Партнерский материал

«В развитии главное — масштаб цели»

Интервью с ректором ЮУрГУ Александром Шестаковым о науке, образовании и развитии

Александр Шестаков
Александр Шестаков
Фото: Олег Игошин

О том, как масштабность поставленных целей влияет на формирование научных школ, воспитание ученых и повышение рейтингов университета, а также об участии в Проекте 5-100 — рассказывал Александр Леонидович Шестаков.

Мы стояли на плечах гигантов

ЮУрГУ не похож ни на классический, ни на технический университет в их традиционном понимании, — начинает разговор Александр Леонидович. — На сегодня это единственный вуз УРФО, которому присвоена категория «Национальный исследовательский университет». Процесс получения качественного образования сочетается здесь с проведением серьезных научных исследований. Необычна сама история ЮУрГУ, который задумывался как аналог МГТУ им. Баумана на Урале. (Раньше в СССР многие структуры дублировались на случай ядерной войны).

Тогдашний ЧПИ практически полностью копировал и название кафедр, и программу обучения своего московского оригинала и был изначально «заточен» на решение крупных проектов. На этой же базе выросли ведущие научные школы.

Что еще, по-вашему, кроме участия в крупных проектах, продвигает рейтинг университета?

Крупные проекты — это первое. Второе — качественное образование. Его главный фактор — серьезные исследования, которыми занимаются профессора и преподаватели. Если они на переднем крае науки, то, соответственно, дают качественные лекции и учат студентов делать дипломные работы высокого уровня. Это повышает статус университета с точки зрения науки и качественного образовательного процесса. А третье — это пиар.

Каким образом участие вчерашнего студента в крупных проектах сделает из него ученого?

Думаю, я сейчас не сидел бы в этом кресле, если бы в свое время мне, вчерашнему выпускнику приборостроительного факультета ЮУрГУ не доверили сложный участок работы в Государственном ракетном центре имени Макеева. Я занимался разработкой систем управления динамического стенда для наземного моделирования полетов морских баллистических ракет и руководил группой из 15 человек. Я, вчерашний мальчишка, видел человека-легенду Виктора Макеева и общался с ним. Я стал тем, кем я стал, главным образом потому, что с самого начала попал в хорошую научную школу и мне доверяли крупные работы.

Одна из таких крупных работ тех лет — участие группы ученых ЧПИ в создании космического корабля «Буран»...

Да, это веха в истории кафедры «Системы автоматического управления», ее лебединая песня. Не так много примеров, когда подобными разработками занимается учебный вуз. Эта история — еще одно подтверждение, что научные школы формируются на основе крупных проектов.

С чего все началось?

К нам приехали специалисты из Харькова — тогда система управления «Бурана» делалась там, это было огромное НПО — и спросили, сможем ли мы сделать такой испытательный комплекс. Мы взялись за эту работу, а я стал ее ответственным исполнителем. Там была особенность: динамический стенд для «Бурана» должен обеспечить точное движение по трем вращательным степеням, кроме этого, нужно было воспроизвести три линейных перемещения, и все это надо было совместить. В техническом задании были очень высокие требования по динамике, то есть по точности отработки быстрых воздействий, и очень высокие требования по статике (точность в неподвижном положении или медленном движении). Для инженера это противоречивые требования, и специалисты из Харькова не сразу поверили нам, что мы сможем это сделать. И на всякий случай даже купили какую-то простую систему управления за рубежом. Но гениальный Арнольд Петрович Сибрин придумал, как совместить эти противоречивые требования.

Было потрачено много усилий, я много консультировался с заведующим кафедрой механики профессором А.Т. Палецким. И в конечном итоге такой испытательный комплекс был создан. Правда, я не дождался окончания работ, ушел на кафедру информационно-измерительной техники. Мне предложили там ставку преподавателя, а у меня, молодого кандидата наук, была семья, которую надо было содержать.

История создания «Бурана» — пример, когда российские ученые обошли американских?

Позже мы изумлением обнаружили, что были на одном уровне с Массачусетским технологическим институтом. Но в этом проекте действительно превзошли американцев. «Буран» был поднят, полетел, полетал и автоматически сел на полосу на Байконуре. Они на своих «шаттлах» автоматическую посадку не сделали, мы были впереди, наши инженеры сработали лучше. Ну и в какой-то мере коллектив, который был у нас в ЧПИ и к научной школе которого я принадлежу, внес вклад в это дело. Но самое главное — в процессе этой работы воспитывались люди, формировались коллективы, которые могли решать глобальные задачи и брать ответственность на себя. Таких людей немного. Таких, какими были мои учителя — доктор технических наук, профессор Г.С. Черноруцкий, к сожалению, рано ушедший из жизни доктор технических наук профессор А.П. Сибрин, нынешний президент ЮУрГУ член-корреспондент РАН Г.П. Вяткин и другие.

Что даст университету участие в проекте 5-100?

Цель проекта — повысить уровень отечественного высшего образования до мирового и попасть в рейтинги мировых университетов. Мы вошли в число российских вузов (их 21), которые в рамках Проекта 5-100 получат дополнительные возможности для развития, в том числе финансовые. Это еще одна ступень для реализации серьезных проектов, которые в свою очередь будут влиять на повышение научного и образовательного статуса вуза.

Вхождение в Проект 5-100 во многом подготовлено нашими предшественниками, нашими традициями и научными школами. Перефразируя известное выражение, можно сказать, что мы стояли на плечах гигантов и потому добились сегодняшних результатов.

Инвестиции в хай-тек

Для того чтобы университет вошел в мировые рейтинги, надо чтобы о нем знали в мире. Насколько ЮУрГУ известен в мировом научном сообществе?

Мы давно занимаемся вопросами международного сотрудничества, проводим международные выставки и научные конференции, участие в которых принимают ученые практически со всех стран мира, международное научное сообщество знает наши разработки. У университета тесные контакты с американской корпорацией Emerson (мировой лидер в области автоматизации), и то, что они построили в Челябинске завод и создали глобальный инженерный центр, это результат того, что они поверили в нас. Они инвестировали не в нефть или газ, а в хай-тек. Это очередной крупный проект, который реализовался благодаря университету. Без ложной скромности считаю это своей личной заслугой, потому что сотрудничество шло по линии моей кафедры информационно-измерительной техники. Больше всего специалистов дали им мы. Кстати, значительное число ученых и преподавателей ЮУрГУ свободно владеет английским благодаря бесплатным курсам, организованным семь лет назад.

Стоит сказать и о том, что в ЮУрГУ проходят открытые лекции ученых с мировым именем. Одну из последних прочитал президент Emerson Эдвард Монсер, она была посвящена лидерству. И знаете, какое качество он поставил во главу угла? Честность. Я с ним согласен. Думаю, что честность и открытость во взаимоотношении с партнерами играют важнейшую роль в укреплении научных контактов.

Нередко разработки ученых ЮУрГУ дают новый импульс развитию исследования в какой-то области, привлекают внимание научного сообщества к той или иной проблеме, становятся фактором объединения усилий ученых из разных стран. К примеру, сфера моих научных интересов сегодня — это динамические измерения. Если очень упрощенно, то что существуют два подхода к исследованию динамических измерительных систем. Я предложил третий — на основе методов теории автоматического управления. И меня никто не оспорил. Пару лет назад я рассказал о своих изысканиях в рамках международной конфедерации измерителей в Санкт-Петербурге (доклад был сделан в комитете по математическим методам в измерительной технике), и мне предложили войти в международный комитет следующего симпозиума измерителей в Глазго и создать секцию динамических измерений на базе нашего университета. Сейчас я вместе со своими сотрудниками к этому готовлюсь, ко мне примкнули математики, научная школа профессора Г.А. Свиридюка, и мы с ними сформулировали новую задачу — оптимальные динамические измерения. Это «крутая» постановка задачи.

Какова область ее применения?

Это необходимо для точного измерения любых параметров, которых больше 200, это перемещения, скорость, усилия и т.д. Такие задачи часто возникают при испытании новой техники. Ошибки измерения достигают десятков процентов.

Вы учились и работали на кафедре «Системы автоматического управления», а стали измерителем. Как получилось это совместить?

Многие важные разработки и открытия совершаются на стыке наук. На кафедру информационно-измерительной техники я перешел в силу жизненных обстоятельств. Но я же воспитывался у прекрасных специалистов. Я смог максимально быстро включиться в работу другой кафедры и от динамических испытательных стендов перешел к динамическим измерениям. Я стал измерителем, но принес с собой старый багаж и нашел тему, связанную с измерениями, но в динамических режимах. Там работал тот же самый математический аппарат. Так что все логично.

Принцип ботинка

Александр Леонидович, у вас на счету более полутора сотен научных трудов, в том числе учебных пособий, авторских свидетельств, патентов на изобретения. Как они рождаются — это результат вдохновения, тяжкий труд, улыбка фортуны?

Очень часто изобретения и научные разработки рождаются из потребностей жизни. Направление, о котором я хочу рассказать, вышло из потребностей производства, точнее из нашей совместной работы с атомщиками, с ПО «Маяк». Радиохимическое производство этого предприятия представляет собой сложнейший комплекс, требующий слаженной работы всей аппаратуры. Выход из строя конкретного прибора или исполнительного элемента, во-первых, сложно определить, а во-вторых, так же сложно устранить неисправность. Это и трудоемко, и дорого, и может быть небезопасно с точки зрения ущерба для окружающей среды. Поэтому мы приступили к разработке тематики по самодиагностируемой аппаратуре.

Что это такое?

Интеллектуальные приборы, которые сами себя проверяют. Как человек, который смотрит: у него ботинок хорошо почищен или нет. У самодиагностируемой аппаратуры такой же принцип действия: она анализирует информацию и дает данные о ней в систему. Приборы же работают не сами по себе, а в системе, и, если они показывают недостоверную информацию, система начинает давать сбои. Могут возникнуть большие проблемы — с той же экологией, со снижением качества продукции, производительности и т.д. Чтобы этого не произошло, мы с моими аспирантами начали этим вопросом заниматься.

До этого у нас уже был ряд работ с этим ПО, так что связи существовали, к тому же я видел перспективность этого направления. Мы привлекли математиков — инженеры, когда работают вместе с математиками, хорошо понимают друг друга и получают более глубокие и серьезные результаты. В итоге мы создали такой интеллектуальный прибор для измерения температуры и доказали, что наши расчеты, алгоритмы и наше понимание проблемы работают и приносят эффект. Сейчас в рамках программы 5-100 мы ведем переговоры с некоторыми предприятиями «Росатома» для того, чтобы выйти на их потребности.

Надо сказать, что разработки в области самодиагностируемой аппаратуры интересовали и наших зарубежных партнеров. Когда два года назад я приезжал к председателю совета директоров корпорации Emerson Дэвиду Фарру, мы выяснили, что оба считаем вопросы создания самодиагностируемой аппаратуры очень важными. И обсудили возможность создания совместной лаборатории. Кроме того, с ЮУрГУ уже изъявил желание сотрудничать ученый с мировым именем крупнейший специалист в области самодиагностики профессор Манус Генри из Оксфордского университета.

Конечно, не все у нас пока получается так, как хотелось бы, — считает Шестаков. — Но повторюсь: в развитии главное — масштаб цели. Важно участвовать в решении задач мирового уровня и не пасовать перед трудностями. Программа 5-100 ориентирована на решение именно таких масштабных задач, и потому этот проект оказался столь созвучен сегодняшней политике нашего вуза и нашей истории.

Лидия Ивина

Обсудить
Иссам ЗахреддинХалифат убери
Сирийский терминатор три года косил джихадистов, но взорвался в день победы
Шпион, разлогинься
Мировые корпорации породили свои ЦРУ и КГБ, но проиграли интернету
«Мне довелось убивать русских»
Жажда крови, шепот смерти и грязная работа головорезов в Сирии
Пиво и сигареты
Тайная жизнь Северной Кореи
Доброе утро, Вьетнам!
Еще одна азиатская страна сошла с ума по караоке
«Бабушка спрашивает, заставляют ли мусульмане сменить веру»
История москвички, которая переехала в Объединенные Арабские Эмираты
Жируха
В лондонской канализации нашли мерзкое нечто
Тайное оружие наркобаронов
У них есть танки, суперкомпьютеры и беспилотники
Дайте грязи: конкуренты вседорожному хэтчу Kia Rio X-Line
Renault Sandero Stepway, Lada Vesta SW Cross и другие приподнятые бюджетники
Как через Instagram продают машины за миллионы
Соцсети, молодеющие покупатели и другие причуды современного рынка суперкаров
Семиместность не порок
Как из пятиместной Mazda CX-5 получился семиместный кроссовер CX-9
Тест: зачем машине эта штуковина?
Попробуйте угадать, зачем инженеры это придумали
Братва помнит
Чем украшают могилы криминальных авторитетов
Интим предлагать
Секс стал способом решения квартирного вопроса
«Я тупо решила, что теперь ем одну гречку»
Одинокая мать год сидела на крупе, чтобы накопить на квартиру
Раз, два, взяли!
Жилье в Крыму пока еще можно купить за копейки