На крыше мира

Путешествие по таджикскому, афганскому и китайскому Памиру

2012An ethnic Tajik family plays traditional musical instruments as they pose for a video during their family gathering near Karakul Lake at the foot of Muztag Ata, at Pamirs in Xinjiang Uighur Autonomous Region
Фото: Rooney Chen / Reuters

Еще с советских времен романтики называют Памир «крышей мира». И это поэтичное название вполне справедливо: именно здесь находятся одни из самых высоких горных вершин планеты. Интересен Памир не только своей уникальной природой, но и очень необычной культурой местных жителей. «Лента.ру» разбиралась с подробностями.

Ислам с буддийским оттенком

«Крыша мира» — единственный уголок земли, где почти все коренные жители — исмаилиты, последователи шиитской секты ислама, испытавшей сильное влияние буддизма, индуизма и даже греческой философии. Учение исмаилитов изобилует сложными философскими понятиями. По представлениям исмаилитов, Аллах — это Бог-абсолют, породивший мировой разум, который, в свою очередь, породил мировую душу. Мировая душа создала материю, доступную восприятию. Исмаилиты верят в переселение душ, а молятся, в отличие от остальных мусульман, не пять раз в день, а только два. Неудивительно, что большинство мусульман не одобряют столь своеобразную интерпретацию ислама и считают исмаилитов язычниками.

Потомки воинов Александра Македонского

Сегодня «крыша мира» поделена между тремя государствами: Таджикистаном, Афганистаном и Китаем.

Хотя формально народности таджикского Памира (или Горно-Бадахшанской автономной области) и считаются таджиками, их язык, религия, пища и обычаи разительно отличаются от метрополии. Даже внешне памирцы совсем не похожи на таджиков. Среди них попадаются голубоглазые и светловолосые. Сами жители Горного Бадахшана любят объяснять этот парадокс достаточно спорной версией: дескать, они — потомки воинов армии Александра Македонского, который действительно побывал в этих краях.

Памирские женщины очень красивы и достаточно независимы. Они никогда не носили паранджу и отнюдь не приучены раболепно подчиняться своему мужу.

Местная пища также очень мало похожа на среднеазиатскую. Так, памирцы практически не едят плов, зато обожают жареную картошку с мясом. Местный чай напоминает скорее суп: в него добавляют соль, масло, молоко и грецкие орехи. Достаточно терпимы бадахшанцы и к алкоголю: практически в каждом доме гостю здесь предложат самогон из тутовника.

Гостеприимство обитателей Горного Бадахшана просто поразительно: любого путника бесплатно пустят на ночлег в любом деревенском доме и от души накормят всем, что «бог послал».

Автомобильное движение между кишлаками очень редкое, а наиболее отдаленные небольшие поселения и вовсе не доступны на машине. Автобусное сообщение здесь отсутствует еще с советских времен, а попутку приходится ждать часами (зато любая машина подберет путника). В этом есть свои плюсы: можно путешествовать между кишлаками пешком, наслаждаясь великолепными видами гор. А о ночлеге и еде, как говорилось выше, не стоит беспокоиться.

Итак, Памир совершенно не похож на Таджикистан, да и вообще страну с мусульманской культурой. Местные мазары (могилы мусульманских святых) поразительно напоминают буддийские сакральные монументы.

Есть тут и древние буддийские ступы. И это неудивительно: ведь Памир непосредственно граничит с индийскими Гималаями. Согласно одной из версий название «Памир» истолковывается как подножье Митры (ведического и индоиранского божества).

Дома исмаилитов тоже разительно отличаются от таджикских. Дом должен быть моделью вселенной в миниатюре. Обязательный архитектурный элемент — пять столбов. Они названы именами пяти святых: Мухаммеда, Али, Фатимы, Хасана и Хусейна.

В империи наместника Бога

Духовный лидер исмаилитов, «наместник Бога на земле» Ага-хан IV проживает в Европе и считается одним из богатейших людей планеты. Выпускник Гарварда, он сегодня пытается объединить своих единоверцев в «единый духовный имамат». Лидер исмаилитов не только помогает им получить образование (он создал университет в столице таджикского Памира, городе Хороге), но и оказывает им весьма значительную финансовую поддержку. Ага-хан дважды — в 1995 и 1998 годах — посещал Горно-Бадахшанскую автономную область на Памире. Благодаря соглашениям, достигнутым с руководством Таджикистана, в Горный Бадахшан потекла обильная гуманитарная помощь. Можно без преувеличения сказать, что ныне именно дотации Ага-хана составляют основу экономики таджикского Памира. Сегодня в Таджикистане шутят, что Горный Бадахшан превратился в «маленькую империю Ага-хана».

Увы, к сожалению, у памирцев есть и другой, менее праведный источник дохода. Таджикский и афганский Памир разделяет река Пяндж. С таджикского Памира как на ладони видны афганские кишлаки, и с гражданами соседнего государства можно перекрикиваться под шум горной реки. Граница здесь практически прозрачна, чем и пользуются контрабандисты. Основной товар из Афганистана, понятно, это наркотики, главным образом опиум.

В качестве плавсредства контрабандисты используют обычную автомобильную камеру, к которой пришивают дно. Гребут деревянными лопатами. Нелегальные переправы действуют практически в каждом пограничном кишлаке.

«Если бы Россия взяла нас к себе»

Возможно, именно близостью Афганистана объясняется почти феноменальная любовь памирцев к России. Здесь любят подчеркивать, что Памир присоединился к России добровольно, чтобы русские защищали местных жителей от набегов афганцев.

О советской эпохе, когда регион жил на дотациях центра, вспоминают как о золотом веке. Бадахшанцы очень любили учиться, и по доле населения с высшим образованием Памир занимал первое место в СССР.

Увы, сегодня уже не до учебы. Ведь не будешь же жить лишь на подачки Ага-хана. Заниматься же контрабандой наркотиков, к счастью, соглашаются далеко не все. Поэтому очень многие отправляются на заработки в Россию.

Неудивительно, что к властям Таджикистана здесь относятся не слишком тепло и отнюдь не рады, что оказались гражданами нового независимого государства. Таджиками бадахшанцы себя не считают и прекрасно помнят, как во время гражданской войны таджики (точнее, власти республики) устроили блокаду региона. Тогда, если бы не тот же Ага-хан, памирцы попросту умерли бы с голоду. Здесь любят помечтать на тему, «вот если бы Россия нас взяла к себе», хотя и понимают, что это нереально.

В средневековье

Однако даже сегодня, благодаря советскому наследию, таджикские памирцы все же живут гораздо лучше, чем их афганские соплеменники. На афганском берегу, за исключением одного разбитого шоссе, соединяющего регион со столицей, автомобильных дорог нет и в помине. Кишлаки связаны между собой горными тропами и оврингами — искусственно созданными «балконами» на отвесных скалах над реками. Чтобы добраться до автомобильной дороги, приходится предпринять длительное путешествие: пешком, на лошади или осле.

Дома отапливаются по-черному: дым костра уходит через отверстие в потолке жилища. Электричество и телевидение отсутствуют в принципе. Не редкость, когда в семье лишь одна пара обуви на всю детвору. Не в диковину элементарный голод. Часто единственная пища в семьях афганских памирцев — тутовник.

Серьезная проблема — безопасность. Боевики «Талибана» чувствуют себя очень вольготно, к памирцам они относятся как к язычникам, облагают их «налогом», а нередко попросту уничтожают «за сотрудничество с оккупантами». В таджикском Бадахшане опасаются массового прорыва талибов и по ту сторону реки, но пока как-то обходится.

Бадахшан с комфортом

В Китае, как и Таджикистане, народности Памира считаются таджиками, и у них есть даже свой Ташкурганско-Таджикский автономный уезд в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Дорога на китайский Памир начинается из древнего уйгурского города Кашгар. Этот путь вдоль высокогорного озера Каракуль необычайно красив. В долинах — пастбища китайских киргизов со стадами яков и верблюдов.

При желании можно (за очень умеренную плату) и пожить вместе с пастухами, питаться здоровой молочной пищей, кататься на лошадях и бродить по живописным горным склонам. Местные киргизы имеют очень смутное представление о Киргизии, и почти никто из них не знает название столицы их исторической родины.

Столица китайских памирцев — городок Ташкурган (по-уйгурски «каменный холм»). В прошлом центр одного из памирских княжеств. Главная достопримечательность — древняя крепость возрастом, по некоторым оценкам, в две тысячи лет. О том, что посередине Великого шелкового пути стоит каменная башня, писал еще Клавдий Птоломей. О древности кишлака свидетельствуют и сохранившиеся здесь руины зороастрийского храма.

В отличие от городков таджикского Памира, Ташкурган воспринимается как относительно «цивилизованное место». Здесь есть вполне приличная гостиница с горячей водой (немыслимая роскошь для таджикского Бадахшана), ресторан с приличной европейской кухней, а также бар с хорошими виски, коньяком и вином. Турагентства городка устраивают экскурсии в дома местных жителей, за небольшую плату организуют по вечерам шоу памирских танцев для достаточно многочисленных туристов со всего мира.

Вообще, если при СССР таджикский Памир был гораздо развитее китайского, то сегодня ситуация изменилась кардинально. На китайском Памире построены великолепные дороги с отлаженным автомобильным и автобусным сообщениями. В городках и поселках — комфортабельные гостиницы и рестораны. Регион посещают десятки тысяч туристов со всего мира, а на бывшем нашем Памире практически единственные иностранные гости — журналисты и работники гуманитарных организаций.

В то же время в «дикости» таджикского Памира есть своя прелесть. Здесь можно наблюдать реальную жизнь, не испорченную туриндустрией и, соответственно, жаждой обогащения. Пока еще на таджикском Памире можно быть уверенным, что местные жители радуются именно тебе, а не деньгам в твоем кошельке.

В идеале хорошо совместить посещение таджикского и китайского Памира. Сначала понаблюдать реальную жизнь, а потом изучить ее туристический, но зато гораздо более комфортный вариант. В афганский же Бадахшан пока лучше и не соваться.

Обсудить
От ковбоя до рака легких
Сложная история отношений американцев и табачной продукции
Маттео РенциNo, синьор Ренци!
Итальянские избиратели не поддержали реформы премьер-министра
Бирманские солдаты на руинах сожженного дома в столице штата РакхайнВас здесь не стояло
Из-за чего власти Мьянмы конфликтуют с мусульманами-рохинджа
Пекин«Все меньше остается от старого Пекина»
Как меняется жизнь китайской столицы при Си Цзиньпине
«Зеленый профессор Саша»
Ультраправых в Австрии одолел потомок беженцев из России
«Будь у легпрома финансы, мы бы могли процентов 40 рынка держать»
Президент Союзлегпрома Андрей Разбродин о перспективах легкой промышленности
Груз в триллион
Примет ли Дума неоднозначный проект поправок в закон о долевом строительстве
В ожидании худшего
Как потребители и сети живут в условиях постоянного роста цен
Меху не до смеха
Почему в России падает производство пушнины
Дженис ЙостимаСама себе модель
История успеха девушки из провинции с миллионом подписчиков в сети
Ленинаканский пробор
История парикмахерской, пережившей землетрясение в Гюмри
Анастасия Белокопытова «Не считала, сколько трачу в месяц»
История уроженки Рязани, переехавшей в Австрию
Мохаммед, похититель Рождества
Елки и Санта-Клаусы в Европе оказались в опале
Видео: Самый быстрый «МАЗ»
Дакаровский «МАЗ», десантный корабль на воздушной подушке и заброшенная авиабаза
Чех, два японца и кореец: выбираем лучший компактный седан
Длительный тест четырех компактных седанов. Часть 3
В угол за угон
Когда детям становится скучно, они угоняют настоящие машины
Пикник на обочине
Испытываем «арктические» пикапы Toyota Hilux, у которых 10 колес на двоих
Извращенные вкусы
Откровения риелторов о клиентах-геях, богеме, политиках и шизофрениках
Халявщики и партнеры
Застройщики и банки шокируют заемщиков ипотечными условиями
Худо будет
Москвичи тратят миллионы на квартиры, в которых невозможно жить
Горите в аду
Получить имущество по наследству становится все труднее