Новости партнеров

«Красной армии пришлось вжиматься в землю»

Эти острова стали ключом к освобождению Прибалтики от нацистов. Сражение за них шло месяц

Высадка десанта на остров Сааремаа
Фото: И. Пикман / РГАКФД

В этом году исполняется 75 лет Моонзундской наступательной операции советских войск. С 27 сентября по 24 ноября 1944 года Красная армия ценой огромных потерь отбивала у Третьего рейха острова, лежащие к западу от Эстонии. Стратегическое значение архипелага было огромным. Наличие там опорных пунктов позволяло контролировать Рижский и Финский заливы и обеспечить не только освобождение всей Прибалтики от нацистов, но и дальнейшее наступление Советской армии. «Лента.ру» рассказывает историю битвы длиной почти в месяц.

Моонзундские острова всегда были стратегически важным объектом на Балтике. Масштабные сражения здесь развернулись еще в ходе Первой мировой войны. Осенью 1917-го Германия проводила на архипелаге из четырех островов операцию «Альбион» и в конце концов захватила их. По факту это стало последним сражением армии и флота имперской России.

После поражения Германии острова перешли молодой Эстонской Республике. А когда в 1940 году она оказалась в составе СССР, советские войска оборудовали на Моонзунде мощную оборонительную позицию. Именно отсюда советская дальняя авиация в августе-сентябре 1941-го отправлялась бомбить Берлин. Командование Третьего рейха было в ярости. Гитлер лично распорядился совместными усилиями соединений сухопутных войск, авиации и военно-морского флота ликвидировать военно-морские и военно-воздушные базы на островах Эзель и Даго, и в первую очередь аэродромы.

Вермахт ударил по архипелагу всей своей мощью, но Красная армия держала острова, даже когда вся остальная Прибалтика была уже оккупирована немцами. Окончательно советское сопротивление было сломлено лишь к концу октября 1941-го.

Советское командование вновь вспомнило про острова спустя три года, когда войска Ленинградского и Прибалтийских фронтов перешли в контрнаступление.

Торпедный десант

Осенью 1944-го советские войска, развивая наступление, вышли к побережью Балтийского моря. Но Балтийский флот не мог им помочь ни в бою, ни снабжением, поскольку его действия в Финском заливе блокировали немцы, контролирующие эстонские острова.

План Моонзундской операции разрабатывался в штабе Ленинградского фронта. Операция стартовала 27 сентября 1944 года. На Вормси, самый маленький из четырех островов, высадился батальон морской пехоты под командованием майора Александра Лейбовича. Примечательно, что осенью 1941 года Лейбович оборонял архипелаг от гитлеровцев. Теперь он вернулся его освобождать.

Высадка прошла успешно — десант закрепился на Вормси и вскоре полностью захватил остров. На материке тем временем кипела подготовка к дальнейшему наступлению. В поселке Вирсту, находящемся напротив третьего по величине острова Муху, советские войска спешно сооружали причалы, ремонтировали и заново строили мосты для подвоза солдат и техники. Перед полномасштабным вторжением на остров послали разведгруппу под командованием капитана Кельберга. Скрытно переправившись через залив Суурвяйн, разведчики высадились на Муху и в течение многих часов вели наблюдение за врагом. Ночью к ним присоединилась вторая разведгруппа. Им удалось передать по радио ценные сведения об организации немецкой обороны.

Рано утром 29 сентября в порт Куйвасту на Муху на торпедных катерах устремилась передовая десантная группа в 1150 человек. Противник пытался остановить их артогнем, но высадку сорвать не удалось. Одним из первых на пристани оказался пулеметчик 925-го стрелкового полка младший сержант Николай Матяшин. Огнем из своего ручного пулемета он подавил орудия противника, чем способствовал успешной высадке десанта. Николай был ранен, но поле боя не покинул — за что позже был удостоен звания Героя Советского Союза.

Другим героем того дня стал сержант Эдуард Тяхе. Высадившись на берег, он уничтожил пулеметный расчет и несколько вражеских автоматчиков, а затем водрузил на пристани Куйвасту советский флаг. Всего же в том бою Тяхе убил до двадцати немецких солдат.

В сжатые сроки советские катера совершили 181 рейс, доставив на Муху около 5600 человек из личного состава 249-й стрелковой дивизии. Полностью остров освободили от немцев 1 октября.

А уже на следующий день началось сражение за остров Хийумаа (старое название Даго). На этот раз задача оказалась намного сложней, ибо в течение года немцы усердно возводили укрепления: строили многочисленные дзоты и блиндажи, копали траншеи. Однако уже в первый же день после высадки на Хийумаа советские десантники захватили немецкие плацдармы в населенных пунктах Кяйна и Кярдла. Битва продолжалась днем и ночью, а к середине дня 3 октября остров был освобожден. Красной армии удалось пленить свыше 300 немецких солдат и забрать их военную технику.

Катастрофа у Винтри

После потери трех из четырех островов Моодзундского архипелага немцы усилили оборону самого большого острова — Сааремаа (старое название Эзель). Из Риги на него перебросили 218-ю пехотную дивизию вермахта.

Советское командование решило наступать с двух направлений — со стороны Хийумаа и Муху. Наиболее трудную задачу поставили 8-му Эстонскому стрелковому корпусу под руководством генерал-лейтенанта Лембита Пэрна. Эстонцы должны были наступать через дамбу, соединявшую Сааремаа с Муху. Но немцы успели ее взорвать при отступлении, так что переход пришлось ремонтировать под постоянным артиллерийским обстрелом и авианалетами. Чудо удалось совершить: в кратчайшие сроки дамба вновь была готова для прохода войск.

5 октября советские пехотинцы, танки, самоходные артиллерийские установки, легкая и тяжелая артиллерия двинулись по дамбе на Сааремаа, одновременно осуществлялась и высадка на остров с катеров. Прикрывал наступление Балтийский флот. За несколько часов боя красноармейцам удалось создать опорный плацдарм на северном берегу острова. Силы вермахта откатились на второй рубеж обороны, в 6-10 километрах от побережья — однако вскоре был прорван и он. Пехота Эстонского корпуса на самоходных установках перерезала дорогу, ведшую в город-порт Курессааре. Немцы ожесточенно контратаковали, но отбиться не смогли.

7 октября город Курессааре, столица Сааремаа, стал советским. К 8 октября почти весь остров находился под контролем Красной армии, кроме полуострова Сырве. Гитлеровцы встали там намертво: на небольшом клочке земли собрались крупные силы — 23-я, 218-я и 215-я пехотные дивизии, 531-й и 532-й артиллерийские дивизионы береговой обороны, 583-й охранный батальон.

Вермахту было жизненно важно сохранить Сырве за собой, ведь он прикрывал вход в Ирбенский пролив, соединяющий Рижский залив с Балтийским морем. Полуостров прозвали «Ирбенский щит»: его территория была испещрена траншеями, дзотами, минными полями, противотанковыми рвами и надолбами. В самой узкой части полуострова, районе Каймри, сделали аж четыре оборонительные линии, оснащенные огневыми точками, противотанковыми и противопехотными заграждениями.

Наступающие части Красной армии оказались в трудном положении. На Сырве не хватало пространства для маневра, и в результате советские войска собрались на ограниченном участке под интенсивным огнем. На один километр фронта у врага приходилось восемь артиллерийских и пять минометных батарей, мастерски укрытых либо в лесу, либо на побережье. Благодаря этому 10-14 октября немцы успешно отбили советское наступление на суше.

После этого командир Эстонского стрелкового корпуса Пэрн отдал приказ о высадке десанта в тылу у противника, в районе населенного пункта Винтри. Туманным утром катера и тендеры (небольшие десантные суда) Балтийского флота с двумя стрелковыми батальонами на борту приблизились к занятому немцами побережью.

Произвести высадку незаметно не удалось: противник открыл шквальный огонь. Советские радиограммы, поступавшие с места боя, гласили: «Два тендера наскочили на камни у острова. Один тендер высадил людей на мель, находящуюся перед берегом. За мелью глубокая вода до берега. С мели на берег не попасть. Глубина на мели 0,5 метра. С четырьмя тендерами связи нет, не знаю, смогли ли высадиться. С берега сильный огонь. Мы четыре раза пытались высадиться, результатов не добились, наткнулись на камни и мели. Ищем тендеры, чтобы спасти людей с мели…»

Тем не менее 316 красноармейцев все же оказались на берегу. Однако вторая попытка высадки провалилась — немцы артиллерийско-минометным огнем отогнали корабли с десантниками. Командир советского 300-го стрелкового полка подполковник Ильмар Пауль потерял управление подчиненными частями и покинул вражеский берег на одном из катеров, за что позже попал под трибунал.

Ему удалось избежать расстрела. Спустя 15 лет в своих мемуарах командир описал, как провалилась высадка на Сырве: «Вода была по грудь. Я видел, как поначалу люди спускались с катера без принуждения и направлялись к берегу, но через несколько метров вода неожиданно накрывала их с головой, и четверо утонули на моих глазах. Двое оставшихся на катере бойцов отказались идти в воду, но кто-то из команды катера силой спихнул их в воду, и они также утонули. Я приказал команде катера подобрать из воды еще живых, но они этого не сделали…»

Добравшихся под шквальным огнем до Сырве бойцов ждала незавидная участь: 215 солдат попали в плен, остальные погибли, лишь нескольким малочисленным группкам, укрывшимся на болотах, удалось продержаться до прихода подкрепления.

Позже генерал-лейтенант Дмитрий Холостов написал в Военный совет Ленинградского фронта: «Разбирая причины срыва десантной операции на полуостров Сырве и напрасных потерь людей, необходимо отметить, что в этом, безусловно, в значительной мере повинно командование группы торпедных катеров Краснознаменного Балтийского флота, которое не сумело обеспечить высадку десанта».

Но это, по словам Холостова, не снимает ответственности со штаба 8-й армии, руководившего операцией. «Не имея никакого представления о противостоящем противнике, штаб армии не позаботился об организации разведки, о материальном обеспечении боя, об огневой поддержке десанта. Штаб исходил не из конкретно сложившейся обстановки, а действовал вслепую, на "авось"», — продолжал военачальник.

Главным виновником трагедии на Сырве неофициально называли командующего 8-й армией генерал-лейтенанта Филиппа Старикова. Но никакого наказания он не понес, напротив — после войны удостоился престижного поста заместителя командующего войсками Московского военного округа.

Последний бой

Тем временем Третий рейх привлек к обороне последнего клочка земли Моонзундских островов свой флот. Это был отчаянный шаг: к 1944 году немцы потерпели ряд крупных поражений от англичан, и почти все уцелевшие линкоры и крейсеры вермахта отстаивались в портах на Балтике. Обороне Сырве придавалось такое важное значение, что туда решили отправить тяжелые крейсеры «Принц Ойген», «Адмирал Шеер» и «Лютцов».

Сверхтяжелые морские орудия серьезно изменили расклад в битве за архипелаг. Один только «карманный линкор» «Лютцов» в течение суток 24 октября выпустил по скучившимся на Сааремаа советским войскам 304 снаряда калибра 280 миллиметров и 292 снаряда калибра 150 миллиметров. Еще нескольких сотен 150-миллиметровых и 127-миллиметровых снарядов выпустили сопровождавшие «Лютцов» немецкие эсминцы.

Когда «Лютцов» израсходовал весь боезапас, ему на смену пришел «Принц Ойген» с 203-миллиметровыми орудиями. Сами немцы говорили, что обрушили тогда на головы советских солдат огонь такой же силы, что и в 1942 году войска генерала Манштейна при штурме Севастополя. Красной армии пришлось вжиматься в землю, прятаться по укрытиям. Естественно, атаковать в таких условиях было крайне затруднительно. К тому же немецкие корабли, пользуясь дальнобойностью своей артиллерии, старались держаться вне пределов видимости с берега. Это затрудняло их обнаружение и атаки советской авиации.

Прорвать немецкую оборону на Сырве удалось лишь 18 ноября после мощнейшей артиллерийской и авиационной подготовки. Тем не менее отогнать вражеские корабли от Моонзунда не получилось. Советским частям приходилось продвигаться вглубь полуострова Сырве под швальным огнем с моря.

К этому моменту командование рейха осознало, что последний опорный пост на острове им долго не удержать, и начало эвакуацию войск в Курляндию под прикрытием с моря. К 22 ноября опустошенного постоянной стрельбой «Принца Ойгена» сменил на посту «Адмирал Шеер». Но и он за два дня израсходовал практически все свои 280-миллиметровые снаряды.

Днем 23 ноября крейсер атаковали подразделения советской авиации — несколько групп бомбардировщиков «Бостон», Пе-2 и штурмовиков Ил-2. Позже немецкий историк Каюс Беккер, поговорив с очевидцами, описал этот яркий эпизод операции: «"Адмирал Шеер" начал бой, как огромный дикий кабан, отбивающийся от своры охотничьих собак. Начался невероятный, потрясающий танец. Торпеды, хорошо различимые по следу, каждый раз проходили мимо корабля, описывающего циркуляции на большой скорости, а вокруг рвались бомбы...»

Крейсер ухищрялся как мог, чтобы отбиться, — падающие в воду тяжелые снаряды поднимали огромные столбы воды, затрудняя прицеливание самолетов, заходивших на «Шеер» с бреющего полета. Крейсер получил несерьезные разрывы обшивки у борта, однако его командир, капитан 1-го ранга Эрнст-Людвиг Тинеманн счел за лучшее отойти от берега и прекратить огонь до наступления темноты. Позже «Шеер» возобновил обстрел вместе с прибывшим на помощь крейсером «Лютцов» в сопровождении трех эсминцев. Впрочем, немцам это уже не особенно помогло.

Последний, решающий штурм Сырве начался вечером 23 ноября. Главный удар был намечен в районе Аде-Генга, атаке пехоты и танков снова предшествовала артподготовка. Немцы с большими потерями отступали, и уже к утру на острове оставались только разрозненные группы войск противника. Всего вермахт потерял на полуострове до семи тысяч человек убитыми и около 700 пленными. Около сотни немецких судов, которые враг использовал для снабжения или эвакуации, были потоплены или повреждены. Советские войска окончательно закрепились на Моонзундских островах.

***

К сожалению, в послевоенной истории о Моонзундской операции вспоминали не только в связи с подвигами Красной армии в борьбе с нацистами, но и в связи со скандалами. В 1951-м один из героев битвы за архипелаг Эдуард Тяхе, к тому времени устроившийся работать в милицию, был осужден за убийство собственной жены. Тяхе лишили звания Героя Советского Союза, полученного за подвиг на острове Муху, приговорили к 11 годам и отправили на урановые рудники. Тяхе отсидел свой срок и вышел на свободу, но с тех пор и вплоть до самой смерти в 2004 года уклонялся от встреч с однополчанами.

А совсем недавно, в сентябре 2019 года, вандалы залили краской имена погибших на памятнике советским воинам на Сааремаа. На месте мемориала 8 октября 1944 года советские войска, прорывавшиеся к Сырве, столкнулись с немецкой колонной, отступавшей из Курессааре. В ожесточенном бою обе стороны понесли серьезные потери.

Но этот акт вандализма не нашел поддержки у общественности. Местное самоуправление тут же выделило средства на очистку камней, а старейшина волости Мадис Каллас принес извинения родственникам погибших.

Бывший СССР00:0316 ноября

«Меня не считали за своего»

Казахские студенты все чаще уезжают в Россию. Почему они чувствуют себя чужими на родине?