Новости партнеров

На грани

Россия добывает миллиарды алмазов, но денег нет

Кадр: фильм «Ширли-мырли»

Россия — крупнейшая алмазодобывающая держава. На фоне позиции главного нефтегазового экспортера это зачастую остается в тени. Статус «мировой бензоколонки» вынуждает власти и общество вспоминать о других отраслях промышленности только в кризисные времена. Доходы от добычи алмазов исчисляются миллиардами долларов, однако российская индустрия работает крайне прямолинейно: добыли — и продали за рубеж. В стране практически нет собственной обрабатывающей промышленности, а российский монополист «Алроса» не способен тягаться с прямыми конкурентами на мировом рынке. Многогранные проблемы «драгоценной отрасли» — в материале «Ленты.ру».

Разведкой, добычей, обработкой и продажей алмазов в России фактически занимается одна компания — «Алроса», на ее долю приходится около 95 процентов всех добытых в России алмазов. В 2013 году компания провела первичное размещение акций, ее оценили в 257,7 миллиарда рублей. Де-юре компания частная, де-факто основными владельцами «Алросы» являются государственные органы. На долю федерального правительства приходится 33 процента компании; 25 процентов плюс одна акция (блокирующий пакет) принадлежит правительству Якутии; чуть более 8 процентов разделено между администрациями районов Якутии; остальные 34 процента находятся в свободном обращении на бирже.

Глаз-алмаз

Рулит компанией Сергей Иванов-младший — сын бывшего главы администрации президента России Сергея Иванова, ныне отошедшего в тень вопросов экологии. До «Алросы» Иванов-младший в алмазодобывающей или смежной отрасли не работал, в его послужном списке — инвестиционная «дочка» «Газпрома», Газпромбанк, СОГАЗ, Россельхозбанк. Премьер-министр России Дмитрий Медведев назначил Иванова-младшего на пост президента «Алросы» 6 марта 2017 года. Контракт с топ-менеджером был заключен на три года. Иванов, в свою очередь, пообещал премьеру наращивать запасы компании, наращивать добычу алмазов, избавиться от непрофильных активов и модернизировать производство.

В феврале Иванов рассказывал президенту России Владимиру Путину о производственных успехах. «Компания вышла на рекордный уровень алмазодобычи по итогам 2017 года. Такой объем был в последний раз зафиксирован в 1990 году. Мы добыли почти 40 миллионов карат алмазов», — сказал глава «Алросы».

Фокус не удался

Однако рекордный уровень добычи положительно на финансовых результатах компании не отразился — юбилейный, 60-й год для российского алмазного гиганта оказался совсем не праздничным. Прибыль госкомпании в 2017 году упала в 1,7 раза, до 78,6 миллиарда против 133,5 миллиарда рублей годом ранее. EBITDA снизился на 28 процентов и составил 127 миллиардов рублей. Невеселые финансовые показатели в компании объяснили укреплением курса рубля и снижением средней цены проданных ювелирных алмазов на мировых рынках.

Добыча в 2017 году могла бы быть еще выше, если бы не авария на Мирнинском горно-обогатительном комбинате (ГОК). Инцидент произошел 4 августа 2017 года, в шахту прорвалась вода и затопила ее. В этот момент внизу находился 151 человек, 142 из них удалось спасти в тот же день, на следующий день из разрушенного рудника выбрался еще один шахтер. Для восьми человек «Мир» оказался братской могилой. Согласно выводам Ростехнадзора, причинами аварии стали нарушения в проектных решениях и правилах промышленной безопасности.

«Мир» — старейший рудник госкомпании, с него фактически и зародилась «Алроса». Кимберлитовая трубка была открыта на западе Якутской АССР еще в 1955 году. После обнаружения первых алмазов геологи-разведчики отправили руководству зашифрованную радиограмму: «Закурили трубку мира, табак отличный». Уже через два года на месторождении началась промышленная добыча драгоценных минералов. В 2016 году на долю рудника приходилось менее 9 процентов производства алмазов «Алросы», или около 3 миллионов карат в год.

Авария обошлась «Алросе» в 10,2 миллиарда рублей. По итогам расследования директор и главный инженер «Мира» были уволены. В 2018-м компания не сможет повторить успехов 2017 года — добыча алмазов прогнозируется на уровне 36,6 миллиона карат, снижение составило ту самую долю, которую давал компании «Мир». Глава дирекции сбыта «Алросы» Евгений Агуреев рассказывал, что в 2018 году предприятие постарается нарастить добычу на других месторождениях. Госкомпания не намерена сдавать свои позиции по продаже алмазов, поэтому, вопреки обещанию премьер-министру, компания будет ликвидировать собственные запасы. По итогам 2017 года запасы «Алросы» оценивались в 18 миллионов карат. Агуреев называет «комфортным» объем запасов на уровне 12-14 миллионов карат, за 2018 год компания намерена продать из собственных резервов около 4 миллионов карат.

До лучших времен

Несдержанные обещания тем не менее неплохо сказались на капитализации госкомпании — с начала года акции «Алросы» выросли с 77 рублей в начале января до уровня в 94 рубля, близкого к историческому максимуму. На момент написания этого материала капитализация компании достигла 636 миллиардов рублей. Динамика компании радует рынок, однако при столь высоких биржевых показателях российские власти все равно отказываются от приватизации алмазной компании.

Формальная причина тому — все та же авария на руднике «Мир». В январе заместитель министра финансов Алексей Моисеев заявил, что о приватизации госкомпании в 2018 году не может быть и речи. Этот вопрос отошел на второй план после аварии и «прежде, чем продавать что-то инвесторам, надо разобраться, что с ним будет», говорил он. Аналогичные аргументы использовал в феврале и вице-премьер, полномочный представитель президента на Дальнем Востоке Юрий Трутнев. Таким образом, обещанная правительством продажа 8 процентов алмазного гиганта снова откладывается на неопределенный срок.

Глава компании Сергей Иванов-младший заверил, что «Алроса» не бросит рудник, наоборот, займется его восстановлением. Однако начать добычу на «Мире» получится только в 2022-2024 годах. «В нашем понимании — это не менее 5-7 лет до начала добычи. Все будет зависеть от проектного решения. Нам важно не повторить те ошибки, которые были заложены при проектировании в 2000-х годах, поэтому мы никуда не торопимся», — сообщил Иванов.

Три толстяка

Алмазная отрасль стоит на трех китах — это «Алроса», De Beers (южноафриканская «дочка» Anglo American с формальной пропиской в Лондоне) и Rio Tinto. На них приходится примерно 70 процентов всех добытых в мире алмазов. Доля российской компании составляет около 28 процентов глобального производства. «Алроса» является крупнейшим мировым производителем алмазов в каратах, но уступает De Beers по размеру выручки.

Считается, что африканское сырье в среднем дешевле российского, к тому же производственные издержки в Африке не так высоки, как в Якутии, где необходимо бороться с подземными водами и вечной мерзлотой. Главный рынок сбыта алмазов — это США, на которые приходится 45 процентов всех добытых алмазов. На втором месте Китай с долей в 15 процентов, замыкает тройку Индия (8 процентов).

Про De Beers стоит сказать отдельно — в начале XX века эта компания была в прямом смысле монополистом мирового алмазного рынка. Корпорация выдавливала конкурентов всеми возможными способами: начиная от скупки прямых конкурентов и заканчивая давлением на несогласных. De Beers не стеснялась пользоваться монопольным положением, выбрасывая на рынок тонны алмазов, чтобы выдавить с рынка конкурентов, после чего скупала их обратно по заниженной стоимости, чтобы перепродать подороже. Однако развитие антимонопольного законодательства, поддержка конкуренции вынуждали южноафриканскую компанию сокращать свою долю и следовать правилам. В итоге доля De Beers на мировом рынке упала с 90 процентов в 1980 году до 38 процентов в настоящее время.

Выручка иностранного алмазного гиганта в 2017 году упала на 4 процента и составила 5,8 миллиарда долларов (против 4,7 миллиарда долларов у «Алросы»). Годом ранее De Beers заработала 6,1 миллиарда долларов, при этом компании удалось повысить собственную эффективность — показатель EBITDA за 2017 год вырос на 2 процента и составил 1,43 миллиарда долларов (2,2 миллиарда у «Алросы»). Средняя стоимость алмазов южноафриканской компании составила 162 доллара за карат против 187 долларов в 2016 году. Российская компания в 2017 году один карат продавала в среднем за 6058 рублей (105,77 доллара), в 2016-м госкомпания продавала карат алмазов еще дешевле — по 5596 рублей.

В 2017 году De Beers нарастила добычу алмазов на 22 процента, до 33,45 миллиона карат. Эту тенденцию компания планирует сохранить и в 2018 году, увеличив добычу до 34,6 миллиона карат стоимостью 5,7 миллиарда долларов. Корпорация рассчитывает на рост спроса на бриллианты на фоне роста мировой экономики. Помимо высоких доходов, алмазные гиганты являются значимыми налогоплательщиками для государств. Из-за сложной структуры работы De Beers в мире проследить налоговые выплаты компании не удалось. Известно лишь, что в 2016 году компания увеличила выплаты процентов от доходов «правительствам, сообществам, партнерам по цепочке поставок и по совместным предприятиям» в Ботсване, Канаде, Намибии и ЮАР на 26 процентов, до 5 миллиардов долларов. В эту сумму включены налоги, платежи за товары и услуги и дивиденды.

Российская госкомпания подобными показателями похвастать не может. В бюджет Якутии по итогам 2017 года «Алроса» выплатила 66 миллиардов рублей налогов. Выплаты по дивидендам в федеральный и региональный бюджеты составили по 22 миллиарда рублей, в общей сложности выходит 110 миллиардов рублей, или около 1,9 миллиардов долларов. И это притом что EBITDA российской компании выше, чем у южноафриканского конкурента.

Невозможно продать

До 2017 года алмазная отрасль была одной из самых проблемных в мире в плане организации сети продаж. Алмазы вполне можно приравнять к другим типичным биржевым продуктам — нефть, газ, золото и так далее. Все эти товары продаются на централизованных торговых площадках — биржах. Развитие конкуренции и географическое разнообразие рынка привело к тому, что по большинству традиционных товаров биржи работают десятилетиями, с алмазами — совершенно иная история. Монопольное положение De Beers на рынке вплоть до конца 80-х годов XX века не позволяло создать институциональных торгов алмазами: все контракты заключались напрямую с добывающей компанией, причем De Beers сама диктовала условия, выгодные ей. Подобная схема работала вплоть до 2017 года — крупнейшие алмазодобывающие компании работали с посредниками напрямую.

В 2017 году в Индии, крупнейшем обрабатывающем алмазном хабе планеты, были запущены первые в мире торги фьючерсами на алмазы — на бирже Indian Commodity Exchange (ICEX). Изначально торговая площадка запустила торги фьючерсами на алмазы весом 1 карат, в планах — 0,3 и 0,5 карата. Биржа еще слишком молодая, поэтому лидеры рынка по-прежнему сбывают большую часть своих алмазов по старинке — заключая среднесрочные и долгосрочные контракты напрямую.

Например, «Алроса» почти половину своих алмазов продает в Бельгии в Антверпенском всемирном алмазном центре (Antwerp World Diamond Centre, AWDC) — это аналог бесконечной выставки, где все желающие могут ознакомиться с продукцией разных алмазодобытчиков. Здесь же проходят ярмарки, конференции и форумы алмазодобывающей отрасли. Торги на топовые камни проводятся в формате аукционов, контракты на крупные поставки заключаются в переговорных комнатах.

На главного огранщика планеты (Индию) приходится порядка 17 процентов продаж российской компании, еще 11 процентов — на Израиль, в России «Алроса» продает только 10 процентов. В 2017 году компания выручила около 4,2 миллиарда долларов от продаж алмазов и менее 100 миллионов долларов от реализации бриллиантов. Помимо долгосрочных контрактов, российская компания продает сырье на спотовом рынке, а ценные и уникальные камни — на аукционах.

Без единой грани

Россия занимает мизерную долю на глобальном рынке огранки алмазов — всего 3-4 процента, проигрывая конкуренцию огромной по масштабам индийской отрасли. Ювелиры Индии обрабатывают 12 из 14 бриллиантов, продаваемых в мире. Секрет успеха индийцев не только в традициях ювелирного дела и гигантском местном рынке, но и в доступности дешевой рабочей силы.

Российские огранщики до 2018 года работали с «Алросой» на общих основаниях. С зарубежными выходило, что российские компании не получали никакого приоритета перед иностранцами при отборе алмазного сырья. По данным Reuters, сейчас у «Алросы» 65 постоянных покупателей (из них только восемь — российские) ювелирных и технических алмазов, контракты с которыми заключаются на три года. В январе наблюдательный совет «Алросы» обязал увеличить поставки алмазного сырья весом выше одного карата именно российским гранильным предприятиям. Решение принималось при участии министра финансов Антона Силуанова, который возглавляет наблюдательный совет госкомпании.

Также для развития алмазогранильной отрасли «Алроса» разрешила платить ограночным предприятиям до 75 процентов стоимости алмазов в рассрочку на полгода. Ранее эта доля составляла 50 процентов — компании зачастую не успевали выполнить работы и реализовать продукт, новые правила должны помочь отечественным огранщикам. Ключевым лоббистом расширения прав огранщиков на российском рынке выступает еще одно государственное предприятие — ограночная компания «Кристалл», которая на 100 процентов принадлежит государству. На эту компанию приходится около 40 процентов всех российских бриллиантов.

Заместитель министра финансов Алексей Моисеев в марте допускал, что государство пойдет на приватизацию «Кристалла», однако ни о сроках, ни об объемах размещения чиновник не говорил. Само собой, «Алроса» проявляет интерес к главному ограночному предприятию России.

Открой витрину

С прицелом на гигантские рынки Азии в сентябре 2016 года «Алроса» открыла во Владивостоке собственную торговую площадку — Евразийский алмазный центр (ЕАЦ), включающий в себя стенды для предприятий по огранке, выставочные залы и офисы, таможенные посты и предприятия Гохрана.

Ускорению сделок купли-продажи алмазов и бриллиантов способствуют облегченные таможенные и визовые правила свободного порта Владивостока. Самый дорогой бриллиант, проданный во Владивостоке, стоил 752 тысячи долларов. В прошлом году компания продала на площадке ЕАЦ алмазов и бриллиантов на 72 миллиона долларов, план на 2018 год — реализовать продукции на 80 миллионов долларов.

К алмазному кластеру на Дальнем Востоке потянулись иностранцы: осенью прошлого года индийская компания KGK Diamonds запустила во Владивостоке ограночный завод мощностью обработки 15 тысяч карат алмазов в год.

Ранимая отрасль

В 2018 году рост спроса на алмазы составит от двух до четырех процентов. основными драйверами роста станут рынки США и Китая. При этом мировая добыча алмазов в 2018 году сократится на 3,4 процента против роста на 11,7 процента в прошлом году. Гигантам отрасли придется расчехлять свои запасы, если они рассчитывают сохранить долю на рынке и нарастить прибыль.

Российской отрасли следует лучше страховать собственные риски — авария на руднике «Мир» не могла быть большой неожиданностью для компании: ГОК работает уже более 50 лет, соответственно, подобные исходы компания должна просчитывать. Правительству, вероятно, следовало бы пересмотреть планы по приватизации, пока акции компании находятся на рекордных уровнях. На рынке огранки алмазов происходят позитивные изменения, которые способствуют развитию отрасли, однако их реализация идет очень долго — при текущих темпах Россия нескоро станет конкурентом Индии на рынке огранки.