Новости партнеров

«Как бы под коксом, строю из себя каратиста, вертухи кручу»

Скорсезе, Винтер и Каннавале о новом рок-н-ролльном суперсериале HBO «Винил»

Кадр из сериала «Винил»

На HBO начали показывать «Винил» — главную сериальную премьеру сезона, детище легендарного режиссера Мартина Скорсезе, суперзвезды рок-н-ролла Мика Джаггера и сценариста «Подпольной империи» Теренса Уинтера. В фокусе сериала — бурная музыкальная жизнь Нью-Йорка 1970-х, в кадре и за кадром — Led Zeppelin и The New York Dolls, среди перипетий сюжета — кокаиновые дебоши, подковерные контрактные интриги, зарождение панка и хип-хопа, и смерть, и слезы, и любовь. Скорсезе, Уинтер и сыгравший главную роль Бобби Каннавале рассказали «Ленте.ру», зачем они это сделали и чего от «Винила» ждать после грандиозного пилотного эпизода, снятого самим Скорсезе.

Мартин Скорсезе
Режиссер пилотной серии, соавтор идеи, исполнительный продюсер

Мик Джаггер впервые пришел ко мне с идеей «Винила» 20 лет назад, представляете! Сколько времени прошло! Потом мы встречались раз в несколько лет, и с каждым таким разговором концепция разрасталась и становилась все грандиознее, меняла форму и стиль. Сначала это должен был быть просто фильм. Потом — эпический фильм. И только затем — сериал. Зато теперь мы с Миком оба довольны тем, что получилось.

***

Уже не помню, в какой именно момент идея трансформировалась, но рано или поздно мы осознали: размах истории такой эпический, что фильмом не обойтись, нужно делать сериал. Для кино у нас было слишком много сюжетных линий, которые к финалу сходились вместе и складывались в масштабную, большую историю.

***

Меня всегда привлекали истории империй, которые рушатся на глазах. Наверное, потому, что я такое видел не раз и не два в реальной жизни. Я встречал на улице или на деловых встречах парней, похожих на героев «Казино» или «Славных парней», — за рулем «Кадиллака», в тысячедолларовых костюмах и ботинках, с маникюром и идеальной стрижкой, — и уже предчувствовал их грядущее грехопадение. Сюжет рисовался в голове сам собой. Иногда это осознание разбивало мне сердце, иногда от него шел ледяной холодок по спине.

Наверное, поэтому я так люблю «Леопарда» — и роман Лампедузы, и фильм Висконти. Это история человека, который вдруг понимает, что его образ жизни — весь известный ему мир — умирает, рушится на глазах. И он осознает: выбора нет, придется отойти в сторону. Всему приходит конец. Римская империя существовала веками — дольше, чем США — и все равно пала. Это же настоящая драма — знать, что твой мир обречен. Иногда этот мир невелик — твоя семья, твой дом. А иногда речь о целой индустрии, образе жизни, манере вести дела, как в «Виниле».

***

В 1970-х я больше времени проводил в Лос-Анджелесе, но и про Нью-Йорк не забывал. Для меня тот город, Нью-Йорк 1970-х, был да и остался настоящим Нью-Йорком — городом, который медленно разваливается у тебя на глазах. Мусорщики устраивали забастовки. Поезда метро никогда не ходили по расписанию. Преступность процветала. Именно такой Нью-Йорк я знаю и помню лучше всего. И одновременно в этом упадочном городе царила невероятная творческая активность: авангардное и независимое кино было на пике моды, революции происходили в живописи и визуальных искусствах, музыке, театре и, конечно же, рок-н-ролле. Именно об этом наш сериал. Ничто великое не происходит в сонных местах, где живут вежливые люди. А 1970-е в Нью-Йорке были прекрасным временем для съемок кино, записи музыки, для оперы и театра.

Работа над «Винилом» заставила меня вспомнить те времена, заново пережить их. А современный Нью-Йорк я не узнаю, это уже другой, чужой для меня город.

Бобби Каннавале
Исполнитель главной роли — Ричи Финестры, основателя проблемного рекорд-лейбла American Century

Работа над сериалом изматывает, но я был к ней готов и знал, что меня ждут шесть тяжелых месяцев съемок. По-настоящему трудно было в первый мой день на площадке: мы снимали сцену в кинотеатре с Брюсом Ли (это второй эпизод «Винила»), в ней я как бы под коксом и строю из себя каратиста, вертухи кручу. Первый день. Боже! Я тем вечером попал домой и взвыл, представляя следующие полгода. Но все прошло нормально. Сосредоточился на работе, мог с чистой совестью отказываться от всего остального.

***

Проблемы Ричи с трезвым образом жизни — по-моему, один из самых интересных мотивов «Винила» и для меня как актера, и для Терри Уинтера как сценариста. Мы поднимаем вопросы, ответов на которые не знаем. А кто знает? Думаю, артисты, музыканты, актеры исторически мучились с этой мыслью: интересен ли я кому-то сам по себе? Или только когда обдолбан? Ответа нет на самом деле. Но мы хотим исследовать тему с помощью Ричи и его истории. В какой-то момент он говорит своим партнерам: «Слушайте, все же шло отлично, пока я торчал. А вот когда завязал — все и пошло к черту». Я лично такое от людей слышал в реальной жизни.

***

Когда мы снимали пилотную серию, Мартин Скорсезе все время называл ее фильмом. И вот я смотрю ее и не могу отделаться от мысли: да я же смотрю отличное, настоящее кино Мартина Скорсезе. Но только в конце серии ты вдруг понимаешь, что хочешь знать, что же случилось дальше. Что сделает этот парень теперь? Что подобный опыт сделает с человеком, который все время в себе сомневается?

Теренс Уинтер
Сценарист, соавтор идеи, исполнительный продюсер

1973-й, когда разворачивается действие «Винила», был годом сразу нескольких музыкальных революций. На дистанции всего в шесть месяцев и на территории в пять квадратных миль были изобретены панк, диско и хип-хоп — и все появились в Нью-Йорке. Первую хип-хоп-вечеринку в Бронксе провели тем летом — впервые в истории кто-то играл две пластинки одновременно, и одна была смикширована с другой прямо посреди трека. Именно в 1973-м The New York Dolls уступили суперзвездный статус первым панк-группам — Television и The Ramones, которые появились через несколько месяцев. Так что это был особенно интересный и плодовитый год в истории музыки. Удержаться от соблазна его показать было невозможно.

***

Музыка сейчас значит для мира как будто бы меньше, чем в 1970-х. Тогда одни люди писали песни протеста о войне во Вьетнаме, а другие их слушали и шли в активисты или в политику. Сейчас те, кто помоложе, даже не смогут назвать имя действующего вице-президента. Это грустно на самом деле. Нас медленно, постепенно отвлекали разнообразными Кардашьянами и добились того, что мы уже перестали следить за собственным правительством. Кроме того, сейчас популярен абсурдный ура-патриотизм — мол, если ты недоволен правительством, то «ты не любишь Америку». Да что вы говорите? То, что я хочу сделать свою страну лучше, не значит, что я ее не люблю.

***

Мик Джаггер был ответственен за достоверность «Винила». Он же, надо ли говорить, пережил эпоху, причем в самом ее эпицентре. Он следил, чтобы мы нигде не соврали, чтобы все было честно: музыка, концерты, звукозапись, отношения артистов и рекорд-лейблов. Он кладезь информации о 1970-х, как вы, наверное, догадываетесь.

***

Что касается флешбэков, то у нас довольно много погружений в 1950-е. Не обходится и без сцен в Нью-Йорке 60-х: Энди Уорхол, The Velvet Underground середины десятилетия. Снимать эти эпизоды было очень интересно. Но Ричи, главный герой «Винила», родился в 1930-х и рос в 1940-х, так что в какой-то момент, возможно, мы покажем его в детстве. В пилотной серии он упоминает крутую музыку, которую любил ребенком: Луи Джордан, разные свинг-бэнды. Было бы здорово хотя бы коротко показать и их тоже.

«Винил» выходит на HBO с 14 февраля. В России сериал можно посмотреть в сервисе Amediateka.ru.

Культура00:03Сегодня
Спектакль «Барокко»

Тут вам не Нью-Йорк

Страх, аресты, самоцензура: как устроен политический театр в России