«Смеясь говорили, что такого у нас никогда не будет»

Она помогает слабым и знает, как женщинам в России построить успешную карьеру

Фото: Алексей Куденко / РИА Новости

В Сочи стартует финал самого масштабного конкурса среди молодых и успешных управленцев — «Лидеры России». Одной из тех, кому удалось войти в число претенденток на победу, после длительных и сложных отборочных испытаний, стала декан факультета лингвистики и межкультурной коммуникации Юго-Западного госуниверситета Ольга Ворошилова. Она всерьез занимается проблемой социализации людей с ограниченными возможностями здоровья и создает ментальную безбарьерную среду в своем вузе. В беседе с корреспондентом «Ленты.ру» она также рассказала о своем отношении к гендерному «стеклянному потолку» и стажировке в Лондоне.

«Лента.ру»: Говорят, что людям с инвалидностью у нас в стране стало лучше?

Ворошилова: Да, безусловно. Если сравнить то, что было раньше, и что теперь, то перемены разительные. По первой специальности я олигофренопедагог-логопед, и мы ходили на практику в эти школы, видели отношение к ученикам. Все стало намного гуманнее, благодаря работе множества общественных организаций, тысячам публикаций в СМИ.

Таких людей больше не прячут, от них не отгораживаются, но этого, конечно, мало. Нужно постоянно работать над средой, чтобы она была дружелюбной и открытой для всех. В нашем университете действует специальный центр, куда студенты с инвалидностью всегда могут обратиться за помощью. При этом учатся они со всеми вместе.

К примеру, у меня на первом курсе факультета занимается девочка. Будущая журналистка. У нее нет руки. Она там никакой не изгой. Участвует во всех мероприятиях. Ее отличает только наличие социальной стипендии.

Проводим специальные занятия со студентами, чтобы они знали, как вести себя с теми, у кого ограниченные возможности по здоровью.

И как же вести?

Во-первых, нужно понимать, что у каждого человека есть личное пространство, в которое нельзя вторгаться по своему произволению. К примеру, многие хватаются за колеса инвалидной коляски, а это воспринимается так, будто вы человека за ноги берете.

Здесь нельзя навязываться — помогать следует, только четко понимая, что человек против этой помощи не возражает.

Многие ведь обижаются, когда им не дают сделать «доброе дело», могут даже накричать.

Да, такая эмоциональная реакция возникает от непонимания, что ощущение полноценности, независимости и самодостаточности ценится людьми, адаптированными к жизни в условиях ограниченных физических возможностей, на вес золота.

Мы стараемся, чтобы они сами рассказывали об этом нашим ребятам. Такие лекции, знаете, никто не пропускает — на них царит полная тишина.

А черпать от них мотивацию или жалеть — это нормально? Может от этого и столь большой интерес?

Да, люди, преодолевающие трудности, привлекают интерес. Они лидеры по жизни, на которых равняются. А что касается жалости, то это непростой вопрос. Когда девочка загадывает на новый год желание, чтобы ее подруга выздоровела, и это для нее важнее, чем новый гаджет? Такой случай был в жизни одноклассницы моего сына после знакомства с ребенком, живущим с диагнозом ДЦП.

Как вы полагаете, действительно ли следует отказаться от употребления самого термина «инвалид»?

Необходимо, да. Люди с инвалидностями очень мало о этом говорят. Они не хотят выделяться в какую-то отдельную группу, а инвалид — это уже не просто слово, а порой даже ругательство или собирательный образ человека, к которому можно испытывать только жалость.

Даже на своем опыте я вам скажу, что однажды мой ребенок получил серьезную травму, но мы с мужем отказались оформлять ему инвалидность, чтобы не приклеивать этот ярлык.

Почему вы решили участвовать в конкурсе «Лидеры России»?

Я не рассматриваю этот конкурс как способ трудоустройства. У меня замечательная работа. Хотелось посмотреть, как меняются подходы к отбору управленцев, сравнить с другими конкурсами, в которых довелось участвовать раньше.

Например?

«Школа молодого общественного лидера» — это проект с большим объемом очной работы на нескольких этапах отбора. Как и в «Лидерах России» велась работа в группах, которая особым образом оценивалась. По итогам состязаний я попала на стажировку в Лондон.

Что изменилось?

В «Лидерах России» более точечно и всесторонне оценивали тебя как руководителя и как личность. А еще после испытаний тебе присылают отчет о том, что у тебя «хромает», а что — получается. Даже присылают литературу, которую надо прочитать, чтобы поправить некоторые компетенции. Это своеобразное ноу-хау.

На старте второго сезона «Лидеров России» председательница ЦБ Эльвира Набиуллина напомнила о проблеме гендерного «стеклянного потолка». Что вы думаете об этом, много ли вообще среди конкурсантов женщин?

Насколько я знаю, порядка 15 процентов.

Я пыталась понять, почему женщины не принимают такое же активное участие в конкурсе, как мужчины. Есть вполне банальное объяснение, что многое зависит от наличия семьи и от того, какие в ней складываются отношения. Может ли муж взять на себя домохозяйство и заботу о детях? Вот у меня — может — и я уезжаю на финальные испытания в Сочи на неделю.

У меня двое детей. Старшему сыну 12 лет, а младшей дочери — шесть. Я переживала, как смогу без них, но дочка мне так серьезно сказала: «Мама, борись до последнего!» — а значит, надо не подвести. Кроме того, меня на работе поддержали, оплатили командировку, друзья поддерживают активно.

Важна ли вообще для вас актуальная сегодня тема феминизма?

Моя позиция такая: если человек хочет себя реализовать, то он это сделает независимо от своего пола. Но если взять наш вуз, то у нас из восьми деканов, — шесть женщин. Когда ректора спрашивают о том, почему так много женщин в администрации, он говорит: «они расчетливее и надежнее».

Расскажите о своем факультете, чем он живет сегодня?

Факультет очень многоплановый: лингвистика, гостиничное дело, журналистика, вокальное искусство, конфликтология. Каждый год мы выбираем одно направление, которое развиваем наиболее интенсивно. В позапрошлом — это была журналистика: приглашали к себе работодателей, опытных профессионалов, которые делились со студентами своим опытом, и многое другое делали.

В прошлом — сделали акцент на конфликтологию. В нынешнем — на лингвистику. Набрали две группы. Обменялись студентами с китайским и итальянским вузами.

Тут интересно, что каждый твой удачный проект способен поднять университет, который пользуется не таким авторитетом, как МГУ или СПбГУ, на новый уровень.

А куда трудоустраиваются те, кто учится на конфликтологов?

Это, наверное, самое новое наше направление, рассчитанное на профессию будущего, — медиацию. Профессиональные медиаторы, как предполагается, должны забрать часть нагрузки у судов. Здесь мы идем на шаг вперед, а наши студенты получают возможность стать одними из первых специалистов в этой области. Кроме того, ребята учат по два языка и могут работать в сфере связей с общественностью, а еще — проводить тренинги по предупреждению конфликтов и личностному развитию, что сейчас тоже набирает популярность.

Что вам запомнилось от стажировки в Лондоне?

Мне запомнился английский парламент, его устройство. Очень понравилась встреча с мэром Лондона. Помню, мы были удивлены, когда он сел на стол и так запросто стал с нами общаться. Это был 2005 год, у нас официальные люди так себя еще не вели. Мне это напомнило детство в Латвии, где так же демократично себя вел один из учителей.

Многое из того, что я видела в столице Великобритании тогда, со временем дошло до нас: центры помощи бездомным, уличные камеры видеонаблюдения вместо сотрудников ГИБДД. В Лондоне мы говорили о социальной ответственности бизнеса, и российские предприниматели, которые были со мной в одной делегации, помню, смеясь говорили, что такого у нас никогда не будет... Но ошиблись.

* * *

Конкурс «Лидеры России» — это главный проект платформы «Россия — страна возможностей». Целью его создания называют развитие социальных лифтов для активных граждан. Впервые состязание проводилось в прошлом году. В марте нынешнего года определился 31 финалист второго сезона, заявку на участие в котором подавали более 227 тысяч человек. В этом году обязательным условием для допуска к финалу стало выполнение социально ориентированного проекта. Поддержку «Лидерам России» оказывает президент Владимир Путин. «Это процесс взросления государственного аппарата, работы с ним, — отметил глава государства на большой пресс-конференции в декабре 2018 года. — Мы сейчас стараемся это делать, видите, проводим различные конкурсы среди молодых, у нас проводится кадровый конкурс "Лидеры России"… Из этой когорты уже, по-моему, человек двенадцать или пятнадцать стали губернаторами, два министра федеральных, пять или шесть заместителей министров».