Новости партнеров

Берут борзыми щенками

Как судебные приставы стимулируют погашение долгов

Судебный пристав во время ареста пуделя в счет погашения долга
Фото: Юрий Смитюк / ТАСС

Арест домашних питомцев, принадлежащих должникам, в последнее время получил широкое распространение и в буквальном смысле поставлен на поток. Удавы, котята, волнистые попугаи — довольно трудно найти подразделение Федеральной службы судебных приставов (ФССП), на сайте которого нет информации о наложении ареста на эту категорию имущества. Сами приставы при этом не отрицают, что играют на эмоциональной привязанности людей, чтобы те не затягивали с выплатой задолженности.

Собственно говоря, работа сотрудников ФССП состоит в описи вещей, которые по своей стоимости могли бы покрыть сумму долга, наложении ареста и конфискации имущества в качестве обеспечительной меры. В том случае, если должник выплачивает требуемую сумму, изъятая собственность возвращается ему по решению суда. Если нет — имущество передается на реализацию. Из вырученных денег вычитается сумма на погашение долга и оплату работы судебных приставов — так называемый «исполнительский сбор», который составляет семь процентов от подлежащих взысканию денежных средств (но не менее пятисот рублей).

Что именно забрать у должника — решают сами приставы. Они на месте оценивают, как живет человек, и есть ли у него что-то ценное. Чаще всего забирают мебель и бытовую технику, но, как показала практика, также описывают и арестовывают животных. По свидетельству самих сотрудников ФССП, чтобы побудить людей отдать долги, отнимать у них домашних любимцев вовсе не обязательно — как правило, сильный эффект имеет сам факт наложения ареста.

Сложно выяснить, когда именно случился прецедент, но один из первых таких случаев, по данным СМИ, был зафиксирован в Кемеровской области в 2009 году, когда приставы наложили арест на пятимесячного котенка породы сфинкс по кличке Лексус. Животным владела супружеская пара, живущая в поселке Металлплощадка. По информации областной службы судебных приставов, семья имела большую задолженность по оплате коммунальных услуг. Кота без родословной оценили всего в одну тысячу рублей и оставили на ответственное хранение хозяевам. Долг перед коммунальщиками владельцы сфинкса погасили уже через несколько дней.

К слову, под арест попадают не только элитные животные, но и домашние питомцы, представляющие исключительно сентиментальную ценность. Так, пару лет назад в Вольском районе Саратовской области в рамках исполнительного производства арест был наложен на 11-летнюю кошку. Хозяйка животного не могла рассчитаться с долгом перед коммунальщиками размером пять тысяч рублей. Питомицу оценили в 50 рублей.

Подобная практика в России используется судебными исполнителями повсеместно, и список арестованных домашних любимцев растет в геометрической прогрессии. Один из последних случаев — арест 66 собак породы хаски в Оренбурге в июле текущего года.

Надо отметить, что в действующем в России Гражданском процессуальном кодексе нет прямого указания на запрет описи и ареста домашних животных, чем, собственно, и пользуются сотрудники ФССП. Отчасти ситуацию смягчили поправки, внесенные в два основных закона, регулирующих деятельность судебных приставов (ФЗ от 21 июля 1997 года N 118-ФЗ «О судебных приставах», ФЗ от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»), вступившие в силу 24 марта 2014 года. Они ограничивают судебных приставов в наложении ареста на имущество должника, если сумма взыскания по исполнительному производству не превышает трех тысяч рублей.

В январе 2015 года в Госдуму был внесен законопроект, в котором предлагается внесение поправок в статью 446 ГК РФ («Имущество, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам»). Он напрямую связан с практикой ареста и изъятия животных у владельцев. Автор инициативы, депутат от «Справедливой России» Олег Михеев заявил, что арест животных — «не рыночная мера, а обычное психологическое давление, сопоставимое с взятием в заложники». По словам парламентария, подобные методы являются прямым путем к банкротству должников, так как могут подстегнуть людей к новым необдуманным займам в попытке спасти своих питомцев. Он напомнил, что в Гражданском кодексе, действовавшем до 1993 года, был список из примерно 300 позиций, в котором перечислялось имущество, не подлежащее изъятию. «Вплоть до единственной кровати, комплекта белья, зимней одежды... и животных! Полагаю, нам просто надо вернуться к этой разумной норме», — добавил Михеев. Также депутат не видит экономической целесообразности в аресте домашних животных. «Дойную корову можно продать, гуси с цыплятами — тоже товар вполне ликвидный. Но кому нужна чужая взрослая собака, пусть даже породистая? Где хранить такой "товар"?» — задался вопросом Михеев.

Действительно, несмотря на то, что опись и арест питомцев — мера эффективная, она доставляет много хлопот и самим исполнителям: условий для содержания живности зачастую нет, и приставы в большинстве случаев оставляют питомцев на ответственное хранение самим же владельцам. Однако психологическое давление вынуждает некоторых граждан идти на крайние меры. Так, житель Карасукского района Новосибирской области летом 2014 года съел своего коня по кличке Орлик, чтобы не отдавать его судебным приставам. На животное был наложен арест из-за долгового обязательства мужчины, составлявшего 18 тысяч рублей. Коня оставляли на ответственное хранение владельцу, но когда по истечении десяти дней судебные приставы вернулись к должнику, чтобы забрать животное, они его не нашли. Тогда владелец Орлика признался, что зарезал и съел его.

Отрицательно к практике насильственного изъятия домашних питомцев относятся не только владельцы животных, но и зоозащитники. Они считают, что это лишний раз доказывает бесправность животных в России — их попросту расценивают как неодушевленную вещь, отсюда и соответствующее отношение.

С позиции российского закона, животное — движимое имущество, которое является объектом права, исходя из чего с ним можно совершать те же действия, что и с другими вещами: куплю-продажу, дарение, аренду. С другой стороны, гражданский кодекс устанавливает ограничения на все действия в отношении животных, которые несут в себе характер жестокого обращения, а также «осуществления прав, противоречащих принципам гуманности» (статья 137 ГК РФ). Жестоким признается такое обращение, которое способно причинить страдание.

Животное — живое существо, оно обладает нервной системой, способно проявлять волю, чувствует боль, субъективную привязанность и эмоционально реагирует на происходящие события. Это могут подтвердить как ученые-биологи, так и владельцы питомцев. Зоозащитники настаивают, что реализация животного в счет долга является одной из форм проявления жестокости по отношению к нему, однако с точки зрения российского закона такое поведение жестокостью не считается.

Ставшая популярной у сотрудников ФССП мера стимулирования граждан к выплате задолженностей, вероятно, будет и дальше использоваться, потому как привязанность должника к питомцу заставляет быстрее изыскивать требуемую сумму. Остается ждать принятия очередного нормативного документа, который освободит домашних животных от долгового рабства.