Не только почитать, но и посмотреть — в нашем Instagram
Новости партнеров

Гражданские храмы национальных святых

Во что планируется превратить музеи Героев Советского Союза

Дмитрий Рогозин и Владимир Мединский (в центре)
Фото: Сергей Мамонтов / РИА Новости

Накануне 75-й годовщины казни Зои Космодемьянской вице-премьер правительства Дмитрий Рогозин и министр культуры Владимир Мединский провели совещание в подмосковном селе Петрищеве. Глава Минкульта, наряду с прибывшим на вертолете Рогозиным, приехал сюда, помимо прочего, для неофициального открытия дома семьи Кулик — как говорили на церемонии, «свидетеля героической гибели Зои Космодемьянской». Из этой избы, расположенной в двух сотнях метров от музейной, — пройти по размокшей от свежего снега грунтовке, оставив справа разрушенный магазин «Продукты», — Зою повели к месту казни. Сам дом Куликов к 75-летию трагедии восстановлен Российским военно-историческим обществом (РВИО), также возглавляемым Мединским.

«Я их конфетами кормлю», — перехватывает взгляд корреспондента «Ленты.ру» Надежда Серафимовна, экскурсовод музея Зои Космодемьянской в селе Петрищево. Конец ноября, за дверями одноэтажной избы вовсю валит снег — но внутри вокруг бюста героини летает огромная бабочка. «Их тут пять, в каждой из них дух Зои», — уверена Надежда Серафимовна.

«Вышивка Зои. 1937 год», — сообщает один из стендов. «Мишень, пробитая Зоей на стрелковых соревнованиях», — значится на другом: одна пятерка, одна шестерка, остальные — кучно между семью и восемью. Железные кресты и копия Золотой Звезды, советская и немецкая амуниция, а также стол, за которым допрашивали Зою Космодемьянскую — в ассортименте.

Музей появился в 1956 году, за 60 лет изменилось не так много. Из относительно новых поступлений — огромная картина, относящаяся к началу 90-х: Зоя, донельзя похожая на главную героиню из «Карнавальной ночи» — легкое белое одеяние, никаких следов пыток, вопреки всем трофейным фотографиям, — восходит по ступенькам на эшафот. Самый недавний экспонат — на книжной витрине: «Война» Владимира Мединского.

До приезда в Петрищево глава Минкульта открыл в Москве Всероссийский тест по истории Отечества. Исторический диктант — 40 вопросов, 40 минут — проводится в стране второй раз. «Не ограничивайтесь учебником по истории! Читайте хорошие книги, смотрите хорошие фильмы, любите свое Отечество!» — напутствовал тестируемых он.

О тех, кого Мединский считает фальсификаторами истории, говорится уже у мемориала — места казни Зои Космодемьянской. «Ставить их (героев Великой Отечественной войны — прим. «Ленты.ру») подвиг под сомнение, что-то там искать под лупой — это поступать точно так же, как поступил этот полицай, который сдал Зою фашистам. Немцы 30 сребреников сэкономили, как известно, они наградили его бутылкой самогона за это. Да горит он в аду! Как будут гореть те, кто ставит под сомнение, копается и пытается опровергнуть подвиг наших предков» — сказал министр.

«История, на которой мы все росли, стала покрываться забвением», — отмечает Владислав Кононов, исполнительный директор Российского военно-исторического общества. В музее Зои Космодемьянской обсуждают, как дальше быть с музеями Героев Советского Союза по всей стране. РВИО насчитало в стране 31 такой музей. Девять содержат регионы, шесть — ведомства. Больше всего, 16 музеев, — на муниципальных балансах, в том числе и этот музей Зои в Рузском районе Подмосковья.

«Моему ребенку 9 лет, он уйдет из этого музея ни с чем, — подчеркивает директор Кононов. — Он не поймет, кто такая Зоя Космодемьянская. Музей обязательно должен вызывать у посетителя эмоцию. Для этого музей должен быть современным, удобным, комфортным. А называть этот музей хорошим и говорить "давайте увеличим сюда поток детей" — я не буду. Нынешнего ребенка планшетными выставками и пожелтевшими фотографиями не удивишь». Удивить и ребенка, и официальное лицо могла бы здесь разве что бабочка зимой, но от необычного для Петрищева наплыва людей она куда-то спряталась.

«Здесь, в этом музее, должна быть новая конструкция, — уверен детский писатель Альберт Лиханов. — Не только инженерная, техническая, но прежде всего духовная. Новое поколение людей, к сожалению, не способно понять старый стиль рассказа. Требуется новый ударный эмоциональный продукт — каким для своего времени стала картина Кукрыниксов, где изображены последние минуты Зои». По мнению Лиханова, важно «пережить сердцем давнюю трагедию и захотеть узнать о ней побольше».

О новом говорят и два первых секретаря ЦК ВЛКСМ — Борис Пастухов, возглавлявший советский комсомол с 1977 по 1982 год, и его предшественник Евгений Тяжельников (1968-1977). «Совсем рядом столетие комсомола, — отмечает Пастухов. — Необходим монумент, памятник комсомольцам всех поколений». В разговоре об эмоциях Борис Николаевич призывает уделить внимание «элементарной оргработе»: «Здесь в нескольких верстах — Бородино. Еще через несколько километров — город Гагарин, столица студенческих строительных отрядов. Дальше — Вязьма, Смоленск. Это готовое шоссе героев, шоссе славы».

«Приходишь на могилу Зои Космодемьянской, — говорит Евгений Тяжельников, — и удивляешься: давно там никто не был. Прежде каждая могила героев была закреплена за конкретными школами, пионерскими дружинами. Никого не надо было просить, напоминать, они считали это своим высочайшим долгом». «Наверное, черствеет наша душа, — подытоживает Тяжельников. — А ведь это не просто так, этим наносится огромный ущерб делу».

Борис Пастухов призывает не ходить далеко за положительным опытом музейного строительства: «Может быть, это прозвучит плохо, но меня поражает, как сделан на Украине, в городе Киеве, музей Булгакова. Никакой современной техники там нет, но приложена мысль и художественный талант».

«Если нужны какие-то поручения, постараемся организовать, — берет слово Мединский. — Из центра по всей стране руководить музеями невозможно. Надо брать на себя функцию контроля, создавать стандарт качества, контента — и чтобы власти на местах за этим следили». Стандарт качества, судя по дальнейшим словам Мединского, решено воплотить на примере музея Зои Космодемьянской: «Нужен план развития территории, чтобы была и парковка удобная, и подъезды, и навигация, рассказ, маршрут. Общественное питание. Общественные туалеты, извините». «Это самое главное», — подтверждает вице-губернатор Московской области Наталья Виртуозова. Не исключено, что именно удобства во дворе музея произвели на собравшихся особое впечатление.

Персональная ответственность за музеи Героев СССР скоро ляжет на губернаторов — соответствующий доклад представит президенту вице-премьер Рогозин. «Только тогда мы сделаем музей в Петрищево системно посещаемым местом, — уверен министр культуры. — Правильно сказано: музей Героя Советского Союза — гражданский храм, светский храм». Возможно, полагает министр, не хватает хорошего фильма о Зое Космодемьянской: «У нас там "Спасти рядового Райана" есть — но никто не пытается спасти разведчицу Космодемьянскую. А ведь кинофильм — тоже памятник, тоже привлечение общественного внимания. Очень важно понятным языком рассказать историю, достойную камеры Мэла Гибсона, — Страсти о Зое…»

«Гражданские храмы национальных святых», — подытоживает Рогозин. «Я в этом музее в первый раз — но пробило. Как-то эта история была хрестоматийной, бумажной в голове. Ощущение места, реальных фактов…» Помимо сказанного, Рогозин призывает создать «нормальные, комфортные условия» и для местного населения — «чтобы поток приезжающих воспринимался добродушно, благожелательно». В случае с музеем Зои это, скорее всего, наименее затратная часть общего плана: в селе Петрищево сейчас проживают 38 человек.