«Волосы дыбом встают»

Чему ужаснулся Путин на Совете по правам человека

Владимир Путин
Владимир Путин
Фото: Алексей Никольский / РИА Новости

В четверг, 8 декабря, в Кремле состоялось заседание Совета по развитию гражданского общества и правам человека. Оно затянулось значительно дольше запланированного: почти четыре часа правозащитники рассказывали об издевательствах в колониях и детдомах, а также жаловались на несправедливое, с их точки зрения, присвоение статуса «иностранный агент» некоторым НКО. Президент России Владимир Путин, мало комментировавший доклады, признался, что от некоторых историй волосы у него вставали дыбом.

В первой половине дня президент вручал госпремии за выдающиеся достижения в области правозащитной и благотворительной деятельности. В этом году лауреатами стали исполнительный директор Международной общественной организации «Справедливая помощь» Елизавета Глинка и генеральный директор Автономной некоммерческой организации «Детский хоспис» Александр Ткаченко. «Они не ищут почестей, но премии — это знак уважения государства к таким людям», — заметил Владимир Путин, выразив уверенность в том, что «ценности гуманизма, сострадания и милосердия все больше объединяют наших граждан».

Елизавета Глинка расценила награду как признание президентом заслуг всех ее коллег, защищающих права человека и самое большое из них — право на жизнь. «Мне иногда невозможно осознавать разделение общества, в котором люди перестали слышать друг друга, используя по отношению к нам однобокие фразы: "сами виноваты" или "готовьтесь быть убитыми, потому что вы не там, где надо"», — призналась доктор Лиза. Она вспомнила погибших в Сирии и Донецке медиков и сообщила, что сама вскоре выезжает на юго-восток Украины.

«Мы никогда не уверены, что вернемся назад живыми, потому что война — это ад на земле, и я знаю, о чем я говорю. Но мы уверены в том, что добро, сострадание и милосердие работают сильнее любого оружия», — сказала Глинка.

Порадовавшись «за нашу любимую доктора Лизу», председатель Совета по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов напомнил, что среди правозащитников еще много прекрасных кандидатов для премии. За последние годы Совет, по его данным, заметно поднялся в общественном мнении, догнав президента в рейтинге эффективных структур. Правда, саму эффективность Федотов поставил под сомнение: из 70 поручений президента, сформулированных по предложениям правозащитников за последние четыре года, реально исполнено не больше половины.

К примеру, Совету так и не удалось получить статус субъекта общественного контроля, что закрывает для правозащитников многие двери. «Вы просите нас давать информацию о ситуации с соблюдением прав человека в регионах, но как мы можем вас информировать, если нас никуда не пускают!» — воскликнул Федотов. Президент напомнил, что все советы действуют как консультативные органы, но обещал подумать над расширением их функций.

Наибольшее внимание Федотов уделил «навязшим в зубах пресловутым иноагентам». На взгляд правозащитника, ситуация вокруг статуса иностранного агента для некоммерческих организаций (НКО) усугубляется. В прошлом году в реестр попал фонд Дмитрия Зимина «Династия», поддерживающий проекты в области науки и образования, напомнил Федотов. В этом году туда же включили «Левада-центр», в защиту которого выступил научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин. «Это лучший социологический центр в нашей стране, поэтому надо помочь», — заявил Ясин, оговорившись, что понимает, какие неудобства независимый центр может доставить федеральным властям.

«Я вспоминаю ваши слова о том, почему нужен этот закон [О некоммерческих организациях]: чтобы ограничить вмешательство иностранных государств в наши внутренние дела. Но при чем тут, например, организации, проводящие согласованный митинг против вырубки лесов в Краснодаре?» — продолжил Федотов и попросил президента дать поручение своему спецпредставителю по вопросам природоохранной деятельности Сергею Иванову «почистить» список иностранных агентов, исключив оттуда экологические организации. Как они вообще туда попали?

«Причина очень проста: проще и дешевле их включить в реестр, чем решать поднятые ими природоохранные проблемы», — объяснил логику действий Федотов.

Путин, в свою очередь, начал объяснять, что после принятия закона об НКО ряд зарубежных государств переориентировали свои каналы финансирования, чтобы обойти ограничения и попытаться «руководить нами изнутри». «Мы не можем такого допустить у себя в России и никогда не допустим», — заявил Путин. В качестве довода президент рассказал о недавнем разговоре с одним из зарубежных коллег, не уточнив, правда, его имени. По словам Путина, собеседник отказался признать, что пытается влиять на политические процессы в России, сославшись на то, что этим занимаются НКО. «Я ему говорю: "Да вы же им платите и инструкции пишете! Я лично сам читаю их, потому что мои бывшие коллеги [из спецслужб] мне их приносят иногда в подлинниках"», — пересказал беседу Путин.

Выступление председателя координационного совета «Союза добровольцев России» Яны Лантратовой ввело всех присутствующих в оцепенение. Правозащитник рассказывала, каким истязаниям подвергались подопечные в «Апельсине» — центре помощи детям, оставшимся без попечения родителей, который находится в Забайкальском крае. За украденный из столовой банан их могли выносить в мешках на мороз, сажать в клетки, ошпаривать утюгами, наливать горячий суп в ладони.

Картина сложилась совсем ужасающая, когда Лантратова рассказала, какое влияние на молодежь имеет криминальная субкультура. По ее словам, детские дома и школы в Забайкалье оказались под властью криминальных группировок. В учебных заведениях «смотрящие» собирают дань (в зависимости от социального положения каждый ребенок платит от 50 до 250 рублей в месяц) на «общак» и отправляют его в зоны. Блатная идеология настолько захватила умы, что на сайтах в интернете есть даже сувенирная продукция для ее последователей. Более того, и сама жизнь в детских домах стала похожа на зону с ее понятиями, била тревогу Лантратова.

«Даже ничего не буду комментировать. Давайте ваши предложения, будем вам помогать и с вами работать», — сказал Путин.

После такой темы дискуссия развернулась вокруг формирования Общественных наблюдательных комиссий (ОНК), следящих за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания — СИЗО, тюрьмах и колониях. Председатель московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева пожаловалась президенту, что в результате закрытой процедуры выборов, организованных руководством Общественной палаты, за бортом остались многие известные правозащитники, а их место заняли ветераны правоохранительных органов.

«Вы правы, в процедуру выборов нужно вносить коррективы, нужно только посмотреть, как это сделать корректно», — согласился Путин, отметив, что поручит Сергею Кириенко провести специальную встречу с председателем Общественной палаты Александром Бречаловым и уполномоченной по правам человека Татьяной Москальковой.

Председатель «Комитета по противодействию пыткам» Игорь Каляпин рассказал, как правозащитникам приходится работать в тюрьмах. «Есть заблуждение, что с фактами пыток у осужденных есть к кому обратиться. Это не так», — заверил Каляпин. По его словам, насилие часто остается безнаказанным. При этом общественный контролер, член ОНК, сталкиваясь с признаками насилия в колонии или СИЗО, не может сделать фотографии или зафиксировать жалобу заключенного на диктофон. Виной тому — некие устные приказы Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН), которые часто не соответствуют элементарному здравому смыслу.

Владимир Путин заверил, что поручит прокуратуре провести проверку таких поручений службы и в качестве примера царящего абсурда сам зачитал переданную ему одним из членов Совета копию постановления суда: «Совершил преступление путем написания заявления в Липецкую облпрокуратуру».

«То, что там несуразица, мягко говоря, — это точно. Я когда на такое смотрю, у меня оставшиеся волосы дыбом встают! Что это такое? Вы совсем с ума сошли, что ли? Просто удивительно. Надо будет попросить и генерального прокурора и председателя Верховного суда с этим просто разобраться», — развел руками президент.

Один из участников совета, кстати, обратил внимание на слишком суровые приговоры судей — как это случилось с несостоявшимся боевиком ИГИЛ, вернувшимся в Россию из Турции. Его пытались убедить, что он будет лечить людей, а не воевать. Парень одумался и вернулся на Родину, где был осужден на шесть лет тюрьмы.

«Я не знаю этого случая, но посмотрю его, — ответил Путин. — Но мы не знаем всей полноты происходящего. Бывает, что спецслужбы возвращают человека, заряженного в смертники, а он через некоторое время снова идет в смертники. Я когда эти бумаги читаю, глазам своим не верю. Забрали откуда-то, привезли, жизнь спасли, а он опять куда-то потащился. Она вот такая корявая, эта жизнь, она не всегда такая благообразная».

Обсудить
Смерть вождя
Роли, по которым мы запомним Алексея Петренко
Pierre et Gilles, Sainte Marie MacKillop (Kylie Minogue), 1995, Collection privée (c) Pierre et GillesГолубо-розовое
Транссексуалы, проститутки и панки в латексе на снимках гей-пары Пьера и Жиля
Дэвид Алмонд«Вырасти — это понять, что родители были неправы»
Дэвид Алмонд о том, как опасно быть взрослым
Гудбай, Берлин
Десять лучших фильмов главного фестиваля зимы
6 самых необычных военных машин
Военная техника, от которой волосы встают дыбом
Что купить за цену Lada Vesta в Европе
От каких моделей Lada Vesta собирается отвадить немцев
10 заброшенных суперкаров
Вызывающие боль фотографии великолепных автомобилей
Как купить Жигули в Америке
Пять реальных объявлений о продаже «нашемарок» в США
Бог простит
В церкви нашли квартиру с красной мебелью и портретами в стиле поп-арт
Дворянское гнездо
Один из самых шикарных в мире домов нашли в диком лесу
«Пусть меня захоронят в отравленную, но родную землю»
Почему люди отказываются покидать чернобыльскую зону: реальные истории
Поставили баком
Англичане сделали идеальный дом из резервуара для воды