Агенты Иеговы

Кровавые пасторы и марионетки Запада. За что преследуют христиан в бывшем СССР

Фото: Шамиль Жуматов / Reuters

За годы своей журналистской карьеры корреспондент «Ленты.ру» Игорь Ротарь объехал все постсоветское пространство, наблюдая происходящие там изменения. В частности, с 2001 по 2007 год он работал среднеазиатским корреспондентом западной правозащитной организации и в том числе писал о нарушении прав верующих. Как нетрудно догадаться, среди притесняемых большинство составляли христиане, а точнее — протестанты и свидетели Иеговы. Местные власти преследовали их по любому поводу и даже без повода. Это были тяжелые времена. Спустя годы, после принятия «закона Яровой», та же история повторилась в России и — без всякого закона — на Украине. Этот текст — попытка провести параллели между происходившим в Средней Азии 10 лет назад и современными реалиями.

Катакомбные христиане

Жизнь протестантов и свидетелей Иеговы в Узбекистане, Таджикистане и Туркменистане по сей день мало чем отличается от жизни катакомбных христиан в Риме: здесь верующие, чтобы совместно почитать Библию, вынуждены удаляться в пустыню или в горы.

Деятельность незарегистрированных церквей здесь запрещена, а получить регистрацию религиозным меньшинствам почти нереально. В итоге они вынуждены жить на нелегальном положении. Даже совместное изучение Библии на частной квартире рассматривается властями как преступление и в лучшем случае карается штрафом. Но иногда с правонарушителями расправляются и более жестко. Как журналист я, например, расследовал такой случай. В Каракалпакии, на севере Узбекистана, полиция поймала двух пятидесятников за чтением Библии. Преступникам надели на голову противогазы и перекрыли доступ воздуха.

В Узбекистане как минимум два свидетеля Иеговы оказались за решеткой только за свои убеждения. Кстати, последователи этого вероучения преследуются в Средней Азии чаще, чем протестанты. И этому есть простое объяснение: миссионерская деятельность в республиках запрещена, а устав «Общества свидетелей Иеговы» обязывает своих адептов проповедовать.

После принятия в 2016 году в России «закона Яровой» ситуация с религиозными меньшинствами стала очень напоминать среднеазиатскую. Новый закон запрещает миссионерскую деятельность и неофициальные богослужения, а так как большинство российских протестантских церквей находятся в частных домах, после вступления в силу нового закона они оказались на нелегальном положении, и полиция начала проводить рейды по разгону «незаконных сборищ». Дальше — больше. В 2017 году Верховный суд России признал «Общество свидетелей Иеговы» экстремистской организацией и запретил его деятельность на территории государства. Интересно, что в среднеазиатских республиках свидетели запрещены только в Туркменистане и Таджикистане, хотя на практике их деятельность преследуется и в Узбекистане.

Так же как и в Средней Азии, литературу религиозных меньшинств в России отдают на экспертизу на предмет содержания признаков экстремизма. Как уже писала «Лента.ру», такая экспертиза часто носит откровенно заказной характер. Вот, скажем, как описывается в докладе правозащитного центра «Сова» такая экспертиза перевода Библии и нескольких брошюр свидетелей Иеговы в Выборге в 2017 году: «На вопрос о том, содержат ли представленные материалы призывы к нарушению территориальной целостности России, ответ утвердительный: да, поскольку свидетели Иеговы верят в неизбежность смены власти вслед за концом света, а где смена власти — там и утрата территорий».

То есть все, кто верит, что после конца света исчезнут земные правители, границы и наступит царство Христа, призывают к нарушению территориальной целостности России? Такие обвинения можно предъявить всем христианам, включая православных.

Агенты и влияние

Одной из причин нелюбви среднеазиатских властей к протестантам и свидетелям Иеговы стала убежденность в том, что они якобы являются «агентами влияния Запада». «Раньше нашими колонизаторами были русские, а теперь, когда мы добились наконец независимости, страну наводнили европейские и американские миссионеры, которые пытаются сделать наш народ послушными марионетками Запада», — на полном серьезе убеждали меня офицеры узбекских и туркменских спецслужб.

Впрочем, доля истины в этих утверждениях есть. Так, по мнению американского социолога, директора Института по изучению экономической культуры при Бостонском университете Питера Бергера, протестантизм является наиболее серьезным массовым движением, которое служит средством культурной глобализации. А британский ученый Дэвид Мартин утверждает, что «принятие протестантизма меняет отношение людей к семье, сексуальному поведению, воспитанию детей и, что самое главное, к работе и экономике вообще».

При этом, в отличие от католиков и православных, протестанты (и в еще большей степени свидетели Иеговы) распространяют свое учение очень напористо и даже агрессивно. Их успеху во многом способствует такая недуховная сила, как деньги. Например, в ту пору, когда я жил в Бишкеке, рекламных баннеров, пропагандирующих протестантизм, на городских улицах было куда больше, чем наглядной агитации любых других религиозных организаций, включая мусульманские. И это при том, что доля протестантов среди населения киргизской столицы едва ли превышала один процент.

Деньги на все это поступали с Запада. В нищей Средней Азии, где и сто долларов считались хорошей зарплатой, западные проповедники могли распространять свои учения, вкладывая в это смешные суммы. И подпольные протестантские церкви с оплачиваемым из-за границы пастором создавались практически во всех населенных пунктах.

Наибольших достижений западные миссионеры добивались в кризисных регионах, где у людей не было устоявшихся религиозных убеждений. Им не удалось добиться успеха у таджиков и узбеков, но значительное количество киргизов и казахов перешло в протестантство или стали свидетелями Иеговы. Объяснение этому простое. Кочевники в недавнем прошлом, казахи и киргизы менее религиозны, чем оседлые земледельцы узбеки и таджики: ислам у кочевых народов распространен лишь на обрядовом уровне и тесно переплетен с языческими суевериями.

Однако главным успехом западных миссионеров за последние полвека можно считать Южную Корею. После второй мировой войны в этой нищей стране буддизм для многих был лишь номинальной верой. Этим и воспользовались проповедники с Запада. Результат налицо: сегодня большинство граждан этой страны — протестанты.

Западным миссионерам удается добиться успеха не только в традиционно католических странах, таких как Мексика, но и у настоящих дикарей. Несколько лет назад я побывал на острове Борнео, где женщины не стесняются ходить с голой грудью, а мужчины перед каждой охотой с луками и копьями оставляют подарки языческим божкам. Каково же было мое удивление, когда даже в этом первобытном мире мне удалось обнаружить протестантские церкви и храмы свидетелей Иеговы!

Конечно, население Средней Азии — это не дикари с острова Борнео. Но после распада СССР здесь образовался огромный пласт растерянных нищих людей, ищущих новые нравственные идеалы. И для миссионеров было бы непростительным грехом «не прийти этим несчастным на помощь».

«Кровавые пасторы»

Обвинения в том, что протестанты — агенты Запада, популярны сегодня и в России. Уверен, в какой-то степени это связано с событиями на Украине. Не секрет, что украинские протестанты активно поддержали «революцию достоинства», да и на Западе никогда не отрицали помощи по линии религиозных общин. Не только в российских, но и в зарубежных СМИ появляются статьи о том, что в Вооруженных силах Украины (ВСУ) служат («окормляют воинство») протестантские пасторы. Добавим также, что протестантским священником является один из видных украинских политиков, глава Совета национальной безопасности и обороны Александр Турчинов, прозванный в народе «кровавым пастором».

Поддержка протестантами Майдана объяснима: как отмечает авторитетный канадский историк украинского происхождения Орест Субтельный, в советское время наиболее активными религиозными диссидентами на Украине были протестанты и свидетели Иеговы, представители этих конфессий преобладали среди узников совести. Неудивительно, что они на дух не переносят ополченцев юго-востока, симпатизирующих России и не скрывающих ностальгии по канувшему в Лету СССР.

В непризнанных республиках им отвечают взаимностью. Руководитель протестантского центра «Добрая весть» в Славянске Алексей Демидович рассказал, что их центр довольно большой, и, возможно, поэтому он приглянулся ополченцам. «Они просто отобрали его у нас и превратили в свою казарму, поселили здесь своих боевиков, — говорит Демидович. — Меня арестовали и несколько часов продержали в подвале. Потом, правда, извинились, сказав "простите, это недоразумение", и отпустили. Но верующим из другой протестантской церкви повезло меньше. Четверых прихожан забрали прямо с богослужения и расстреляли».

Тем не менее не стоит всерьез говорить о том, что именно украинские события испортили имидж российских протестантов и свидетелей Иеговы в глазах соотечественников. Последователи этих религиозных учений ведут себя подчеркнуто аполитично и никогда, тем более публично и официально, не заявляли о своем отношении к происходящему на Украине.

Скорее РПЦ, пользуясь поддержкой и покровительством российской власти, решила руками законодателей избавиться от конкурента. А тревожиться было о чем. Так, например, с 1991 года численность свидетелей Иеговы в России возросла более чем в 10 раз!

Нищие, глупые и злые

Лично на меня большинство протестантов и свидетелей Иеговы в Средней Азии произвели крайне неприятное впечатление. Шок был настолько силен, что я был готов поверить в советские антирелигиозные агитки и превратиться в убежденного атеиста.

Так, например, я был знаком с 30-летней разведенной женщиной, адептом «Общества свидетелей Иеговы». Так вот, эта верующая совершила «страшный грех» — переспала с понравившимся ей мужчиной, в чем тут же и покаялась в церкви. Грешнице пришлось несколько месяцев сидеть на собраниях верующих отдельно — с ней как «нравственно нездоровой» нельзя было общаться.

Не лучше были и протестанты. Эти добрые люди — убежденные сторонники физического наказания детей. «Библия учит: любишь ребенка — не жалей розги». На всех, кто не разделял их веры, они смотрели с откровенным презрением. Я же был для них почти прокаженным, так как курил. При этом они хоть и были русскими, говорили безграмотно и вряд ли прочли хоть одну книгу, кроме Библии. В общем, если бы пришлось охарактеризовать их тремя прилагательными, я бы сказал так: нищие, глупые и злые. Интересно, что среднеазиатские протестанты поддерживали тесные контакты с единомышленниками из бывших рабовладельческих штатов США, славящимися своим консерватизмом, граничащим с упертостью и нетерпимостью ко всем нововведениям.

Конечно же, были и приятные исключения, но процент не слишком терпимых и не очень образованных людей среди приверженцев этих конфессий был удручающе высок.

Но даже если среднеазиатские протестанты и свидетели Иеговы не очень приятные люди, следует ли из этого, что этих несчастных надо запрещать? Возможно, одна из причин их озлобленности как раз в том, что они вынуждены влачить полулегальное существование.

Но есть и другой аргумент против запретительных мер. Гонения на свидетелей Иеговы считаются индикатором того, что в стране не все благополучно со свободой. Стоит напомнить, что кроме России, Таджикистана и Туркменистана «Общество свидетелей Иеговы» официально запрещено только в такой «веротерпимой» стране, как Саудовская Аравия.

Но нет худа без добра. Борьба с верующими на государственном уровне дает великолепную лазейку россиянам, желающим получить политическое убежище в США или Европе.

Оказавшись в США, я встретил десятки моих среднеазиатских «подопечных», которые с благодарностью объяснили мне, что получили убежище только благодаря моим статьям. Спору нет, эти люди действительно сталкивались с проблемами из-за своих религиозных убеждений, но было бы преувеличением утверждать, что все они подвергались суровым гонениям.

Уроженец солнечного Узбекистана, ныне посудомойщик из Сиэтла Рустам со смехом вспоминает, как в Самарканде пригласил на собрание свидетелей Иеговы своего неверующего друга. Тому, по его выражению, «дико повезло»: именно на это богослужение нагрянули сотрудники милиции. После этого, захватив с собой протокол об административном наказании за участие в незаконном собрании, предприимчивый самаркандец отправился в США, где без проблем получил политическое убежище. Штрафа в пару американских долларов (в узбекском валютном эквиваленте) и профилактической беседы в милиции оказалось вполне достаточно для получения статуса беженца за океаном.

Очевидно, что сейчас поток «гонимых христиан» последует в США и из России. При этом худшей рекламы для страны трудно представить. Каких бы политических взглядов ни придерживался среднестатистический американец, он уверен: преследовать человека за религиозные убеждения — преступление.

Бишкек — Ташкент — Славянск — Сан-Диего