Не так помянули

В Москве судят имама Махмуда Велитова за оправдывающую терроризм проповедь

Махмуд Велитов
Фото: Ирина Бужор / «Коммерсантъ»

В Московском окружном военном суде (МОВС) начался процесс над имамом мечети Ярдям Махмудом Велитовым. В 2013 году он прочитал заупокойную молитву по погибшему участнику запрещенной в России террористической организации «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами», и следствие расценило это как оправдание терроризма. Имам утверждает, что не знал о принадлежности погибшего к запрещенной группировке, и намерен доказать свою невиновность. «Лента.ру» рассказывает о ходе процесса.

Имама судят в МОВС, поскольку все уголовные дела, связанные с терроризмом, относятся к его компетенции. Махмуд Велитов бодро поприветствовал своих многочисленных сторонников, собравшихся в суде.

На первом же заседании он заявил о своей невиновности. По версии следствия, имам во время молитвы в столичной мечети Ярдям, находящейся на улице Хачатуряна, в 2013 году «публично произнес речь, в которой положительно оценивал религиозную деятельность жителя Дагестана Абдуллы Гаппаева». По оперативным данным, этот человек был активным сторонником запрещенной в России группировки «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами». Гаппаева убили в Махачкале в сентябре 2013 года при невыясненных обстоятельствах.

Спустя три года после проповеди имам оказался под следствием. 12 июля 2016 года его поместили под домашний арест. Само задержание было незаконным, сообщил «Ленте.ру» его адвокат Дагир Хасавов.

«Его обманным путем на улице задержали непонятные лица, мы до сих пор не знаем, кто это был. Они сказали: "Вам угрожают скинхеды, вас хотят убить, мы ваши спасители", — и забрали в отдел полиции. Там его продержали 12 часов. Он перенес инфаркт, инсульт до этого, поэтому мы расцениваем это как морально-психологические пытки. У него изъяли телефон, не давали доступа к адвокату», — рассказал Хасавов.

Спустя восемь месяцев, в феврале 2017 года Велитову смягчили обвинение, переквалифицировав с части 2 статьи 205.2 («Публичное оправдание терроризма с использованием СМИ») на часть 1 этой же статьи («Публичное оправдание терроризма»). И отпустили под подписку о невыезде.

Хасавов затруднился объяснить, почему расследование началось через три года после инкриминируемого деяния.

«Дело возникло непонятно откуда. Есть два зашифрованных человека, возможно, агенты спецслужб, которые оскорбились хутбой (мусульманская проповедь, совершаемая имамом во время пятничного полуденного богослужения в мечети) спустя три года. Это придуманное не знаю для каких целей дело», — говорит адвокат.

О мертвых либо хорошо, либо ничего

Велитова обвиняют в том, что он прочитал заупокойную молитву, которую, по словам его защитника, он был обязан прочитать как имам. «К нему подошел мусульманин и сказал, что умер наш брат, его убили безоружного. Он прочитал короткую хутбу, сказал, что умер один из активных членов нашей уммы (общины) Пророка. Они же сказали, что он поддержал члена "Хизб ут-Тахрир аль-Ислами". Мы говорим, найдите эти слова в его тексте, их нет. Но они домысливают сами», — рассказывает адвокат.

Он считает дело сфабрикованным. По его мнению, уголовное преследование имама за его проповедь — «недопустимое вмешательство государства в свободу вероисповедания».

«Мусульмане находятся в опасности, потому что сложилось сообщество экспертов, которые находят в религиозных текстах экстремизм, хотя федеральным законом запрещено вторгаться в сферу священных книг, всех. Получается, что сами эксперты придумали методику, сами оценивают любой текст и могут вложить в уста имама то, что они считают нужным, то, что он не говорил. Это навет, клевета в адрес религиозного человека. Мусульмане не поддерживают терроризм, в священных книгах это запрещено», — утверждает адвокат.

Имам Махмуд Велитов относится к старой школе имамов. Он окончил легендарное медресе Мири-Араб в Бухаре, в котором также получили образование президент Чеченской Республики Ахмат Кадыров, муфтий Азербайджана Аллахшукюр Пашазаде и председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин, пишет газета «Коммерсантъ». В мусульманском сообществе столицы о нем отзываются как об опытном и уважаемом богослове. Поэтому уголовное преследование религиозного деятеля такого высокого уровня вызывает множество вопросов.

Как отметил в беседе с «Лентой.ру» директор экспертно-аналитического центра «Сова» Александр Верховский, претензии к Велитову выглядят надуманными.

«Имамов в исламе очень много, из разных течений, и они могут другу друга сильно не любить. Бывали случаи, когда муфтии писали друг на друга доносы, рекомендовали запрещать книжки своих оппонентов. Очень часто, и в этом случае тоже, обвинения неубедительны. Это происходит из-за низкой компетенции правоохранительных органов, они привлекают очень странных экспертов. Идеологически он не похож на ваххабита даже отдаленно. К нему привязались по ошибке. Ошибку эту никто исправлять не собирается», — говорит эксперт.

О мечети Ярдям, где служил Велитов, тоже стоит сказать несколько слов. Построенная в середине 90-х годов на деньги исламского мецената, владельца строительного бизнеса Ряшита Баязитова, с годами она стала полностью независимой от каких-либо религиозных объединений, отмечает «Коммерсантъ».

«Мечеть неоднократно вызывала вопросы. В новостях мелькало, что на ее территории звучали небогоугодные призывы. Нужен иной порядок ответственности и подготовки имамов для защиты от экстремистов, которые пока не встречают должного отпора от проповедников», — заявлял первый заместитель председателя Духовного управления мусульман России Дамир Мухетдинов.

Руководитель программы «Религия, общество и безопасность» Московского центра Карнеги Алексей Малашенко сообщил, что в деле имама Велитова переплелись интриги внутри мусульманской общины и взятый государством курс на ужесточение борьбы с терроризмом.

29-летний мусульманин Али в беседе с «Лентой.ру»
рассказал, что «сейчас во все мечети внедряют наблюдателей, камер полно. Сильно контролируется то, что в своих проповедях говорят прихожанам имамы мечетей». По его словам, Махмуд Велитов отличался лишь тем, что затрагивал в своих проповедях вопросы политики и события, касающиеся мусульман. «Где необходимо было критиковать — критиковал. В итоге против него сфабриковали уголовное дело, не имея хоть каких-то доказательств его вины», — уверен прихожанин.

Не одним имамом

В Кургане судят бывшего имама местной мечети Али Якубова за возбуждение ненависти с использованием своего служебного положения (статья 282 УК РФ). Ему грозит два года условно за публикацию в соцсети «ВКонтакте» оскорбительного комментария в связи с запретом носить хиджаб в Китае. Защита Якубова утверждает, что это не его комментарий. Он сам считает уголовное дело происками оппонентов. После назначения Али Якупова имамом Курганской мечети в 2015 году местная община мусульман раскололась. Одни поддерживали его, другие — предыдущего имама Зиедали Мизробова, писал Znak.com.

Имама дагестанской мечети Магомеднаби Магомедова, считающегося лидером местных салафитов, приговорили к пяти годам лишения свободы. Впоследствии Верховный суд на полгода снизил ему срок. Как и Велитову, Магомедову инкриминировалось выступление в мечети. По версии обвинения, в феврале 2016 года он в своей речи перед прихожанами оправдывал терроризм и призывал к возбуждению межрелигиозной вражды. Магомедов свою вину не признал. «Я человек религиозный, все мои речи основаны на Коране. Я не говорил ничего незаконного», — заявил он в суде.

В Екатеринбурге имам религиозной организации мусульман «Рахмат» Амир Музафаров получил пять лет условно за экстремизм. По данным правоохранительных органов, в мечети под его руководством неоднократно совершались правонарушения, в частности хранилась экстремистская литература, за что другой имам, Альберт Баязитов был приговорен к 360 часам обязательных работ. Суд также запретил ему вести проповедническую деятельность в ближайшие три года.

Три года колонии присудили имаму белгородской мечети Файзулле Исмаилову за хранение оружия и взрывчатки, сообщал региональный сайт «Go31.ru». Имам в суде утверждал, что пакет с оружием и взрывчаткой ему подбросили сотрудники спецслужб. На пакете не нашли отпечатков пальцев Исмаилова, подчеркивал его адвокат Андрей Сотников, но зато экспертиза выявила следы пота, неизвестно кому принадлежащие. До уголовного преследования к имаму были претензии в связи с хранением экстремистской литературы. Запрещенные книги нашли на полках мечети, за что Исмаилова оштрафовали.

По данным исламоведа Романа Силантьева, в последние годы в разных регионах страны за экстремизм к уголовной ответственности были привлечены более 40 имамов. Большинство — выходцы из мусульманской организации Совет муфтиев России (СМР). Что же касается Велитова, то это исключение: он не из СМР.

«Он не экстремист, не террорист. Просто жертва провокации со стороны как раз террористов. Недостаточная бдительность приводит человека к судимости. Реального срока ему не дадут, но судимость по такой статье ограничит его в религиозной деятельности. Он не сможет больше быть имамом, а он ведь и муфтием был», — считает эксперт.

Силантьев отмечает, что в Центральном духовном управлении мусульман России к административной ответственности за экстремизм привлекли всего одного имама — хотя количественно управление намного больше СМР. В Чечне и Дагестане официальное духовенство ни разу не обвинялось в таких преступлениях, указывает эксперт. По его словам, число духовных лидеров СМР, осужденных за экстремизм и терроризм, больше чем у других религиозных объединений вместе взятых, включая сектантов и РПЦ. «Рано или поздно возникнут вопросы, почему именно у этой организации так много подобных случаев. Когда лидер воронежской общины СМР демонстративно уезжает в Сирию воевать, это вызывает вопросы. Или когда главу общины Перми сажают в Таджикистане как лидера бандформирования на 17,5 лет — это тоже выглядит довольно странно», — заключает он.