Место для избранных

Как Летний кампус РАНХиГС повышает привлекательность российского образования

Фото: РАНХиГС

Татарстан — не только крупнейшая национальная автономия, критически важный регион для российской экономики и знаковый культурно-исторический центр. Уже пятый год подряд Российская академия народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС) организует под Казанью свой Летний кампус, где отрабатываются новые технологии в образовании. О том, почему студенты отечественных и зарубежных вузов готовы пожертвовать каникулами ради посещения Летнего кампуса, рассказал «Ленте.ру» проректор РАНХиГС Иван Федотов.

«Лента.ру»: Вице-премьер Ольга Голодец недавно заявила, что российской экономике нужно от силы 35 процентов кадров с высшим образованием. Зачем тогда устраивать такие мероприятия, как Летний кампус РАНХиГС?

Федотов: Не нужно сравнивать высшее образование и то, что происходит здесь, в кампусе. Это уникальная программа для студентов, которые обладают потенциалом изменить наше будущее. В Иннополис совместно с правительством Республики Татарстан мы отобрали 220 студентов из 7000 со всего мира. Отбор был сложный, многоступенчатый, и для тех, кто его прошел, 12 дней интенсива с высококлассными лекторами, на природе и с прекрасными условиями проживания — безусловно, привилегия. Перед студентами кампуса только в этом году уже выступили вице-премьер Аркадий Дворкович, спикер Госдумы VI созыва Сергей Нарышкин, министр связи Николай Никифоров, президент Татарстана Рустам Минниханов, вице-президент The Coca Cola Company Клайд Таггл, десятки российских и зарубежных профессоров и экспертов мирового уровня.

Сегодня каждый сам выбирает — идти ему на завод или заниматься, скажем, научными изысканиями. При этом очень многие профессии через несколько лет не будут нуждаться в свидетельстве об образовании. Ольга Голодец говорила именно о такой тенденции. В Европе есть очень четкая градация: либо ты поступаешь в колледж и получаешь специальность через пару лет, либо нужно потратить полжизни, чтобы стать хорошим юристом или врачом. Наши «избранные» студенты Летнего кампуса сделали свой выбор: зарабатывать интеллектуальным трудом. И когда после кампуса ребята возвращаются в свои вузы, у них уже совершенно другие требования к образовательному процессу, они другого ждут от своих преподавателей и очень трезво оценивают свои силы. Глобальная миссия нашего кампуса именно в этом.

С развитием технологий рабочие профессии окажутся не нужны?

Да, такой вариант возможен. Рабочих у станка можно заменить роботами, но врача или учителя — нет. Занятость в XXI веке стремительно перемещается в сферу услуг. Мы в Летнем кампусе как раз обсуждаем, каким образом четвертый технологический уклад в ближайшие полвека приведет к глобальному неравенству.

Владельцы и разработчики технологий будут очень богаты, а обычные потребители — наоборот. Очень интересна тенденция отказа в будущем от профессий, существовавших века. Например, есть прогнозы, что лет через 20 пропадет потребность в водителях общественного транспорта. Как трудоустроить этих людей?

Мир меняется очень быстро. Образование — консервативная отрасль, но в XXI веке необходимо учить наше поколение со стремительным опережением. Поэтому одна из задач кампуса — приоткрыть его участникам горизонты, показать, что их ждет в будущем, где они могут найти свое призвание, где та самая «точка отрыва» в карьерном плане.

Причем сделать это с использованием новейших технологий образования. Мы практикуем работу в малых группах через тьютора — наставника. Это в некоторой степени аналог старшины в армии или вожатого в лагере. Он безусловный авторитет для ребят — у него есть жизненный опыт, пласт знаний, которыми он может поделиться. Находясь рядом с ребятами 24 часа в сутки, он дает им ориентиры и помогает правильно понимать задачу, формулировать запросы и находить ответы. Образно говоря, при строительстве дома он помогает сосредоточиться на фундаменте, а не на цвете стен.

Классическая лекция или семинар — это слишком мало для нынешнего поколения, которое может и должно очень гибко мыслить. Это не значит, что поколение плохое. Оно просто другое — поколение Next.

Получается, что в кампусе вы готовите своеобразных «агентов влияния»?

Мы готовим ребят, которые способны влиять на качество образования и улучшать собственное качество жизни.

А если этот их запрос не будет удовлетворен?

Мы живем в свободной стране — пусть меняют свой вуз и идут дальше.

…и переходят в РАНХиГС.

У нас не стоит задача рекламировать какой-либо вуз. Для академии это своего рода вклад в воспитание наших детей. Мы хотим научить их думать и принимать решения.

Допустим, идет групповое занятие. В группе десять россиян и пять иностранцев — ребят, приехавших с Ближнего Востока, из Латинской Америки, из Европы… Так вот, иностранцы включаются в работу мгновенно. Они задают вопросы, пытаются выжать все знания, которые только можно, а вот наши студенты опаздывают с включением в рабочий процесс. Я объясняю это недостатками нашего школьного образования. Школа, которая формирует психику ребят, их закрепощает — они боятся показаться смешными. В кампусе не надо бояться показаться смешным и не надо бояться задавать вопросы. Здесь надо бояться недополучить знания.

Два года назад мы попробовали говорить в кампусе о ценностях в жизни. Оказалось, что студенты понятия не имеют, что это такое. За жизненные ценности многие просто принимали детские мечты. 95 процентов участников к концу кампуса их четко формулировали, взрослели прямо у нас на глазах.

Поэтому второй год лозунг кампуса — «Идеи. Ценности. Знания».

Найдется немало людей, в том числе и наделенных властью, которые скажут, что не всякий набор ценностей хорош, что есть ценности «наши» и «не наши»...

Человек в современном мире не может существовать в замкнутом пространстве. Чтобы пройти здоровый путь становления и взросления, он должен получать информацию из всех возможных источников. Только такой подход порождает лидеров, успешных людей.

Мы даем возможность ребятам получить доступ ко всем библиотекам мира, к любой нужной информации. Именно поэтому рабочий язык кампуса — английский. Говорить о самобытности русской культуры и на основании этого делать вывод, что студенты должны учиться только на русском, — архаизм. В этом году у нас более четверти — 57 студентов — иностранцы, а в следующем году их будет больше.

Есть выражение, что в современном мире изменить стране значительно проще, чем изменить страну. Ты хорошо учился, выучил язык, способный, хочешь чего-то достичь — ну и поезжай. Весь мир открыт. Другое дело, что государство и мы должно создать условия, чтобы талантливые люди захотели учиться, работать и жить здесь. Показать, что мы не просто следуем новым образовательным технологиям, а опережаем их.

В этом смысле очень показательно, что многие наши участники из других стран, побывав летом в нашем кампусе, выбирают магистерские программы в России. То есть российское образование оказывается вполне конкурентоспособным.

Обсудить
Курганские могильщики
Уральские бандиты покорили Москву 90-х и заставили бояться местных авторитетов
Умар Джабраилов«Дальше буду жить красиво»
Сколько стоит пострелять у Кремля под кокаином, если вы Умар Джабраилов
Ничего себе поездочка
Почему москвичи все чаще становятся жертвами таксистов
Темные времена
Лихие 90-е: спецпроект «Ленты.ру»
Муха не сидела!
Сколько стоят автомобильные «капсулы времени» спустя годы?
«Американец», который смог
Самые невероятные версии Chevrolet Corvette, от которых сносит крышу
Что. Вы. Наделали
Как мы потеряли идеальный Porsche и снова его нашли
Мистер Спок
Мы пощупали новейший Aston Martin Vantage и делимся первыми впечатлениями
Какие машины любят европейцы
15 наиболее продаваемых машин в Европе
Ловушка для планктона
Тест: Какой офис идеально вам подходит
Это чисто Питер
Сколько стоят квартиры в воспетом Шнуром городе на Неве
Нихао себе
Хибара из китайской глубинки стала лучшим зданием 2017 года
«Моя бывшая живет на помойке»
Москвич сделал из жены бомжа, и ему не стыдно
Берите две
Пять стран, где ипотеку дают под смешной процент