Только важное и интересное — в нашем Twitter
Новости партнеров

«На один кадр уходит несколько недель»

Фотограф Сергей Горшков о трудностях работы в потаенных уголках России

Фото: Сергей Горшков

До конца февраля в московском Центральном доме художника на Крымском валу, где проходит фестиваль «Первозданная Россия», можно увидеть лучшие фотографии из таких уголков страны, куда путешественники добираются крайне редко. «Лента.ру» побеседовала с фотографом Сергеем Горшковым, одним из участников фестиваля, о путешествиях в суровую Арктику и «люксовую» Африку, о желании, таланте, хоккее и преимуществах работы вдали от людей.

«Лента.ру»: Вы как фотограф обычно выбираете достаточно труднодоступные места. Скажите, неужели в Центральной России уже нечего снимать?

Горшков: Я не люблю снимать там, где много народу. Не люблю толкаться спинами и стучать объективами. Для меня главное — попасть туда, где никто не был, и показать широкой публике красоту этих мест, то, что многим попросту не суждено увидеть воочию.

То есть еще и интерес первооткрывателя?

И это в том числе. Просто хочется делать проекты, которые никто никогда до тебя не делал. Ходить там, где уже кто-то снимал, мне неинтересно. Плюс к тому, такие дальние экспедиции в места, где не было фотографов, — это заведомый залог успеха у широкой публики.

Как вы выбираете маршруты?

Я сейчас занят большим проектом, который называется «Русская Арктика». А в Арктике бывает мало фотографов. То есть туда, конечно, приезжают, но постоянно снимают одно и то же. А большого проекта, посвященного бесконечному многообразию Арктики, так никто и не сделал.

А вы ставите себе такую цель?

Да, я снимаю всю Арктику. Не знаю, сколько лет мне на это потребуется. Я уже посвятил этому не один год, и, возможно, придется поработать еще пять-десять лет. Такую экспедицию очень сложно организовать и логистически, и финансово. Поэтому мы и делаем его совместно с «Русским географическим обществом» (РГО).

А для других своих проектов вы ездите на съемки за собственный счет?

Нет, у моих проектов большая поддержка со стороны спонсоров. В частности, со стороны РГО, местных компаний, региональных властей.

А бывает так, что местные власти не только не помогают, но и чинят какие-то препятствия?

Конечно, бывает, но я стараюсь просто не обращать на это внимания. Просто делаю свою работу. Если власти мне не помогают, значит, найдется кто-то другой, кто поможет. Однако в большинстве случаев я встречаю понимание в регионах.

Расскажите подробней о прошлогодних съемках на плато Путорана, представленных сейчас в ЦДХ.

Это совместный проект с РГО. Я занимался им три года. Вообще плато Путорана считается самым малонаселенным и труднодоступным местом в России. Я снимал водопады, которых там огромное количество. Приезжал в разные времена года, так что смог показать водопады в динамике. На плато около 15 тысяч водопадов, но я, разумеется, не смог бы их все заснять, так что сосредоточился на 10-15 самых примечательных.

Параллельно снимал животный мир, который, надо сказать, там не слишком разнообразен. Северные олени, снежные бараны, ну и мелкая живность: зайцы, соболя. По плато проходит северная граница обитания соболя.

Вы снимаете не только в России, но и, насколько я знаю, например, в Африке. Где работать комфортней?

В Африке, можно сказать, «лакшери». Там все легко и просто. Выстроена логистика, отличный сервис.

Какую из своих поездок, экспедиций, вы могли бы назвать самой запоминающейся?

В этом году я организовывал отдельную экспедицию на север плато Путорана, где сумел сделать снимок перехода северных оленей через реку. На один кадр я потратил три недели. Сначала мы искали оленей, потом еще долго я ждал их перехода.

Как устроен ваш быт во время таких выездов?

Живем в палатках, старых заброшенных домиках. Все необходимое для жизни везешь с собой. У меня получается целый вертолет вещей — продукты, мини-электростанции, спальники, палатки.

Вы работаете один?

Нет, в команде. Обычно это, кроме меня, сотрудник заповедника плюс ассистент, снимающий видео о том, как я работаю.

Сейчас многие накупили камер, активно снимают все подряд и считают, что могут называться фотографами. Но мне кажется, что для таких экспедиций нужна не только техника, но и, помимо таланта, еще и серьезная физическая подготовка. Так?

Главное — желание. Что касается физической подготовки, то она действительно важна. Во время экспедиций все приходится делать самому: колоть дрова, топить печь, носить воду, просто очень много ходить. Так что я стараюсь держать себя в форме, играю в хоккей в свободное время.

А какой совет вы как опытный фотограф могли бы дать новичкам, желающим снимать дикую природу?

Пусть оторвут задницу от диванов и идут снимать. Вот и все. Просто нужно иметь желание.

Кого из животных вы бы могли назвать идеальной моделью для съемок?

Я очень люблю снимать лис, медведей и больших кошек — леопардов, они вообще моя страсть.

А кто самый привередливый, с кем работать сложнее всего?

Наверное, с птицами. Они постоянно в динамике, за ними не угонишься. Хотя ко всем можно ключик подобрать, главное, чтобы желание было.