По Колыме автостопом

Как доехать из Якутска в Магадан и не умереть

Фото: Александр Мягков / Фотобанк Лори

Путешествие автостопом — дело рискованное и порой даже опасное. Особенно когда решаешь отправиться в один из самых суровых регионов России — на Колыму. Корреспондент «Ленты.ру» проехал автостопом из Якутска в Магадан, не испугавшись отсутствия дорог, брошенных городов и диких животных.

Трасса в Магаданской области — это имя собственное. Трассой называют федеральную автодорогу «Колыма». На нее, как на спицу, нанизана большая часть населенных пунктов области — тех, где по-прежнему остаются хоть какие-то жители. Асфальт и бетон есть первые 50 километров от Магадана на запад. Дальше грунтовка. Такая, что за густыми клубами пыли из-под идущей впереди машины ничего не видно. Правда, автомобилей в 50 километрах от города встречается не так уж и много. Чем дальше от Магадана по «Колыме» на запад, тем меньше населенных пунктов, самого населения, они вообще становятся редкостью.

Когда медведей больше, чем людей

Магадан для самостоятельного путешественника давно стал синонимом словосочетания «край света». Однако это, пожалуй, самый доступный из «краев света» в России. Туда даже можно добраться автостопом. На Чукотку и Камчатку, например, автостоп невозможен. Есть, конечно, Владивосток — но это же почти Европа в сердце Азии. Трудно во Владивостоке почувствовать, что где-то здесь «заканчивается цивилизация», а вот по дороге в Магадан — легко. Но туда нужно не лететь самолетом, а медленно (по-другому и не получится — не позволит состояние дороги) приближаться по Трассе.

Трасса начинается от границы Якутии и Магаданской области. Но автодорога «Колыма» начинается гораздо раньше — от Якутска. Точнее на противоположной от Якутска стороне Лены. Первые 400 километров идут якутские поселки (в смысле этнической принадлежности их жителей), тайга, разреженная полянами-аласами, затем река Алдан как своеобразный переход в более суровый и дикий мир, поселок Хандыга и... Цивилизация почти заканчивается. Последний крупный населенный пункт Якутии на «Колыме» — поселок Усть-Нера.

На границе между регионами расположился пост полиции «Артык» (полицейские живут в других районах Якутии, на пост приезжают работать вахтами). Здесь и начинается Трасса. До Магадана от поста более 700 километров. Это одна из тех российских автодорог, где медведя встретить гораздо проще, чем автомобиль.

На одном из участков Трассы мы с коллегой прождали попутку 7 часов. Не то чтобы никто не останавливался, просто никто не проезжал. Впрочем, обычно время ожидания автомобиля не превышает двух-трех часов.

При этом автостоп здесь великолепен. В отличие от центральной России, путника на трассе готова подобрать каждая попутка. Главное — дождаться.

В этих местах нет дремучей высоченной тайги, как в Красноярском крае или Кемеровской области, нет гор, как на Алтае или Кавказе. В Магаданской области природа словно подросток — только готовится стать взрослой, еще не развилась. Она расположилась на условной шкале где-то между тундрами Крайнего Севера и непроходимыми лесами Южной Сибири.

Округлые сопки из раскрошившихся каменных пород, будто насыпанные исполинами. Чахлые хвойные деревья, растущие островками. Зато нет недостатка в воде — ручьи, речки, реки, озера, потихоньку настраивающие путешественника на предстоящую встречу с Охотским морем. Однако мосты есть далеко не везде. Частенько приходится искать броды в реках. Хотя бывает, что мост вроде есть, но форсировать водную преграду вброд все равно безопасней.

Призраки и живые

Ближайший к Якутии населенный пункт — городок Кадыкчан. У многих посвященных в тему он на слуху: это один из самых известных «городов-призраков» в России. В лучшие времена его население составляло около 10 тысяч человек, богатый городок северных шахтеров, где уголь добывали открытым способом.

Когда развалился Советский Союз, жители Кадыкчана сразу почувствовали перемены: зарплаты, продукты, транспорт, связывающий с Большой землей, — всего резко поубавилось. Государство обеспечивало перевозку угля до Магадана и дальше по морю «сквозь зубы». В 1996-м на градообразующем предприятии произошла авария. В результате взрыва погибли шесть человек. Город расселили. Точнее, решили расселить — сам процесс растянулся на десять лет.

Люди продолжали жить в полупустом Кадыкчане при отключенном централизованном теплоснабжении. Название города, которое переводится с эвенского как Долина Смерти, оказалось пророческим. К 2010 году здесь не осталось никого.

Вроде бы привычные здания — обветшавшие, как на окраинах многих российских городов и поселков. Постоянно ожидаешь увидеть людей, а их нет. Вместо них молчание, нарушаемое каким-то странным шуршанием. Кажется, что за тобой наблюдают десятки глаз — они и наблюдают. Новые местные обитатели — зверьки, вернувшие себе эти земли и занявшие место людей.

Двери в квартиры открыты: внутри календари за 1997 или 1999 год, серванты, столы и стулья из общего советского детства, фотоальбомы, подгнившая одежда.

Колымский край славится тюрьмами и лагерями. Их действительно было много вдоль Трассы до смерти Сталина. Затем их стали активно закрывать, а в 1960-е уничтожали, чтобы не осталось никаких следов.

Сегодня найти их непросто. Всего в области сохранилось два заброшенных лагеря. Ближайший к Трассе – «Днепровский». Возле нежилого поселка Мякит нужно повернуть в сопки и преодолеть еще 13 километров по «зековской» дороге. «Днепровский» входил в систему Берлага — Берегового исправительно-трудового лагеря. Функционировал с 1941 по 1955 год, заключенные добывали здесь олово.

Вокруг лагеря сопки с шахтами и котлованами, в которых добывали руду, вышки охраны и ряды колючей проволоки. С сопок вниз руду переправляли по деревянным коробам. Внизу, вдоль ручья Днепровского располагалась дробильная фабрика — все сделано из дерева: бараки заключенных, дома администрации, остатки хозяйственного инвентаря. На въезде в лагерь стоит деревянная кабина «полуторки».

Попасть в «Днепровский» можно либо самостоятельно и бесплатно, либо с организованным туром за огромные деньги (аренда внедорожника из Магадана обойдется в 70-100 тысяч рублей).

Киты в городе

Местные жители являют собой полную противоположность заброшенным «призракам» Трассы и ее лагерным памятникам. В них гостеприимство, отзывчивость и, кажется, нескончаемая душевная теплота. Есть это в людях и в поселках на Трассе, и в самом Магадане. Может случиться так, что местные подойдут к вам сами — они безошибочно вычисляют приезжих. Так через пару дней оказывается, что у вас полно знакомых среди жителей Колымы.

Магадан же, пожалуй, единственный город в России, в городскую черту которого заплывают киты. Он расположен между двух морских бухт — Нагаева и Гертнера. В бухте Нагаева — порт. В бухте Гертнера — окраина города, где отдыхают местные жители.

Вместе с ними здесь иногда отдыхают и киты. Но это как повезет. А вот нерпы появляются здесь едва ли не чаще бродячих собак: мокрые блестящие головы торчат из воды — на первый взгляд может показаться, что это мячи качаются на волнах. Еще Магадан славен длинными отливами. Местные практикуют такие прогулки: уходят по сопкам к какому-нибудь месту на побережье, а обратно в город возвращаются гораздо быстрее по отливной полосе.

Но долго оставаться в Магадане и Магаданской области рискованно: местные цены не просто кусаются, а рвут кошелек в клочья.

Привычные на Большой земле продукты сюда попадают по морю. Сельского хозяйства в регионе нет. Поэтому люди, особенно молодежь, понемногу тянутся к югу. А природа, напротив, возвращается и потихоньку прибирает брошенное людьми.