Новости партнеров
Прослушать статью

«Ружье не поможет» Как пираты и браконьеры воюют с тиграми-людоедами в самых опасных джунглях планеты

Фото: Johanes Christo / NurPhoto / Getty Image

В конце мая в Бангладеш поймали знаменитого браконьера Хабиба Талукдера по прозвищу Тигр Хабиб. По его собственному признанию, за свою карьеру он убил не меньше 70 тигров, которые жили в Сундарбане — огромном мангровом лесу в дельте Ганга, расположенном на границе Индии и Бангладеш. Хабиба разыскивали 20 лет, но ему всякий раз удавалось скрыться. «Лента.ру» выяснила, как бангладешские власти воюют со скрывающимися в джунглях браконьерами и пиратами.

Сундарбан — не самое гостеприимное место на свете. В его реках водятся акулы и крокодилы, а джунгли и болота кишат ядовитыми змеями и пауками величиной с кулак. Но опаснее всего бенгальские тигры-людоеды.

В других местах хищники избегают людей, а редкие нападения, которые все же случаются, — это исключение, а не норма. В Сундарбане все наоборот: там тигры считают людей самой лакомой добычей и каждый год убивают десятки человек, отважившихся пойти в лес.

В книге «Тигриные чары» американская натуралистка Сай Монтгомери вспоминает разговор с консультантом по охране природы, который много раз бывал в Сундарбане. «Больше нигде в мире на человека не охотятся так активно, — предупредил он ее. — Здесь постоянно чувствуешь, что кто-то пытается тебя убить».

Если верить официальной статистике, с 1975 по 1982 год тигры на бангладешской стороне Сундарбана убивали примерно 50 человек ежегодно. Затем число жертв начало сокращаться и к 1999 году упало до 25 человек в год. Вероятно, это сильно заниженные цифры. Зачастую государственные органы учитывали только тех погибших, которые имели разрешение на работу в лесу. А тигры не проверяли документы — они ели всех, и нарушителей тоже. По неофициальным данным, которые приводит антрополог Анну Джали, жертв было вчетверо больше, чем признавали бангладешские власти.

Несмотря на это окрестные жители продолжают ходить в джунгли. Прожить земледелием все труднее, а в Сундарбане можно ловить рыбу и крабов, собирать съедобные плоды и дикий мед. Мангровый лес кормит миллионы человек, но почти никто не рискует там жить. Небольшие группы рыбаков и сборщиков отправляются на промысел дважды в месяц и спустя десять дней возвращаются в свои села. Поскольку Сундарбан покрывает густая сеть рек, для вылазок используют лодки.

Люди, жившие в тех местах, издавна верили, что джунглями правит кровожадный Докхин Рай — не то бог, не то демон, способный превращаться в тигра. Он посылает хищных зверей покарать тех, кто посягнул на его владения. С ним борется легендарная защитница Бонбиби, призванная Аллахом. По бенгальскому преданию, она выросла в лесу без родителей, ходила в Медину за благословением дочери пророка и вернулась в Сундарбан с горстью земли из Мекки.

Все это — вовсе не полузабытые мифы. Многие по-прежнему считают Бонбиби своей покровительницей и единственным спасением от гибели. В селах на краю джунглей и вдоль лесных троп стоят посвященные ей алтари, причем к ним идут поклониться все — и мусульмане, и последователи индуизма.

Бангладешские власти пытались найти более прагматичные методы защиты от хищников. В ноябре 1986 года в Сундарбане расставили чучела в поношенной одежде, к которым было подведено электричество. Предполагалось, что тигры почуют человеческий запах, нападут и тут же получат ощутимый удар током. Это их не убьет, но поубавит желания атаковать людей.

Одновременно сборщикам дикого меда и лесорубам раздали маски, которые следовало носить на затылке. Замысел заключался в том, что подкрадывающийся сзади зверь увидит глаза маски, решит, что жертва его заметила, и передумает нападать.

Итоги эксперимента подвели через год. По подсчетам властей, за это время тигры стали убивать вдвое реже и ни разу не напали на человека с маской. Местные жители не верили: им казалось, что жертв в тот год было даже больше обычного. «Против тигров нет средства, — объяснял антропологу Анну Джали человек, проработавший в Сундарбане всю жизнь. — Они пробовали маски, электрические чучела, охрану с оружием, и ничего не действовало. Защитить может только абсолютная вера в Ма Бонбиби. Но это невозможно. Когда перед тобой тигр, начинаешь в ней сомневаться, и твое сердце заполняет страх».

Пираты и браконьеры

В 2014 году Рафикул Мали, живший неподалеку от Сундарбана, сбежал в джунгли. Ему грозил срок за хранение оружия, и он рассудил, что уж лучше тигры, чем тюрьма. Тем более мангровый лес не одно столетие давал пристанище лихим людям.

Мали присоединился к одной из пиратских банд, которые промышляют похищением людей и вымогательством. За определенную мзду пираты дают рыбакам пропуск, гарантирующий беспрепятственный проход по реке. Но если кто-то попадется без пропуска, его будут держать в яме, пока родные не заплатят выкуп. Свобода стоит несколько сотен долларов (десятки тысяч рублей).

Очень скоро Мали пожалел о своем решении. Ему с самого начала было ясно, что выжить в джунглях непросто. Но он не представлял, каково это — жить в окружении тигров и понимать, что любой миг может стать последним.

Ужас наводил каждый шорох в темноте. По ночам они с товарищами впустую палили по зарослям или перебирались ночевать на корабль, хотя знали, что это их не спасет. Тигры умеют подкрадываться бесшумно, прекрасно плавают и могут утащить человека даже с лодки. Надежды не было и на Бонбиби — в Сундарбане верят, что она защищает только безоружных.

Мали и его товарищи могли рассчитывать только на себя. Одна жуткая ночь сменялась другой, пока через несколько месяцев у самых отчаянных не сдали нервы. «Они объявили: либо мы, либо тигры — на всех тут места не хватит», — рассказывал потом Мали журналисту из National Geographic.

Тигров можно убить и без сверхъестественной помощи. Излюбленное оружие пиратов и браконьеров, которые ходят в джунгли под видом рыбаков, — это яд. Чаще всего охота начинается с установки ловушек на оленей или кабанов. Затем попавшихся животных разделывают, пичкают их мясо отравой и раскладывают вдоль тигриных троп. Если хищник сожрет приманку, он сдохнет.

Мали не дождался развязки и, прослышав об амнистии, пошел сдаваться властям. А у тех, кто остался, был шанс неплохо заработать. В 2015 году бангладешские правоохранительные органы утверждали, что браконьеры сбывают тигриные шкуры по цене от 200 до 300 тысяч так (170-255 тысяч рублей). Один из собеседников британских антропологов, работавших в Сундарбане, утверждал, что на убитом тигре можно заработать до 500 тысяч так (425 тысяч рублей). В том же исследовании упоминаются торговцы, предлагавшие 65 долларов (4,7 тысячи рублей) за килограмм тигриных костей.

«После гибели тигра мы снимаем с него шкуру, выкидываем внутренние органы и забираем остальное, — рассказал ученым один из участников нелегальной охоты. — Кости и сушеное мясо продаем одному покупателю, шкуру — другому». Еще один распространенный метод — зарыть тушу в землю. Со временем плоть разложится, останутся только шкура и кости. Под покровом ночи их вывозят из леса на рыбацких лодках и отправляют клиенту.

В Бангладеш спрос на тигриные кости и мясо невелик, зато в Китае за них готовы платить бешеные деньги. Сбыт, как выяснил Абрар Ахмад из Вагенингенского университета (Нидерланды), обеспечивает цепочка посредников. Без них в Сундарбане делать нечего. «Если кто-то заявится сюда без посредника, он никогда не получит части тигра, зато наверняка попадет в неприятности», — объяснил исследователю бывший торговец.

Как правило, покупатели обращаются к посреднику в крупном городе, а тот находит человека в окрестностях мангрового леса, у которого есть связи среди пиратов или браконьеров. По словам одного из собеседников Ахмада, к подпольной торговле бывали причастны влиятельные и известные люди. «Вы бы удивились, если бы услышали их имена», — утверждал он.

Охота на охотников

Сто лет назад в мире насчитывалось около 100 тысяч тигров, а теперь их не больше четырех тысяч — остальных истребили люди. Сундарбан — не исключение. Даже браконьеры признают, что тигров в джунглях все меньше, и добывать их труднее, чем прежде.

В 1972 году, вскоре после объявления независимости Бангладеш, первый президент и премьер-министр страны Муджибур Рахман полностью запретил тигриную охоту и торговлю шкурами. Тогда в Сундарбане было примерно 320 бенгальских тигров. Три года спустя департамент лесного хозяйства Бангладеш доложил, что после запрета популяция выросла на 30 особей. В 1980 году в Сундарбане насчитывалось уже от 430 до 450 тигров. К следующей переписи, которая прошла в 1992 году, их число сократилось до 359, но к 2004 году вновь возросло до 440. Казалось, кризис преодолен.

В 2015 году тигров впервые пересчитали с применением современных технологий. Для этого в джунглях поставили сотни скрытых камер, срабатывающих при появлении животных. Снимки шокировали специалистов: судя по ним, на бангладешской стороне Сундарбана оказалось, по разным оценкам, от 83 до 130 тигров, то есть вчетверо меньше, чем думали раньше. «Похоже, популяция сократилась даже сильнее, чем мы боялись», — признался в интервью Agence France-Presse ведущий бангладешский эксперт по тиграм Монирул Хан.

После переписи тигров в Бангладеш объявили настоящую войну пиратам и браконьерам. Вскоре правоохранительные органы Бангладеш докладывали об уничтожении первой банды. По наводке информатора полицейские схватили одного из пиратов и заставили его показать, где прячутся остальные. В джунглях вспыхнула перестрелка, в которой убили шестерых бандитов. Человек, который привел полицейских, тоже погиб. В пиратском убежище нашли три свежие тигриные шкуры, оружие и боеприпасы.

Борьба с переменным успехом идет до сих пор. В 2019 году сообщалось о гибели четверых браконьеров, которые открыли стрельбу по бойцам полицейского батальона быстрого реагирования. По данным бангладешской полиции, убитые добывали тигров и речных дельфинов. А в январе 2021 года полиция сумела заманить одного из браконьеров в ловушку: ему пообещали 1,3 миллиона так (около миллиона рублей) за тигриную шкуру и арестовали его, когда он принес товар в условленное место.

За несколько лет в результате полицейских операций погибли десятки человек, которые занимались пиратством в Сундарбане. Еще 200 добровольно сдали оружие и боеприпасы в обмен на деньги, мобильные телефоны и юридическую помощь. Одновременно бангладешские власти в два с лишним раза расширили территорию заповедника и стали активнее ловить нарушителей. Все это делалось для того, чтобы спасти тигров от исчезновения.

Последняя перепись тигров закончилась в 2019 году. На этот раз на снимках идентифицировали 63 взрослых тигра, четыре молодых и пять тигрят. Это позволило оценить плотность популяции в 2,55 тигра на 100 квадратных километров, что соответствует примерно 114 особям во всем бангладешском Сундарбане. В департаменте лесного хозяйства страны такой результат сочли успехом.

Но радоваться нечему. Если так пойдет и дальше, рано или поздно тигров не останется, а вместе с ними исчезнет и Сундарбан — ведь именно хищники мешали вырубкам в самом большом в мире мангровом лесу. «В Камбодже тигров больше нет, и только теперь там начинают понимать, чего лишились, — говорит бангладешский зоолог Анварул Ислам. — Если мы потеряем своих тигров, мы тоже обнаружим, что потеряли частичку себя».