифтерного вылова рыбы. Сторонники заявляют о серьезном экологическом и экономическом ущербе, наносимым многолетним дрифтерным промыслом. В частности, на прекращении такого способа добычи давно настаивают сами власти Камчатки. Председатель заксобрания Камчатского края Валерий Раенко отмечал, что дрифтерные сети практически полностью перекрывают побережье Камчатки, не пуская рыбу в реки. А это негативно сказывается на развитии береговых поселков и рыбоперерабатывающей отрасли в целом. «Мы сегодня единственная страна в мире, которая позволяет в своей экономической зоне иностранный дрифтерный промысел», — подчеркивал он.

По словам одного из авторов законопроекта и председателя СФ Валентины Матвиенко, во время своей поездки на Камчатку и встреч с рыбаками, рыбопереработчиками она убедилась в остроте проблемы. «Но, к сожалению, из-за мощного давления заинтересованных лоббистов этот закон принять не удавалось. Сегодня ситуация иная», — подчеркнула она. Спикер Совфеда привела следующие цифры: в прибрежном рыболовстве на Дальнем Востоке уловы лосося существенно сократились — с 504 тысяч тонн в 2011 году до 330 тысяч в 2014-м. Это привело к ухудшению социально-экономического положения прибрежных регионов, росту безработицы, снижению поступления налогов в региональные бюджеты.

Помимо работников отрасли, в регионе о проблемах дрифтерного промысла уже не первый год говорят и экологи. «В природе не может быть такой ситуации, когда в уловах 80-90 процентов нерки. Ее в лучшем случае 20-30 процентов. Продолжение промысла в таком же масштабе при текущем снижении численности нерки может поставить под угрозу ее береговой промысел», — приводит «Российская газета» слова руководителя программы по устойчивому морскому рыболовству WWF Константина Згуровского.

Авторы законопроекта считают, что он увеличит ресурсную базу рыболовства прибрежных регионов. Вырастет и количество рыбы, поступающей на переработку на береговые предприятия. Это поспособствует ускоренному развитию рыбохозяйственного комплекса и всей береговой инфраструктуры, созданию новых рабочих мест и росту поступлений в региональный бюджет. Кроме того, больше продукции пойдет на российский рынок.

Противники законопроекта утверждают, что убытки российского рыбохозяйственного комплекса от запрета превысят пользу для экологии. Исполнительный директор Рыбной ассоциации России Алексей Аронов считает, что в результате российские рыбаки потеряют рынки сбыта, а предприятия, занимающиеся этим промыслом, разорятся. К тому же, утверждает он, дрифтерный промысел предшествует «основной» путине и позволяет сдержать цены на рыбную продукцию.

Законопроект был встречен неоднозначно еще в декабре 2014 года, когда сенаторы Совета Федерации и депутаты Госдумы внесли его на рассмотрение. Дрифтерные суда обращались в разные инстанции с просьбой о защите. По данным Sakhalin.Info, тогда на сторону рыбаков встала Ассоциация рыбопромышленников Сахалина (АРС). Там утверждали, что запрет дрифтерного промысла повлечет закрытие 12 малых предприятий на Сахалине и Курилах, постоянную работу потеряют 628 человек. Кроме того, в АРС указывали на то, что общий среднегодовой улов лосося на Камчатке за последние годы вырос в 1,8 раза, нерки — в 1,6 раза, в том числе по реке Камчатка — в 2,7 раза.

К тому же, как заявлял президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Александр Фомин, любой промысел наносит вред окружающей среде, и дрифтерный — не исключение.

Кроме того, некоторые специалисты считают мифом обещанное авторами законопроекта развитие рыбопромышленной отрасли и увеличение числа рабочих мест в рыболовстве Камчатки. Так, «Российская газета» приводит мнение заведующего лабораторией экономики и статистики рыбохозяйственного комплекса ВНИРО Сергея Синякова. Он ссылается на данные Росстата, согласно которым, вылов лососей на Камчатке по природным причинам в 2009-2014 годах изменился со 135 до 255 тысяч тонн, однако численность занятых в рыболовстве увеличилась всего на 500 человек. В то же время в 2012 году, когда выловили 255 тысяч тонн лососей, занятость оказалась на 200 человек меньше, чем в 2010 году, когда выловили 157 тысяч тонн. «Если государственная статистика не фиксирует роста занятости при увеличении улова даже на 100 тысяч тонн, то она никак не сможет зафиксировать обещанного законопроектом роста занятости на 3825 человек при увеличении улова на 10 тысяч тонн», — утверждает Сергей Синяков.

Пока в этом споре побеждают аргументы защитников рыбы, плавающей в российской экономической зоне. Хотя очевидно, что для полноценного развития отрасли одних запретов недостаточно.