«Мы увидели белое бесконечное ничто»

Индустриальные фотографы Слава Шут и Максим Шаповалов о путешествии по Арктике

Фото: Слава Шут, Максим Шаповалов

Когда лучше отправляться путешествовать по Северному морскому пути, где лучше всего переждать шторм, каких животных можно увидеть в российской Арктике – рассказали «Ленте.ру» известные индустриальные фотографы Слава Шут и Максим Шаповалов. Они совершили плавание по СМП на одном из судов «Норникеля».

Слава Шут

Весна — лучшее время для путешествия по Северному морскому пути. Летом там жарко, и кроме открытой воды ничего не будет видно. Зимой там полярная ночь. Осенью же часто штормит и небезопасно. Весной можно наблюдать северное сияние. Природа просыпается — можно увидеть нерп, белых медведей, птиц. Хорошо, что вообще есть смена времен суток — рассветы и закаты удивительны. Летом и зимой времена суток не меняются.

Нас привезли на судно ледокольного типа, но это все-таки не сам ледокол. Оно может идти как по открытой воде, так и взламывая лед. Мы плавали по Северному морскому пути в конце апреля — сразу после фестиваля оленеводов.

Мы фотографировали в поселке Факел и из-за снежной бури не могли оттуда выбраться. Нам пришлось уговаривать местное начальство, чтобы оно выделило нам трэкол (вездеход — прим. «Ленты.ру»). На нем через тундру, всю эту пургу и снег мы и добрались до порта. Мы думали, что наш корабль отчаливает на следующий день, но нам сказали, что отправление запланировано буквально через час.

Когда мы зашли на борт, у меня было ощущение, что мы попали в роскошную гостиницу. На самом деле — это такой BMW на воде. Там была потрясающая кают-компания с библиотекой. Я нашел там Джека Лондона — это очень соответствовало антуражу. Я даже читал его Максиму вслух.

Когда мы путешествовали по Северному морскому пути из Дудинки в Мурманск, то с нами на одном корабле оказалось еще два пассажира — они сопровождали ценный груз. Двоих других наших попутчиков высадили на Енисее. Так что всего на судне было шесть человек, которые не являлись частью команды.

У нас не было никаких обязанностей на корабле, кроме фотосъемки. Нам показали почти весь корабль — от машинного отделения вплоть до камбуза. В трюме был бассейн, который заполняется забортной водой. Так мы искупались в Енисее, Белом, Карском и Баренцевом морях.

Мы видели, как управляется этот корабль, как он ломает лед. Мы были удивлены, что им может управлять один человек. На вахте есть четыре пульта, с помощью которых дежурный может корректировать курс и вести судно через льды. Корабль оснащен четырьмя дизельными двигателями. Их мощности достаточно для освещения всего Норильска.

Нам два раза позволили сойти, чтобы сделать снимки. По словам капитана, для «Норильского никеля» все эти ледовые корабли «подобны грузовичкам, которые развозят булки. Главное — довести товар до места. Позже или раньше — не так важно, главное, что товар должен добраться до места назначения».

Нам очень понравилась команда. Все они с полярным опытом, некоторые совершали кругосветное путешествие, кто-то был на Северном полюсе. У нас было ощущение, что мы оказались в Российском географическом обществе — все вели интеллектуальные беседы, задавали умные вопросы, интересовались, чем мы занимались. Моряки на корабле оказались из разных возрастных групп — один был выпускником, а другой уже завершал пребывание на севере.

Из животных мы замечали нерп и белых медведей. Белый медведь — самое опасное животное Арктики. Когда мы покидали судно, то с нами были вооруженные члены команды. Еще один фактор риска — ломка льда. Мы спорили между собой, Максим более рисковый, он предлагал продолжать фотографировать, даже когда вокруг трещал лед, а я отвечал: «Нет, этот кадр не стоит наших жизней!»

Максим Шаповалов

Самая интересная часть плавания — период прохождения мимо Диксона. Это очень примечательный порт. Все арктические экспедиции начинались оттуда. Там побывали Руаль Амундсен, Никифор Бегичев и почти все известные полярные путешественники. Но сейчас там больше памятников, чем людей. Когда-то в Диксон можно было прилететь самолетом из Москвы. Диксон — единственный порт в Карском море, где можно отремонтировать ледокол. Порт неразрывно связан с атомным флотом России.

Еще очень запоминается плавание по Енисею. Между Дудинкой и Диксоном есть отдаленные поселки. Моряки останавливают корабли и привозят местным жителям и малым народам севера полезные грузы. В обмен получают корюшку, оленину.

Один раз мы попали в шторм. Он был не очень сильным, наверное, четыре балла, но все равно было страшно. Он продолжался ночь. Суда ледокольного класса плохо подготовлены для штормовой погоды из-за конструкции днища. Мы спасались в бассейне — нахождение в воде нивелирует качку.

Нас поразило пространство — мы увидели в Арктике белое бесконечное ничто. Иногда торосы в лучах весеннего солнца приобретают лазурный цвет. Кажется, что ты видишь Карибское море.

Большее впечатление на нас произвела встреча с ледоколом «Вайгач» (атомный ледокол — прим. «Ленты.ру»). Он шел встречным курсом. Мы отошли в сторону и пропустили его. Было ощущение, что все мы находимся в космосе — вокруг ничего не было, только два наших корабля, две капсулы в пространстве. Был слышен лишь треск ломающегося льда, и ощущалась вибрация. Конец вибрации означает, что идешь по чистой воде.

Плавание длится 4-6 дней в случае открытой воды, а если тяжелая ледовая обстановка, то оно может занимать до десяти суток. В нашем случае оно заняло шесть дней.