Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

«Положение можно считать катастрофичным»

Топ-менеджер РФИ-Банка о сегменте электронных платежей

Фото: Depositphotos

Технологии меняются настолько стремительно, что тянут за собой изменение повседневных человеческих привычек, делая жизнь комфортнее и проще. Больше всего инноваций появляется в финансовой сфере, и каждая новая фишка вызывает бурное обсуждение в СМИ. Сейчас в фокусе внимания такие темы, как система быстрых платежей ЦБ, сервисы QR-платежей, возможность снимать наличные на кассах ретейлеров, а также бум инвестиций в сегменте, занимающемся развитием интеллектуальных финансов. О перспективах развития отрасли, ее зависимости от зарубежных технологий и санкций, а также о поведении Трампа и Цукерберга «Лента.ру» поговорила с вице-президентом по мобильной и электронной коммерции РФИ-Банка Еленой Чижевской.

«Лента.ру»: Можно ли говорить о том, что пример стремительного роста немецкого банка платежей Wirecard Bank AG, входящего в более широкую структуру мирового поставщика интернет-технологий и финансовых услуг Wirecard, показывает, что традиционное деление на инвестиционные, коммерческие и сберегательные банки уходит в прошлое? Какова роль платежных банков в мировой финансовой системе и что выводит их из узкоспециализированного сегмента банкинга в самостоятельную отрасль?

Елена Чижевская: Нынешний тренд в развитии платежной отрасли задала платежная система Adyen из Нидерландов, которая провела рекордное IPO на сумму 15 миллиардов евро. Вторым на этом рынке был Wirecard — его IPO достигло, по-моему, 10 миллиардов евро. Буквально на днях был выкуплен старый игрок в отрасли — Safecharge из Израиля — за один миллиард долларов. Вообще, всех известных игроков купили за два года. Это WorldPay, PayGram….

Так что мы можем видеть, что на западном платежном рынке происходит настоящий бум инвестиций. Для сравнения: в 2017 году сумма сделок слияния и поглощения в отрасли достигла 32 миллиардов долларов. А за полугодие 2018 года она превысила сумму в 40 миллиардов. И эта тенденция, скорее всего, сохранится и усилится в 2019 году. Капитализация Wirecard и Adyen суммарно превысила капитализацию старейших немецких банков — Deutsche Bank и Commerzbank. Можно сказать, что платежная отрасль — это современный Клондайк. На днях стало известно о том, что MasterCard покупает датский платежный сервис Nets за 2,85 миллиарда евро.

Но у экспертов нет какой-то общей точки зрения на причины этого феномена. И я, наверное, тоже не смогу его объяснить. Единственное, что мы знаем, — что он есть. И можно говорить о том, что идет процесс консолидации, объединения мировой отрасли и создания транснациональных гигантов.

Как РФИ-Банк вышел на стратегию своего развития — прежде всего как банка платежей?

Нашему банку уже 19 лет. И долгое время он был стандартным российским банком — на заре его деятельности не рассматривалось, что он станет исключительно платежной организацией.

Изменения произошли в 2014-2015 годах, когда пришла новая команда, пришло и осознание того, что рынок банковских услуг развивается в несколько иной плоскости, и мы посчитали не очень целесообразным конкурировать со Сбербанком, ВТБ и подобными банками в части предоставления кредитов.

Упор был сделан на эквайринг и транзакционный бизнес, что дало свои плюсы. Мы не выдаем кредиты. Мы практически не привлекаем депозиты. Соответственно, риски классических банков у нас сведены к минимуму.

В чем уникальное ценностное предложение РФИ-Банка? Со стороны может показаться, что Яндекс.Деньги и Тинькофф-банк точно такие же банки платежей. Так ли это?

Яндекс.Деньги — не банк, а небанковская кредитная организация, имеющая право осуществлять только отдельные банковские операции, устанавливаемые ЦБ России. Соответственно, возможности у них уже. Тинькофф-банк — наоборот, полноценный банковский институт, который предоставляет весь спектр услуг. Но вот для предоставления услуг интернет-эквайринга им пришлось покупать компанию Cloudpayments.

Если посмотреть на карту банков России, то среди оставшихся практически нет банков, которые имели бы лицензию, с одной стороны, и собственный карточный процессинг — с другой. У нас собственная разработка, и мы не зависим от санкций и какого-то внешнего вендора. У нас собственная интернет-платформа, собственная платформа денежных переводов и электронных кошельков — то есть все в одном. Поэтому мало кто может с нами сравниться в этом отношении — мы достаточно уникальное образование на банковском рынке России.

Поговорим об отрасли. Постороннему наблюдателю и даже довольно продвинутому предпринимателю может показаться, что сфера платежей прекрасно известна специалистам банковского дела. Нужна ли, на ваш взгляд, с учетом новой роли банков платежей, более углубленная подготовка специалистов для этой отрасли банкинга? Или сформулируем вопрос по-другому: каждый ли выпускник финансового университета может влиться в команду РФИ-Банка? Если нет, то какими уникальными знаниями и качествами он для этого должен обладать?

Я бы не сказала, что у нас в отрасли дела с кадрами обстоят хорошо. Постоянно ощущается кадровый голод. Несмотря на то что карточные платежи появились в нашей стране еще во время Олимпиады-80 — для того чтобы интуристы могли свободно использовать свои карты, — профессиональная подготовка в финансовых вузах по платежному бизнесу с учетом всех требований как международных, так и национальной платежных систем остается в основном вне основного внимания отечественного образования. Поэтому найти специалиста, который разбирался бы во всех нюансах платежных систем, достаточно сложно.

Мы готовы сами учить специалистов и, собственно говоря, этим занимаемся. А самое главное, что нужно для того, чтобы попасть в РФИ-Банк, — это нестандартное мышление, хороший кругозор и умение мечтать.

И прочитать учебник Дмитрия Артимовича «Электронные платежи в интернете»?

Хорошо, что вы задали этот вопрос. Учебник Артимовича — отличный! И, кстати, пожалуй, единственный в нашей стране. Есть еще учебник по международным пластиковым картам — вот и все. То есть, понимаете, у нас в стране и со специальной литературой дела обстоят неважно. А ведь это влияет на способность создавать новый продукт. Конечно, как и везде в современном мире, знания должны быть на стыке весьма разных наук, и только тогда можно создать что-то по-настоящему инновационное и прорывное. Ты должен и разбираться в технологиях, и знать требования платежных систем. К тому же ты должен разбираться в международном праве и национальном законодательстве.

Сейчас стало хорошим тоном признаваться в любви к FinTech. Так же как еще несколько лет назад все клялись в верности нанотехнологиям. Какова разница между действительно востребованным FinTech-продуктом и модернизационным хайпом?

Основная проблема FinTech заключается в том, что зачастую живой человек оказывается гораздо более умным, чем машина. Но бывают прорывы. Например, расследования биткоин-платежей в скандалах на выборах в США делались с применением современной технологии анализа, построенного на нейронных сетях и искусственном интеллекте, и это позволило выявить и идентифицировать обороты средств, добытых незаконным путем.

Ну, а что вы можете сказать о национальной платежной системе?

На самом деле те, кто там работает, большие молодцы, они проделали титанический труд. За короткий срок они смогли достигнуть огромного процента платежей по национальным картам. И при этом они достаточно скромные специалисты: мало говорят — много работают.

Что происходит с нашим законодательством в сфере регулирования платежей? Как пишутся наши законы в этой инновационной отрасли? Какие у вас претензии к законодательному процессу?

Отечественному законодателю часто не хватает спокойствия. Наши регуляторы как будто только что проснулись, что не может не радовать, но принимаемые решения диктуются в основном внешними вызовами. В любом случае тот тренд, который наметился сейчас, является весьма специфическим: задумки правильные, но иногда банально не хватает хорошей правовой экспертизы. Но я думаю, что скоро появится немало хороших предложений от «ФинСерт» Центробанка. Это подразделение регулятора обладает и хорошей практикой, и глубокими знаниями. В общем, все законодательные инициативы прежде всего не должны быть оторваны от жизни — вот что главное.

Насколько отечественная отрасль платежей зависит от зарубежных технологий и прежде всего от Oracle? И как санкции могут повлиять на развитие и существование нашего платежного рынка?

Большинство хороших решений работает на основе зарубежных технологий, и прежде всего — компании Oracle. В некотором смысле это положение можно считать катастрофичным, так как в случае чего невозможно найти продукт на замену. С другой стороны, такое положение вещей дает потрясающий стимул для развития отечественного программного обеспечения. Что касается санкционных рисков, то весь вопрос в том, какой карточный процессинг у того или иного банка. Там, где используется зарубежный продукт, — как правило, крупных иностранных компаний, таких как Oracle, — там будут лицензии и какие-то ограничения возможны. Не думаю, что дойдет до крайности, но если дойдет, то да — они лишатся поддержки. Какие-то новые угрозы тогда не будут закрываться.

И, конечно, в этих условиях выигрывают те банки и финансовые институты, которые имеют свои собственные разработки. Например, РФИ-Банк совсем не зависит от вендоров. Ведь в России есть прекрасное программное обеспечение, которое ничем не уступает Oracle. Что произойдет в случае увеличения санкционного давления? Это будет неприятно, но ничего по-настоящему катастрофического не случится.

Давайте поговорим о Китае. Там наличность уже практически исчезла из повседневной жизни, как, собственно, и пластиковые карты — все платежи делаются помощью телефона. Как вы оцениваете деятельность Китая на рынке платежей? Каким может быть сотрудничество России и Китая в платежной отрасли и почему так велик интерес китайцев к AURA?

К нашей платформе AURA Pay именно в Китае мы наблюдаем повышенное внимание. Мы там были уже дважды и говорили с лидерами платежных систем, с банками и с крупными ретейлерами. Они очень заинтересованы в этой платформе, которая предназначена не столько для перевода денег между физическими лицами между Россией и Китаем, сколько позволит улучшить процесс и качество заключения сделок b2b.

Кроме того, есть решения и для туристов. Мы наблюдаем рост числа китайских туристов в Россию. А для них характерно то, что китайцы останавливаются в китайских отелях, едят в китайских ресторанах и покупают в китайских же магазинах — то есть юань практически не покидает финансовую территорию КНР. Но китайцы заинтересованы в развитии платежей, чтобы они могли оплачивать привычным им способом — тем же WeChat, UnionPay — все, что они захотят, в любой точке мира.

Пока в России мы не можем предоставить китайским туристам возможность везде платить только с помощью гаджета. И вот поэтому они обращаются за любым сервисом к своим же соотечественникам. Если они будут знать наверняка, что смогут расплатиться везде привычным им способом, то объем платежей значительно возрастет.

Другой стороной нашего сотрудничества могут стать российские студенты и туристы в Китае. Ведь там практически невозможно заплатить с помощью Visa или Mastercard, несмотря на физическое наличие терминалов. А иностранцам местные кредитные карты практически не открывают. То, что открывается, — на сумму 2 тысячи юаней, то есть ни о чем, меньше 20 тысяч рублей. И наша AURA Pay будет в конечном итоге интегрирована в китайскую платежную систему КНР, и никаких проблем у наших соотечественников в Китае не будет.

Теперь несколько вопросов по глобальной повестке. Мы все с вниманием следим за экстравагантными выступлениями Дональда Трампа. Каковы ваши впечатления от его, так скажем, противостояния с Марком Цукербергом? И что вы думаете о перспективах Libra?

На мой взгляд, Libra имеет перспективы развития только после повторного избрания Дональда Трампа на пост президента США. Libra — это вторая резервная криптовалюта, привязанная к курсу доллара, после Tether. Но надо понимать, что несмотря на то, что ближайший друг и сподвижник Трампа — сооснователь платежного сервиса PayPal Питер Тиль — был первым внешним инвестором Facebook, у американского лидера накоплен огромный негатив и масса претензий по отношению к социальным сетям вообще и к Facebook в частности.

Прежде всего потому, что соцсети представляют для него угрозу на предстоящих выборах. И вообще, как шутят в США, в Силиконовой долине днем с огнем не найдешь живого республиканца. И уж перед выборами Трамп вряд ли позволит появиться слабо контролируемому «новому доллару».

А кстати, почему Bitfinex и Tether скупают локальные банки? Ведь особой необходимости в этом, на первый взгляд, у них нет.

Tether — единственная криптовалюта, жестко привязанная к доллару. Для ее нормального функционирования требуется, видимо, огромная банковская поддержка. По слухам, владельцы этих проектов скупали небольшие банки по всему миру именно для этого.

Какие еще светлые перспективы у РФИ-Банка?

Мы намерены улучшать и улучшать наш процессинг. Меняется наша стратегия. Если раньше мы работали с розницей, включая торговый интернет-эквайринг, то сейчас мы больше задумываемся о входе в опт, думаем о работе с агрегаторами, с крупными платежными системами — то есть работа прежде всего b2b, объем рынка которого в три-четыре раза больше рынка c2b. И оптимальных решений для этого рынка либо пока не существует, либо они в зачаточном состоянии. Транзакционный бизнес — основа нашего развития.

Экономика00:01Сегодня

Не находят места

России предсказали кризис на рынке труда. Кто потеряет и не сможет найти работу?
Экономика00:0115 октября

В пользу бедных

Нищета уничтожает мировую экономику. Эти ученые знают, как ее победить
Экономика10:00Сегодня
Министр экономического развития РФ Максим Орешкин

Трансформация как путь к диалогу

Цели и механизмы масштабного проекта «Трансформация делового климата»