Новости партнеров
Прослушать статью

Король дельты

Подкуп, перестрелки и нефтяные аферы: как 100 лет назад простой адвокат создавал в США рай для белых

Фото: alchetron.com

Истории США знает много политиков с интересными биографиями, однако далеко не у всех из них репутация настолько неоднозначная, как у Леандера Переса, известного также под прозвищем Судья. Нефтяной магнат и убежденный расист, он начинал свой путь в политику в начале XX века с борьбы против коррумпированных чиновников, а закончил тем, что построил собственную «болотную империю». Она стала настоящим раем для белых южан и адом для борцов за гражданские права чернокожих. Его любили, боялись и ненавидели, а теперь стараются забыть как страшный сон. «Лента.ру» вспомнила историю одного из наиболее влиятельных и противоречивых политиков Луизианы.

Молодой реформатор

Американский штат Луизиана исторически делится не на округа, а на церковные приходы. Пересы принадлежали к одному из старейших католических семейств прихода Плакеминс, расположенного в дельте реки Миссисипи и выходящего к Мексиканскому заливу. Там и родился в 1891 году Леандер. Его отец Розелиус Перес владел двумя плантациями в дельте и увлекался политикой.

На тот момент от прихода до ближайшего города — Нового Орлеана — не было проложенной дороги, а от соседей Пересов отделяли несколько миль труднопроходимых заболоченных низин. Детство и юность Леандер провел в изолированной и консервативной общине. Он был одним из тринадцати детей, воспитывавшихся в строгих пуританских традициях. Его первой учительницей стала старшая сестра, а занятия проходили в построенном отцом на плантации доме, где вместе с ним учились еще три десятка местных белых детей.

В приходе не было старшей школы, поэтому после восьми лет домашнего обучения Леандеру пришлось покинуть Плакеминс, чтобы продолжить образование в большом городе. Он окончил Католическую школу для мальчиков в Новом Орлеане, а затем поступил в Луизианский государственный университет, где учился на юриста. Преподаватели отмечали, что Перес был пунктуальным и ответственным студентом, хотя и не имел любимых дисциплин. К обучению юноша относился как к вынужденному препятствию на пути к будущей карьере.

При этом Леандер не был замкнутым и легко заводил знакомства, играл в бейсбол в любительской команде и состоял в одной из местных религиозных организаций. По воспоминаниям одной из сестер Переса, «он любил людей — правильных людей».

В 1912-м Леандер окончил университет и занялся адвокатской практикой в Новом Орлеане и близлежащих приходах. Работал будущий Судья за гроши и без особого энтузиазма: крупных дел ему не доверяли, а заниматься мелкой бумажной волокитой амбициозному Пересу быстро наскучило. Поэтому уже через четыре года — в 1916-м — он попробовал себя в политике, выдвинув свою кандидатуру на выборах против Джона Даймонда-младшего, в то время правившего в дельте Миссисипи.

Единоличные «правители» вообще не были для Плакеминса чем-то особенным.

К тому моменту уже на протяжении века к власти приходили местные шерифы, прокуроры и судьи, и каждый из них стремился создать небольшую империю со своим режимом. Поэтому подкупы избирателей-бедняков, запугивания и угрозы успели войти в традицию

Разумеется, это было незаконно, но местные разборки редко выходили за пределы ближайших приходов: труднопроходимые топи, отсутствие мостов южнее Нового Орлеана, низкая плотность населения — все это приводило к почти полной изоляции региона. В итоге местные заправилы привыкли пользоваться неограниченной властью, а разобщенные избиратели не могли или не хотели дать им отпор.

Свои первые выборы в 1916-м Леандер Перес с разгромом проиграл, но ему удалось зарекомендовать себя как молодого реформатора и идеалиста — во всяком случае, по меркам консервативного Плакеминса. Тогда, не имея финансовой поддержки, он в одиночку скитался по удаленным фермерским домам по обоим берегам Миссисипи, призывая голосовать против действующего босса.

Примечательно, что на выборах 1916-го Перес критиковал Даймонда за то, что тот полностью подавил оппозицию. Но уже спустя несколько лет молодой реформатор сам станет боссом — при этом самым жестоким и коррумпированным из всех, кто когда-либо правил в дельте Миссисипи.

Восхождение Судьи

В 1919-м году во время рыбалки утонул действующий судья Плакеминса. «Леле, хотел бы ты стать судьей?» — обратился после произошедшего к молодому адвокату Леандеру губернатор Луизианы. Так на местной политической арене появился Судья: именно так Переса называли на протяжении следующего полувека и друзья, и враги.

Почти все официальные лица Плакеминса и соседнего Сен-Бернара были против назначения 27-летнего выскочки на такую высокую должность. Стоит отметить, что на тот момент власть в приходах к югу от Нового Орлеана контролировалась завязанной между собой группой власть имущих — так называемых «Старых завсегдатаев» (Old Regulars). Фактически Плакеминс находился в руках коррумпированного триумвирата: кроме Джона Даймонда в него входили сенатор штата и местный шериф.

Судья же сразу после избрания вступил в открытую борьбу с этим альянсом. Он присоединился к «Новым завсегдатаям» (New Regulars) — оппозиционной группе из Нового Орлеана, которая противопоставляла себя старой власти.

Первое столкновение Переса и Даймонда лицом к лицу произошло во время приходского собрания, на котором выбиралась официальная газета Плакеминса. В то время в дельте Миссисипи выходило всего два издания: Plaquemines Protector, долю в которой имел отец Переса, и Lower Coast Gazette, принадлежавшая брату Даймонда. Разумеется, и судья, и босс были заинтересованы в победе «своего» издания.

Увидев, что большинство председателей голосует за Gazette, Судья поднялся с места, подскочил к столу, за которыми сидели официальные лица прихода, и обозвал всех присутствующих, включая Даймонда, «тупицами без яиц» («dummies who had no guts»). Выбор официального издания пришлось отложить, а споры переросли в журналистскую войну: обе газеты наперебой публиковали свои версии произошедшего. Скандал определенно помог Пересу с рекламой: о молодом судье, не скупящемся на слова, узнали все в приходе.

К следующим выборам Леандер учел свои ошибки и изменил тактику: теперь он уже не стеснялся прибегать к хитростям и политическим махинациям. Во-первых, он воспользовался тем, что местные охотники были недовольны введенным налогом на отлов животных и испытывали сильное давление землевладельцев, которые находились под защитой Даймонда. Перес переманил охотников на свою сторону, объяснив, что именно босс дельты — их главный враг.

Во-вторых, Перес воспользовался связями отца в газете. В самый разгар предвыборной гонки в Plaquemines Protector было опубликовано гневное письмо, якобы написанное племянником Даймонда. Автор текста, кем бы он ни был, критиковал политику действующего лидера и раскрывал все его махинации — подлоги на выборах и аферы с землей. Даймонд, естественно, отрицал, что кто-то из его родных мог написать такое и к тому же отправить в редакцию газеты-конкурента.

У главы прихода действительно был один племянник, только жил он в Арканзасе. Было ли письмо сфабриковано Пересом, выяснить так и не удалось, но шумиха в прессе в любом случае была Судье на пользу: вместе с охотниками на его сторону перешли некоторые представители местного среднего класса, следившие за предвыборной гонкой.

Благодаря этому репутация короля дельты была подорвана, и на выборах с перевесом в сотню голосов новым боссом был избран Перес. Сразу после этого Судья одержал еще одну победу — в соседнем Сен-Бернаре, отняв власть над приходом у «Старых завсегдатаев». В честь избавления от диктатуры Джона Даймонда даже был устроен парад, который возглавил Леандер.

Впрочем, свободной дельта Миссисипи оставалась недолго. Дорвавшись до власти, бывший оппозиционер в одночасье превратился в диктатора. Перес начал строить собственную империю, обзаводясь выгодными связями и продвигая на нужные посты угодных ему кандидатов

Во время следующих выборов он, как и предыдущие правители, не брезговал фальсификациями, но проделывал это невероятно дерзко — например, вписывал в избирательные бюллетени имена живых знаменитостей. Так за Переса «проголосовали» Чарли Чаплин и легендарный бейсболист Бейб Рут. К тому же Судья покупал голоса местных избирателей: платил от двух до десяти долларов за «правильный» голос — в зависимости от статуса голосующего (приблизительно от 30 до 150 долларов по текущему курсу). Тех, кто не соглашался, Леандер запугивал. Кроме того, за выборами на участках следили его люди. Благодаря всему этому кандидаты, продвигаемые Пересом на официальные должности прихода, набирали как минимум 90 процентов голосов.

Параллельно Судья пытался подмять под себя местный бизнес. К середине 1920-х он монополизировал охотничьи земли в Плакеминсе и Сен-Бернаре и, таким образом, лично стал врагом местных бедняков. Судебные тяжбы по этому делу продолжались несколько лет. Зимой 1926-го на болотах Луизианы произошла яростная перестрелка между людьми Переса и отчаявшимися охотниками — только огнем им удалось вернуть право охотиться на родных землях. Кровавое противостояние вошло в историю Луизианы как Охотничья война (Trappers' War).

К тому времени четырехлетний срок Переса в качестве судьи уже закончился, и он вновь стал обычным адвокатом. Потеря поста, впрочем, никак не сказалась на его влиятельности в дельте: он лишь продолжал укреплять власть и свой авторитет. Большинство местных жителей при этом все так же считало Переса строгим, но справедливым лидером.

В 1928-м он сдружился с новым губернатором и будущим сенатором штата — Хьюи Пирсом Лонгом-младшим, диктатором и ярым расистом. Судья обеспечивал ему покровительство и защиту.

Благодаря новым связям в 1930-х Пересу открылись лазейки в большой бизнес. Пользуясь неограниченной властью и фактически владея землей в дельте, он с помощью подставных компаний занялся продажей прав на бурение крупным нефтяным корпорациям.

На откатах с топливных сделок Delta Development Co., тайно принадлежавшая Пересу, заработала около 80 миллионов долларов. Но состояние, нажитое лично Судьей на недвижимости и нефтяных аферах, до сих пор остается неизвестным: наследники называют сумму в 300 тысяч долларов, в то время как некоторые луизианские политики говорят о 100 миллионах. В любом случае это намного больше, чем Перес заработал легально на посту судьи и адвоката: его годовой доход до конца жизни не превышал 7 тысяч долларов (по сегодняшнему курсу — примерно в 18 раз больше).

Заработав на безбедную старость, Перес практически полностью отказался от рискованных топливных афер и полностью посвятил себя политике — он хотел построить в Плакеминсе рай для белого человека.

Против людей, против прогресса

В 1950-х в США наступила эпоха борьбы с расовой дискриминацией и реформ в сфере прав человека. Но Леандер Перес, безгранично правивший в дельте Миссисипи, не признавал перемен и, пользуясь поддержкой абсолютного большинства местных белых, объявил войну не только новым реформам, но и всему XX веку.

«Знаете ли вы, кто такие негры? Животные прямиком из джунглей», — эта фраза сделала Судью одним из самых известных расистов США

Он яростно защищал расовую сегрегацию на юге Луизианы и критиковал реформы в сфере образования, связывая их с заговором евреев, «которых должны были сжечь в Бухенвальде и Дахау».

Леандер участвовал в создании и спонсировании школ для белых детей и активно боролся с проникновением в Плакеминс активистов, агитировавших за участие в выборах расовых меньшинств. Люди Переса снимали их прямо с паромов, а тех немногих, кому все же удалось попасть в «королевство Судьи», арестовали во время мирного митинга.

Впрочем, нельзя сказать, что он боялся пришельцев, прибывших мутить воду в его «болотной империи». В эфире национального телеканала Перес даже сделал громкое заявление, предупредив излишне смелых поборников свободы, готовых явиться на его землю: он грозился запереть их в импровизированном концентрационном лагере — в старом форте посреди болот.

Показательно, что именно Судья стал одним из лидеров сопротивления политиков-южан десегрегационным реформам. В 1960-м, выступая с публичной речью в Новом Орлеане, он фактически спровоцировал своих ультраправых сторонников на осаду здания городской школьной администрации. В результате полиция разогнала почти 2000 человек (преимущественно белых мужчин) с помощью пожарных гидрантов.

Несмотря на отчаянную борьбу, постепенно Перес начал терять союзников. В 1963 году голос первого афроамериканца был зарегистрирован в приходе Уэст-Фелисиана (центральная Луизиана). А после этого — под давлением правительства и массовых забастовок активистов — все больше районов начали допускать на местные выборы представителей меньшинств. Вскоре Плакеминс остался одним из последних оплотов сопротивления десегрегационным реформам, а правивший там Судья стал чем-то вроде символа уходящей эпохи — последним сумасбродным королем дельты.

В 1965 году борьба Переса подошла к логическому завершению: после принятия весной того же года закона о гражданских правах афроамериканцы наконец получили официальное право участвовать в выборах, в том числе и на юге Луизианы. Теперь только федеральные власти могли составлять списки избирателей, тогда же они начали включать в них представителей расовых меньшинств. Последнюю битву Судья проиграл, но сражался он не только с поколением хиппи, но и с Белым домом и фактически со всем цивилизованным миром.

Конец правления

Леандер Перес умер в 77 лет и был похоронен в Новом Орлеане. Вплоть до самой смерти в 1969 году от сердечного приступа он официально оставался районным адвокатом, но сохранял непоколебимый авторитет в дельте Миссисипи. Судью любили в родном приходе, а за его пределами боялись или ненавидели, но мало кто решался встать на его пути. Еще меньше было тех, кому удалось бы победить Переса на его территории.

В последние годы жизни Судьей активно интересовалось ФБР из-за нелегальных нефтяных сделок. Однако в итоге доказать его причастность к ним так и не удалось. Только после смерти Переса приходское управление смогло отсудить у его наследников часть грязных денег — почти 80 миллионов долларов.

В 1972 году в The New York Times была опубликована статья Стивена Рубина, который в середине 60-х состоял в движении правозащитников и сталкивался с диктатурой Судьи. В те времена ему было небезопасно забираться южнее Нового Орлеана, поскольку для таких, как Стивен, у Судьи, по его собственным словам, были «припасены самые большие пушки». Журналист признается: «Никто из нас не шутил, но это был его приход».

След, оставленный Пересом в истории, так же противоречив, как и его жизненный путь. Его имя увековечено в Зале Славы Луизианы, а в приходе Сен-Бернар есть улица его имени (Judge Perez Drive). Позже ее название перепосвятили его однофамильцу и по совпадению тоже местному судье Мелвину Пересу. «Пересу и таким, как он» адресована также песня 1966 года What Color Are You фолк-певца Боба Линда. А в 2015 году был снят документальный фильм, посвященный кровавому противостоянию Судьи и луизианских охотников. В ленте под названием Delta Justice: The Islenos Trappers War (примерный перевод «Правосудие дельты: Охотничья война исленьо») Перес показан злодеем.

Был ли Судья злодеем на самом деле, сказать сложно, но одно можно утверждать наверняка: он был самым сильным политиком из всех, что правили в дельте Миссисипи, и, пожалуй, самой неоднозначной фигурой на американском Юге в середине прошлого века. На годы его правления пришлось время небывалого экономического расцвета в подвластных ему приходах, несмотря на то, что ему удавалось красть из бюджета миллионы долларов. А после его смерти Плакеминс на долгое время вновь пришел в упадок.

У Судьи было четверо детей. Двое сыновей пошли по стопам отца, но ни один из них не добился успехов в политике — отчасти потому, что афроамериканские избиратели предпочитали отдавать голоса за их оппонентов. В наши дни о Пересах стараются забыть, а Судью — диктатора, гангстера и расиста — постепенно вычеркнуть из американской истории. И только на юге Луизианы еще остались те, кто помнит и любит последнего короля дельты Миссисипи.

Мир00:0117 декабря 2020

Буря в пустынях

Война в Сирии, революции и нищета: чем закончилась «арабская весна» и почему она может повториться?