«Норвежцы любят дебоширить»

Музыканты Röyksopp о нордическом характере, андеграунде и нобелевской церемонии

Фото: предоставлено организаторами

В субботу, 17 июня, в московском зале Stadium выступит норвежский дуэт Röyksopp, один из самых популярных электронных проектов в мире. «Лента.ру» обсудила с участниками группы Торбьерном Брундтландом и Свейном Берге их решение не выпускать больше пластинок, отказ выступать на церемонии вручения Нобелевской премии, нордический характер и многое другое.

«Лента.ру»: Однажды вы отказались выступать на церемонии вручения Нобелевской премии мира. Почему?

Торбьерн Брундтланд: (смеется) Вообще-то это моих рук дело. Суть не в том, что мы отказались выступать совсем. Просто я что-то такое сказал по телефону кому-то из организаторов той церемонии, поделился своими соображениями о том, что мы как-то не очень вписываемся в общую картину. И мне кажется, что собеседник обиделся на меня. И вот как-то так не срослось — а все из-за моей реплики по телефону. А я просто не ожидал этого звонка и не справился с ситуацией.

Свейн Берге: Справедливости ради надо сказать, что такое приглашение поступало к нам несколько раз, и даже после того злополучного разговора Свейна. Наш отказ вообще никак не связан с политикой, мы не собирались делать никаких заявлений. Нобелевская премия мира — конечно, мы приветствуем вещи такого рода. Но наше появление там было бы чем-то неестественным. Мы там были бы явно не на своем месте.

А где вы как группа чувствуете себя комфортно, помимо сцены?

Свейн Берге: Ну, никакого секрета: это студия, где мы создаем свою музыку. Это по-настоящему наше место. Наш бэкграунд — это клубная сцена, андеграунд. В таких местах нам тоже хорошо. И вот почему, опять же, нам было бы странно в обстановке нобелевской церемонии. Так что мое место — это студия. Если говорить о концертах, то небольшая закрытая площадка, поздний вечер — вот это самое то. Мне не нужно 20 тысяч зрителей, чтобы чувствовать себя хорошо. Тысяча или пятьсот — идеально.

Три года назад вы выпустили альбом, который был заявлен как последний. Не изменили ли свое решение за прошедшее время? Я знаю группы, которые говорили, что выпускают последний альбом, а потом выпускали еще и еще.

Торбьерн Брундтланд: Хорошо, что вы вспомнили про музыкантов, которые делают различные заявления, а поступают совсем по-другому. Особенно это касается всевозможных «последних турне». Это распространенное явление: сначала сказать «мы едем в прощальный тур», а потом как бы передумать. Но когда мы говорили, что выпускаем свой последний альбом, мы имели в виду прощание с альбомной формой в ее традиционном виде. Мы записали пять студийных альбомов — и это законченная работа, завершенный круг. И ничто не изменит этого. Мы будем выпускать музыку в будущем, но она не будет в форме традиционного альбома.

В обозримом будущем планируются какие-то релизы?

Торбьерн Брундтланд: Конечно, мы выпустим кое-что. Сейчас идет работа над этим, и мы пока не распространяемся о ней.

Вы много сотрудничаете с другими музыкантами — например, приглашенными вокалистами. Как обычно возникает такое сотрудничество — вы ищете людей или они сами приходят к вам?

Торбьерн Брундтланд: Бывает по-разному: и мы ищем кого-то, и кто-нибудь сам обращается к нам. Но по преимуществу первое: мы начинаем поиск человека, который подошел бы для участия в той или иной вещи. Мы приглашаем людей не только потому, что нам нравится их голос, но и потому, что мы в целом находим их интересными в артистическом смысле. Мы скромно предлагаем им сотрудничество. И пока что все, к кому мы обращались, отвечают «да».

Бывает ли так, что приглашенные гости как-то влияют на вас, на песню, над которой вы работаете?

Свейн Берге: Обычно мы заранее определяем роль того или иного человека в песне — какой это будет инструмент или голос, что он должен акцентировать или подчеркнуть. Так что у нас как бы уже все распланировано. Да, иногда артисты оказывают какое-то непредвиденное влияние на песню, но обычно этого не случается. Именно мы пишем основную часть песни, мелодию, тексты.

Раньше вы делали много ремиксов, сейчас перестали. Есть кто-то, для кого вы хотели бы сделать ремикс, но пока еще этого не сделали?

Свейн Берге: Всегда интересно в этом деле сотрудничать с кем-то неожиданным, чье творчество лежит за пределами электронной музыки. Сейчас это трудновато, потому что электроника повсюду, по крайней мере, что касается поп-мейнстрима. Разумеется, люди продолжают играть рок и джаз, но это не совсем то, куда нам хотелось бы углубляться.

Торбьерн Брундтланд: Это фазы нашей карьеры. Верно, что мы сейчас не занимаемся ремиксами, но ситуация может измениться. И если мы вернемся к этому делу, то, уверен, это будет больше чем один ремикс.

Говоря о музыкальных вкусах: есть ли какая-то странная неожиданная музыка, которую вы любите? Типа хеви-метала или кантри.

Свейн Берге: Мы всегда были и остаемся очень эклектичными, если говорить о музыкальных вкусах. Мы не придерживаемся какого-либо определенного жанра — слушаем ли мы что-то или сочиняем. Мы верим в пользу разнообразия. Дело не в каком-то определенном артисте или жанре, а в том, нравится ли мне какой-то конкретный музыкальный фрагмент или нет. Мы можем найти что-то интересное для себя как у фьюжн-гитариста Пата Мэтини на его пластинке 1982 года, так и в каком-нибудь свежем r’n’b-треке. Лично я не могу назвать никого конкретно сейчас, разве что тех, кто вдохновил нас на занятия электронной музыкой, когда мы были детьми в 1980-х: Kraftwerk, Depeche Mode и все такое. Но помимо этих имен, у меня нет какой-то особо любимой группы или группы, которую я часто слушаю.

Торбьерн Брундтланд: Для того чтобы найти что-то интересное у Долли Партон, например, нужно все-таки неплохо знать ее творчество. Что касается электроники, то тут много исполнителей, у которых мне нравится почти все, что они делают. Но вот нишевые жанры — а для нас это упомянутые вами кантри и метал — тут ведь речь скорее об отдельных песнях, а не об исполнителях в целом. Да, мы слушаем разную музыку, но в далеких от нас жанрах это будут скорее отдельные песни.

Довелось ли вам повстречать кого-либо из музыкальных героев юности, когда вы прославились?

Свейн Берге: Да, причем почти всех из них. Мы встречали Depeche Mode, Kraftwerk несколько раз, Дэвида Боуи, Жана-Мишеля Жарра. В этом смысле нам дико повезло. Единственный, кого пока нет в нашем списке, это Вангелис. Но я так понимаю, что с ним мало кому удается встретиться.

Как вам показались ваши кумиры в человеческом плане?

Свейн Берге: Конечно, хотелось бы считать, что это был настоящий человеческий контакт. И по крайней мере я, конечно, бываю ошарашен. Но ступор проходит через несколько минут, когда ты осознаешь, ну, возьмем, например, Боуи, что перед тобой нормальный человек, но с большим чувством юмора, и он по-настоящему слушает тебя. Или вот когда мы встретили Мартина Гора — а он мой персональный герой — и он спросил, не хочу ли я сыграть в настольный футбол. Когда ты получаешь такое предложение, обстановка разряжается, и ты начинаешь шутить и понимаешь, что перед тобой обычный нормальный парень. Так что оторопь проходит. Скорее она присутствует до встречи, когда ты понимаешь, что через 20 минут будешь говорить с одним из своих героев. Но потом все окей. Потому что всегда есть о чем поговорить.

О северных людях обычно думают, как о спокойных, сдержанных, а вы, судя по тому, что я знаю, любите отрываться на полную катушку в турне. Это вы такие нетипичные или представления о нордическом характере — ложное клише?

Свейн Берге: Мы действительно не подпадаем под классическое описание северных людей. Да, есть на севере элемент сдержанности, но с другой стороны, когда дело доходит до, назовем это так, вечеринок, то норвежцы вполне могут дебоширить и вести себя довольно распущенно. Это такая норвежская особенность. Когда они наконец дорываются до кайфа, они оттягиваются на полную катушку. А без выпивки или вечеринки они сдержанные люди. Так что в наших людях сидят две противоположности.

Обсудить
Останки Карлоса КастаньоРоман с кокаином
В Колумбии ультраправые наркокартели невероятно жестоко расправляются с леваками
Богемская рапсодия
Жертвоприношения, ритуалы и пьянство в самом закрытом мужском клубе США
Цена ошибки
Неправильно понятая депеша стала причиной начала Корейской войны
Закон, удобный во всех отношениях
Новый пакет санкций нужен США для давления не только на Россию, но и на Европу
Ни минуты покоя
Как Мэтт Митрион отправил Федора Емельяненко в нокаут в первом раунде
Хотели как лучше
Ну, вы поняли. Сборная России покинула Кубок конфедераций
«Ну что мне, пойти повеситься?»
Как футболисты и болельщики отреагировали на вылет России из Кубка конфедераций
Кто сделал первый кроссовер в мире
Вопрос – один, ответов – минимум семь. Кто же был первым?
Все... сошли с ума
Как в Баку прошла одна из лучших гонок в истории Формулы-1
Автомобильные братья, которых разлучили маркетологи
Одна марка, одна и та же модель, но очень разные машины
Самые качественные машины в мире
Машины каких брендов ездят в сервис реже остальных
Вите надо выйти
Соседи несколько лет травят москвича, который отказывается переселяться
Без свидетелей
Дома для тех, кто ненавидит соседей
Москва за нами
Какие квартиры можно купить в пределах МКАД по цене до трех миллионов рублей
Классовая борьба
На смену дешевым квартирам в Москве пришел новый вид жилья
Да катитесь вы
Семейная пара отказалась от квартиры и поселилась в автобусе