Новости партнеров

«Понятие "боевик" стало архаизмом»

Как в Чеченской Республике воюют с «сирийцами» и относятся к традициям

Фото: chechproc.ru

За последние годы понятие «боевик» в Чеченской Республике стало архаизмом, на смену ему пришел неологизм «сириец». Это небольшое филологическое наблюдение прокурора Чеченской Республики Шарпудди Абдул-Кадырова в полной мере отражает происходящие в этом регионе процессы. По его словам, в настоящее время на территории Ближнего и Среднего Востока для активного участия в боевых действиях убыло более 600 выходцев из республики различных национальностей. Это данные специализированных подразделений, осуществляющих оперативно-разыскную деятельность. В эксклюзивном интервью «Ленте.ру» господин Абдул-Кадыров рассуждает о противодействии международному терроризму, влиянии права на законы шариата и действии статей из «пакета Яровой».

«Я не политизированная личность»

«Лента.ру»: С какими жалобами приходят люди в органы прокуратуры?

Абдул-Кадыров: Обращаются в прокуратуру по различным вопросам, в том числе в связи с нарушением прав в социальной сфере: невыплата зарплаты, пособий, но никаких серьезных сбоев здесь не было. Мы всегда работали на опережение. Были установлены факты небольшой задержки зарплаты.

Текущая задолженность, выплаченная по актам прокурорского реагирования в 2016 года, составляет 109 миллионов рублей. Лица, которые не обеспечили ее своевременную выплату, привлечены к дисциплинарной и административной ответственности. По единичным фактам, где имелся состав преступления, возбуждены и расследуются уголовные дела. А в целом слаженная работа прокуратуры с органами исполнительной власти обеспечила то, что в республике за последние пять лет отсутствует зарегистрированная задолженность по социальным пособиям.

За достоверностью статистики мы тоже строго следим. Средний уровень заработной платы — около 22 тысяч рублей. Только недавно разговаривал с председателем правительства республики, и с его слов Рамзан Ахматович (Кадыров — прим. Ленты.ру) поставил задачу поднять зарплату до уровня передовых субъектов, то есть до 25-26 тысяч рублей. Это достаточно серьезная задача. Мы будем ее решать в этом и следующем году. Надо изыскивать внутренние возможности, для чего следует усилить надзор за исполнением налогового законодательства, позаботиться о доходной части бюджета. Безусловным приоритетом остается бюджетная сфера и целевое использование имеющихся средств.

Когда я готовился к интервью, смотрел статистику по республике. Огромное число людей, особенно в Грозном, занято частным бизнесом. В регионе не «кошмарят» бизнес?

Абсолютно! Я хотел бы напомнить, что этот важный вопрос находится на контроле у [генерального прокурора] Юрия Яковлевича [Чайки]. При оценке работы прокурора субъекта названный участок надзора является чуть ли не самым важным. Помимо этого, напомню, серьезным критерием остается и положение дел с безработицей. Уровень безработицы у нас 11 процентов, а было больше — 80 процентов. Это около семидесяти тысяч безработных.

Данный показатель находится под постоянным контролем исполняющего обязанности главы республики. Он, знаете, человек неординарный, может в любое время тебя поднять, в любое время задать какие-то важные вопросы, в том числе и связанные со статистикой. Если профильный министр не владеет ситуацией, то возможны довольно серьезные последствия.

Вот вы уже затронули вопрос взаимодействия с органами госвласти. Скажите, пожалуйста, сложно ли работать с Рамзаном Кадыровым?

Накануне выборов я бы хотел уйти от этого вопроса. Прокурор законодателем деполитизирован. Рамзан Ахматович — это человек фактов и доказательств. Предъявляет жесткие требования к себе и окружающим. Сказать, что работать с ним легко, было бы лукавством. За время нашего знакомства понял, что работающий с ним должен быть «марафонцем» — «спринтер» не выдержит нагрузки. Во время не совсем удачной для нас Олимпиады полагаю, что такая терминология вполне уместна (шутка).

Читал публикацию в «Новой газете» о конфликте прокурора республики с судейским корпусом. Это правда?

Нет, конечно. Я конфликтую только с теми, кто нарушает закон и игнорирует принципы судопроизводства. А наши судьи в основной массе порядочные и профессионально подготовленные люди. На известную встречу главы с судейским корпусом в 2016 году я не был приглашен. Не принимал участия и в его подготовке. Узнал о совещании из СМИ. Озвученные нарушения носили общеизвестный характер. Потерпевшие обращались по этому поводу во все инстанции.

И потом, у Рамзана Ахматовича очень мобильная и эффективная администрация. Она располагает информацией о деятельности любого республиканского органа и его руководителя. Однако кому-то нужно было назначить виновного. К сожалению, выбор пал на меня. Я являюсь федеральным государственным служащим достаточно высокого уровня. На государевой службе мы должны быть готовы к тому, что нас будут регулярно обливать грязью совсем неприличные люди или заблудшие. Считаю невозможным для себя вступать с ними в публичные дискуссии.

При этом хотелось бы, чтобы «доброжелатели» придерживались хоть каких-то правил. В частности, до сих пор не представляю, для чего нужно было передавать в газету аудиоматериалы с закрытой совместной коллегии двухлетней давности, где обсуждались вопросы повышения качества следствия и отправления правосудия. Вернее, для чего это сделано, я знаю. Не понимаю, как это могли сделать те, кто обращение «Ваша честь!» слышат гораздо чаще, чем остальные смертные.

«Неологизмом стало понятие "сириец"»

Следующий вопрос о криминогенной обстановке в республике. Скажите, а в Чеченской Республике сейчас существует само понятие «боевик»?

Думаю, это понятие стало архаизмом. Вот вы задали вопрос, и я, может быть, впервые прочувствовал, что такое устаревшее понятие. Я уже несколько лет не слышу этого слова. У нас, к сожалению, возник неологизм — «сириец». А боевиков, полагаю, уже нет. Посмотрите на график главы республики, он посещает места, о которых у меня даже представления нет, хотя я потомственный чеченец. Пребывает в этих местах, чащах, горах. Приглашает туда гостей очень высокого ранга, и они едут. Я полагаю, что это самая серьезная демонстрация того, что понятие «боевик» стало архаизмом. Но надо помнить, что мы живем в регионе с быстро меняющейся оперативной обстановкой.

Есть ли факты участия жителей Чечни в боевых действиях на территории Сирии и сколько их? Что с ними происходит, когда они возвращаются?

По оперативным данным, более 600 граждан нашей республики — не только чеченцы, но и русские, кумыки и представители других национальностей — выбыли на территорию Сирии и принимают участие в боевых действиях. К сожалению, мы этот момент тогда упустили. Причина была не только в нашей инертности, но и в отсутствии правовой базы, чтобы противостоять достойно этому новому явлению.

Мы первые в стране начали заводить дела оперативного учета в отношении лиц, уехавших на боевые действия на территорию иностранных государств. Регулярно направляли информацию в федеральный центр. Благодаря этому были внесены соответствующие изменения в федеральное законодательство, в частности в статью 208 Уголовного кодекса РФ.

Сформировалась правовая база, и мы начали принимать превентивные меры в отношении этих лиц. Прежде всего направленные на то, чтобы пресечь сами факты выезда. И здесь, я считаю, нам удалось достичь серьезных результатов: ребят снимали с самолетов, отслеживали их электронные средства связи. Беспрецедентная работа ведется прокуратурой совместно с республиканскими органами исполнительной власти при непосредственном участии духовенства нашей республики, чтобы разъяснить молодым людям всю пагубность этого пути.

Думаю, благодаря профилактической работе тысячи молодых людей отказались от этой идеи. Договорились с органами прокуратуры на транспорте снимать лиц, выезжающих в Турцию. И привлекали их к уголовной ответственности — это не добровольный отказ, а вынужденный. Сегодня возбуждено 463 уголовных дела в отношении лиц, уехавших в Сирию для участия в боевых действиях на стороне запрещенных в России террористических группировок. 341 лицо уже объявлено в международный розыск.

Только в этом полугодии органы следствия возбудили более 80 уголовных дел в отношении «сирийцев». Всех, в чьем отношении есть достоверные данные об участии в боевых действиях на территории Сирии, компетентные органы знают и ждут. Если они возвращаются добровольно (а такая возможность законом предусмотрена), естественно, рассматриваем вопрос об освобождении от уголовной ответственности.

Как раз у меня вопрос по поводу родственников террористов. Должны они, на ваш взгляд, нести ответственность?

Мы все цивилизованные люди, понимаем, что по закону брат за брата не несет ответственность, отец за сына не несет ответственность. Но вы попробуйте устроиться на работу в правоохранительные органы, если ваш отец или брат были судимы за преступления террористического характера. Это же не изобретение Рамзана Ахматовича. Но я вам честно заявляю, что мы никому из родственников, если они в плане пособничества не причастны к уходу родственника на войну, никаких претензий не предъявляем.

Вместе с тем органы, осуществляющие оперативно-разыскную деятельность, серьезно прорабатывают вопросы, связанные с тем, знали ли они об этом. Статья о недоносительстве в «пакете Яровой» ведь не с неба свалилась. Там четко сказано, что близкие родственники не несут ответственности, но все остальные, которые знали, а может быть, потворствовали и стимулировали эту тему, являясь эмиссарами незаконных вооруженных формирований, должны отвечать по закону.

Недавно в Назрани был нестандартный случай, когда родственники забрали тело террориста из морга, чтобы похоронить его. Охрану обезоружили. Вот в Чечне такие случаи возможны?

Мы больше сталкиваемся с тем, что никто не обращается за останками. Это в принципе невозможно в Чечне (во всяком случае, без последствий), в законе есть четкое указание по поводу того, что трупы террористов для захоронения не выдаются. Это непреложная истина, и ее надо придерживаться. У нас не было ни одного случая.

«Традиции нельзя отрицать»

Я смотрел статистику: за последний период в Чеченской Республике выросло общее количество зарегистрированных преступлений, при этом большое снижение по тяжким преступлениям — семь процентов. В чем причина такой метаморфозы?

Это означает, что сократилось количество латентных преступлений, то есть преступлений, которые остаются неучтенными по разным причинам. Активизирован прокурорский надзор за учетно-регистрационной дисциплиной. Прокурорскими мерами реагирования за шесть месяцев 2016 года поставлено на учет 299 преступлений. Задачу по снижению латентной преступности и обеспечению законности отказа в возбуждении уголовного дела ставил генеральный прокурор Чайка. И это правильно — ведь в результате мы получаем более объективную картину.

А неформальные законы адата, шариата — понятно, что они активно влияют на жизнь республики. Они не вступают в противоречие с официальным законодательством, как удается разрулить эти непростые вопросы?

Не должны. Ведь в Конституции России четко определены взаимоотношения государства и религиозных объединений. Однако жизнь богаче. Если такие проблемы возникают, то мы их преодолеваем в соответствии с Основным законом страны. Что касается адатов, то в теории права есть даже специальный раздел о взаимоотношении норм права и неправовых обычаев. Причем многие исходят из того, что авторитет неправовых обычаев выше норм права, потому что, когда не было еще государственности, люди жили по этим неправовым обычаям и сохраняли свою самобытность. Мы эту специфику в своей работе учитываем. Они всегда сочетались. Самое главное, чтобы соблюдался баланс этого сочетания. Традиции нельзя отрицать. Если ты будешь их игнорировать, может возникнуть конфликт. Поэтому мы делаем так, чтобы одно дополнялось другим при безусловном приоритете закона.

Силовые структуры00:04 9 августа

Игра окончена

Банда GTA была кошмаром российских дорог. Теперь в ее истории поставили точку