Россия

От «Абибаса» до запчастей к самолетам. Как Россию захлестнула волна контрафакта

Фото: Александр Данилюшин / TACC

Контрафакт возник в СССР как отдушина для советских людей, живущих за железным занавесом, но желающих приобщиться к общемировой, запрещенной в стране культуре: моде, музыке, кино. В 90-е же контрафактом буквально были завалены все рынки страны. Тогда авторские права практически обесценились в глазах бизнесменов, покупателей, а также коррумпированных чиновников. С развитием легального предпринимательства в стране теневой рынок в нулевые и первую половину 2010-х сжимался. Затем вновь стал набирать обороты. В 2019-м оборот нелегальной продукции достиг 5,2 триллиона рублей. «Лента.ру» вспомнила о легендарных рынках страны, записала рассказ офицера о борьбе с пиратской продукцией, а также разобралась с тем, как легальный бизнес включился в эту борьбу и старается привлечь к ней самих покупателей.

Операция «Мелодия»

В октябре 1994 года в Москве первый и единственный раз побывала королева Великобритании Елизавета II. В ходе визита президент России Борис Ельцин пообещал выполнить ее просьбу о полном возвращении в ведение религиозной общины здания Англиканской церкви Святого Андрея в Вознесенском переулке.

Вскоре там была проведена уникальная спецоперация, в которой, среди прочих, участвовал оперативник управления по борьбе с экономическими преступлениями Алексей Лютых.

«К церкви приехало целое подразделение ВДВ и мы — оперативники БЭПа», — рассказывает он.

Все дело в том, что в этом здании находилась студия звукозаписи знаменитой на весь мир советской фирмы «Мелодия», а еще специальные аппаратные.

Хранилище редких подарочных альбомов с грампластинками. ФГУП «Фирма Мелодия»

Хранилище редких подарочных альбомов с грампластинками. ФГУП «Фирма Мелодия»

Фото: Сергей Пятаков / РИА Новости

По словам оперативника, там был огромный фонд пластинок, мастер-дисков, пленочных магнитных записей, и задачей сборного отряда силовиков было провести строгую опись и спасти его от разграбления.

«Эта была беспрецедентная операция по защите авторских прав, — говорит отставной подполковник. — Мы, по сути, работали в интересах частных предпринимателей, с которыми, будучи ранее сотрудниками ОБХСС (отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности), вообще-то привыкли бороться. Но тогда это воспринималось как спасение национального достояния».

История отечественного контрафакта берет начало от цеховиков и от разных других выдумок, наподобие «танцев на костях» — самодельных пластинок с запрещенной буржуазной музыкой, материалом для которых служили рентгеновские снимки. Они распространялись по стране еще в 50-х годах прошлого века.

Новая же «ларечная» эра началась летом 1987 года, когда вышли постановления Совета министров СССР: «О создании кооперативов общественного питания», «О создании кооперативов по производству товаров народного потребления» и «О создании кооперативов по бытовому обслуживанию населения».

Мало кто знает, но было время, когда советские милиционеры устраивали регулярные рейды, чтобы вылавливать и наказывать тех, кто лепил известные на весь мир лэйблы на свою продукцию и пытался ею торговать.

«Был прямо такой список с перечислением брендов. Естественно, никакого лобби с их стороны не существовало. Так, постепенно возникли и распространились кроссовки «Абибас», с четырьмя, а не тремя, как у оригинала, полосками. За это уже не наказывали», — говорит Алексей Лютых.

Тогда многим казалось, что рынок, которого так остерегались в СССР, может быть культурным и порядочным. Но впереди ждал период полного беспредела.

Стихийный рынок

Буквально через месяц после развала СССР, в конце января 1992 года, президент России Борис Ельцин подписывает указ «О свободе торговли». С этого момента фактически вся страна превратилась в один сплошной рынок.

О цивилизованном потреблении в 90-х не могло идти и речи, потому что, с одной стороны, сами рыночные механизмы экономики были только в стадии формирования, и предприниматели действовали методом проб и ошибок, а с другой — люди просто изголодались по вещам, которые сейчас кажутся обыкновенными, из-за предшествовавших десятилетий дефицита.

1 февраля 1998 года. Во время рейда налоговой полиции на мелкооптовый рынок в Западном Дегунине

1 февраля 1998 года. Во время рейда налоговой полиции на мелкооптовый рынок в Западном Дегунине

Фото: Алексей Дружинин / ТАСС

Чтобы отчасти понять, каким рынок был на заре новой России, можно заглянуть на рынки «Фуд Сити» или «Садовод». Здесь и в 2021 году все похоже на 90-е: нелегальные сигареты, продукты питания, одежда, электроника — все, что угодно, под одной крышей.

Полицейские рейды на эти рынки не заканчиваются успехом. Вот, например, отчет после рейда в 2017 году: изъято около 210 единиц продукции на сумму около 50 тысяч рублей. Понятно, что за один день на рынках продается контрафакта на сумму в сотни раз больше. Причем сами владельцы этих ТЦ и агрокластеров выбрали удобную позицию — они заявляют, что не несут ответственность за то, чем торгуют продавцы, а только предоставляют помещения в аренду.

На механизмы вывода наличных в тень, финансирования «серого» импорта и перевода средств за рубеж через крупнейшие российские рынки еще в 2019 году жаловалась Владимиру Путину председатель ЦБ РФ Эльвира Набиуллина.

Самый большой и легендарный рынок России, ставший одним из символов 90-х, — Черкизовский — был столицей контрафакта. Больше десяти лет нам СМИ громко сообщали о закрытии «Черкизона», но на самом деле этот рынок никуда не исчез. Он просто провел ребрендинг и переехал на городские окраины, существует в виде агрокластеров и торговых комплексов с официальными сайтами, по которым и не скажешь, что творится на этих площадках. А по сути — тот же контрафакт, антисанитария, торговля за наличку и тому подобные прелести.

В 90-е многие люди просто не держали в голове мысли о том, к примеру, легальные или пиратские кассеты и диски они покупают. Продавцов спрашивали о качестве самой записи — и только.

«Внимание к лицензионным кассетам появилось сперва только благодаря красивой упаковке с голографией. До сих пор помню, как красиво была оформлена кассета с фильмом "Годзилла", например. А потом они вошли в оборот в видеопрокатах», — говорит москвичка Светлана Медведева, которая прежде очень любила ездить на главный пиратский рынок «Горбушкин двор», или «Горбушку».

А в наши дни главными факторами, играющими на руку контрафакту, стали падение доходов населения и рост цен. Так, по данным совместного исследования страховой компании «Росгосстрах жизнь» и научно-технического центра «Перспектива», проведенного в июне 2020 года, у 45 процентов россиян доход составлял менее 15 000 рублей.

Фото: Claro Cortes IV / Reuters

По словам первого вице-президента международной ассоциации «Антиконтрафакт» Байсолта Хамзатова, между доходами населения и объемом нелегального оборота товаров есть прямая взаимосвязь.

В пример он привел ситуацию на российском табачном рынке.

«С новой ставкой акциза и средней ценой за легальную пачку около 140 рублей прибыльность контрафакта только растет, — отметил Хамзатов. — По подсчетам экспертов, если курильщик тратит больше 10 процентов своего бюджета на сигареты, он уже начинает задумываться о переходе на более дешевые, а значит, нелегальные аналоги. При сегодняшних ценах в группе риска находятся те, кто зарабатывает около 40 тысяч рублей в месяц. Для них стоимость легальных сигарет уже является неподъемной. Можно даже сказать, что нелегальное предложение не поспевает за спросом на контрафакт».

Контрафакт и ОПГ

В середине 90-х, по словам Алексея Лютых, который в ту пору работал в налоговой полиции, всюду были ларьки, торговавшие спиртным и сигаретами без каких-либо акцизов. Он с коллегами закрывал и опечатывал такие точки вместе с товаром до тех пор, пока коммерсанты не купят в налоговой инспекции акцизные марки.

В этих рейдах самым сложным было прорваться в ларек, который в эпоху массовых уличных грабежей часто представлял собой укрепленную крепость с окошком-бойницей, а потом отыскать истинного хозяина товара.

Москва. 1 февраля 1999 года. Прилавок с нелегальной видеопродукцией на рынке у станции метро «Багратионовская»

Москва. 1 февраля 1999 года. Прилавок с нелегальной видеопродукцией на рынке у станции метро «Багратионовская»

Фото: Ольга Ратькова / ТАСС

«Из кино мы все знаем, что ОПГ связаны с торговлей оружием, наркотиками, нелегальными казино, организацией проституции и так далее, но в ту пору я и мои коллеги провели анализ, который показал, что основную прибыль им приносило непосредственное руководство или крышевание оборота контрафакта», — отметил собеседник «Ленты.ру».

Под контрафактом бывший налоговый полицейский подразумевает все разновидности нелегальной продукции: нерастаможенный импорт, товары из подпольных производств, пиратские кассеты и диски, товар без акцизов или с поддельными акцизами.

С течением времени менялись масштабы происходившего, но суть остается прежней: за контрафактом стоит организованный криминал, имеющий «крышу» среди чиновников.

Об этом, в частности, говорит Байсолт Хамзатов. Изменилось только то, что за прошедшие десятилетия сформировалась и международная преступная кооперация в этой сфере.

«Есть государства, где производят контрафакт, есть государства, через которые проходит транзит, и государства, где реализуется тот или иной вид продукции. Преступники имеют возможность лоббировать свои интересы, устанавливая прочные связи с коррумпированными чиновниками», — объясняет он.

Ущерб в деньгах и судьбах

Участники нелегального оборота товаров заботятся только о своей прибыли, нисколько не переживая о последствиях своего вмешательства в рынок. Это создает большие проблемы для легального бизнеса, развивающегося с помощью инвестиций, на которые за рубежом, к примеру, можно рассчитывать лишь при наличии программы устойчивого развития, в том числе, по направлению защиты окружающей среды и повышения качества жизни людей в районах, где находятся производства. В этих условиях крупный бизнес сам начинает бороться с подделками, причем не только своей продукции.

Так, для Группы компаний «БАТ» деятельность против нелегального оборота товаров уже стала не просто защитой собственной доли рынка, но и частью социальной политики, утверждает финансовый директор региона Россия, Центральная Азия и Беларусь Елена Романюк.

«Для устойчивого развития мы стремимся вносить позитивный вклад в общество. Создание цивилизованного рынка потребительских товаров — один из приоритетов нашей деятельности. Нелегальная торговля — это угроза здоровью и благополучию граждан, а также урон российской экономике», — отмечает представитель «БАТ».

Рабочие уничтожают контрафактную продукцию в Калининграде

Рабочие уничтожают контрафактную продукцию в Калининграде

Фото: Игорь Зарембо / РИА Новости

Страдают и люди, которые непосредственно занимаются креативом: дизайнеры, шьющие новые линейки одежды, а также инженеры и программисты, создающие новые гаджеты, без которых люди уже не представляют свою жизнь.

Вместо вложений в дальнейшее развитие последним приходится тратить все больше сил и средств на судебные споры. Законодательство не успевает за нелегалами, а правоохранительные органы часто не уделяют должного внимания преступлениям в сфере контрафакта, считая их недостаточно тяжкими. Легальный бизнес берет борьбу с подделками в свои руки.

«Например, компания Harman отчитывалась о том, что только за 2020 год в России ее партнеры выявили 1567 нарушений в офлайн-среде и подали рекордное количество судебных исков — 1380, 914 из них уже удовлетворены в пользу правообладателя, — рассказывает Хамзатов. — Кроме того, совместно с правоохранительными органами они заблокировали более 28 000 страниц на досках объявлений и в социальных сетях, а также 170 сайтов, торговавших подделками на 53 миллиона рублей».

Еще одно отличие нынешней ситуации от той, что была в 90-е, кроется в изощренных попытках сделать подделки похожими на оригинал и продать их по той же цене.

В случае с табаком, запчастями для автомобилей, продуктами питания и парфюмерией — это уже может быть опасным для жизни покупателей.

Подделки выявляют даже среди запчастей к самолетам, порой тогда, когда уже происходит поломка или катастрофа. Так было в 2005-м после катастрофы в Баку с АН-140 — тогда погибли 23 человека, в 2003-м аварийную посадку совершил Ту-134 в Ростове-на-Дону, к счастью, никто не погиб. Из последних примеров, которые раскрывает Росавиация, — падение вертолета Ми-8 в ноябре 2018 года в Тверской области (один человек погиб, трое получили ранения).

Доля поддельных автокомпонентов традиционно оценивается примерно в 20-30 процентов всего рынка, объем недополученных доходов бюджета эксперты «ТИАР-Центра» оценивают более чем в 24 миллиарда рублей. Причем отличить подделку, которая может стоить жизни, бывает сложно не только автолюбителю, но и профессионалу. Из данных ВОЗ следует, что ежегодно по всему миру из-за поддельных запчастей получают травмы 1,5 миллиона человек, погибают — более 36 тысяч. В этих условиях автопроизводители вынуждены внедрять собственные системы контроля подлинности комплектующих.

«Для борьбы с подделками Hyundai ввела собственную маркировку, каждый клиент может пройти онлайн-проверку на официальном сайте производителя и убедиться в подлинности», — отмечает собеседник «Ленты.ру».

Большой бизнес уже давно обеспокоен развитием ситуации с нелегальной торговлей. В «БАТ» уверены — для дальнейшего развития бизнес-среды и экономики в целом необходим цивилизованный рынок потребительских товаров, прозрачные и понятные условия для всех участников.

«Согласно нашей глобальной стратегии A Better Tomorrow главная цель Группы «БАТ» — создать лучшее будущее для всего общества. Конечно, в таком будущем нелегальный рынок и все связанные с ним негативные явления — как организованная преступность, теневой оборот наличных, рабский и детский труд, некачественные и опасные товары — должны исчезнуть. Нелегальная торговля в любых ее проявлениях для нас неприемлема, и мы выступаем за нулевую терпимость к контрафакту и контрабанде в обществе», — с оптимизмом отмечает Елена Романюк.

Но пока «серый» рынок — это явление, с которым транснациональные корпорации сталкиваются во всех регионах присутствия.

Говоря, примеру, о табачной отрасли: ежегодно в мире продается около 400 миллиардов нелегальных сигарет, а государственные бюджеты недополучают около 50 миллиардов долларов США налогов. А до конца 2021 года при сохранении прежнего уровня нелегальных сигарет в России государство недополучит более 100 миллиардов рублей налогов.

В целом же оборот непродовольственной контрафактной продукции, по данным «ТИАР-Центра» за 2019 год, достиг в стране 5,2 триллиона рублей, а потери бюджета только от неуплаченного НДС составили 533 миллиарда.

Толерантность к подделкам

Продажа пиратских кассет и дисков, как известно, велась в Москве долгое время совершенно открыто. Бороться с этим в 90-х пытались единицы, в том числе, подразделение, которым командовал Лютых.

«Приехали на "Речной вокзал", сгребли несколько таких палаток и увезли все в отдел. Так следом приехал человек, который открыто представился нам смотрящим за рынком от Коптевской ОПГ», – вспоминает офицер.

Этот человек, по словам собеседника «Ленты.ру», был искренне возмущен тем, что сделали налоговики: «Ведь это не водка, наркота или оружие? Чего вы прицепились?» – спрашивал этот смотрящий.

Фото: Андрей Никеричев / АГН «Москва »

Даже сегодня достаточно много россиян лояльно относятся к покупке контрафактных товаров. Можно сказать, что нелегалы ведут успешную пиар-стратегию, убеждая потребителя, что покупать подделки выгодно со всех сторон — так получается не только сэкономить, но и не дать получить сверхприбыль «жадным» корпорациям, да и качество у таких «копий» может быть ничуть не хуже оригиналов. В реальности маржа нелегалов на доверчивых потребителях может достигать десятков, а порой и сотен процентов.

«Производители подделок экономят на всем: на сырье, материалах, рабочей силе, оборудовании —поэтому и себестоимость готового товара получается минимальная. Соблюдение качества продукции и даже ее безопасности отходит при этом на второй план, — отмечает Елена Романюк из «БАТ». — Мы не знаем, из чего и в каких условиях производятся такие товары, насколько они опасны для потребителя. Вопросы есть и к тому, как они попадают в страну, ведь речь часто идет о контрабанде и незаконном ввозе. Подделки прячут в обшивку автомобилей, в других грузах, в вагонах с удобрениями или углем».

Эксперты добавляют, что производство контрафакта часто связано с рабским детским трудом и коррупцией, а вырученные средства уходят в «серую» зону и идут на финансирование наркоторговли, продажи оружия и даже терроризма. Потребители, покупающие дешевые копии, конечно, об этом не задумываются.

Копии, реплики и прочие сказки

Налоговая полиция прекратила свое существование в 2003 году. Борьбой с контрафактом на том или ином уровне продолжают заниматься другие ведомства, в частности, подразделения по борьбе с экономической преступностью МВД и ФСБ.

Объемы этого теневого рынка в нулевые годы сжимались под напором легального рынка. Да и сама торговля принимала все более цивилизованный вид, смещаясь с улиц в крупные торгово-развлекательные центры.

Одновременно росла покупательская способность, стремление людей брать более качественное, а значит, и дорогое. Следуя за этим трендом сетевые магазины одежды, продуктов питания и крупные гипермаркеты стали внимательнее относиться к соблюдению авторских прав, контролировать поставщиков.

Фото: Erik De Castro / Reuters

Однако полностью контрафакт победить оказалось невозможно. Торговцы «серым» товаром обосновались на маленьких прилавках-островках торговых центров.

Но эта скромность не должна вводить в заблуждение. Так, опубликованное в конце 2019 года исследование показало, что годовой оборот нелегального товара на этих островках превысил отметку в 25 миллиардов рублей.

Показательной можно назвать ситуацию в сегменте продажи товаров люксовых брендов. По состоянию на 2019 год, оборот подделок там составил более 280 миллиардов рублей — на 30 миллиардов превысил продажи легальных вещей.

Эксперты, которые обнародовали эти цифры, считают, что в условиях падения доходов продажи нелегального люкса будут расти и дальше.

В этой сфере отношение покупателей к контрафакту максимально лояльное. Даже сами подделки тут принято называть более мягким словом — «реплика». Продавцы контрафакта в Instagram и других соцсетях часто не пытаются выдать вещи за настоящие и рекламируют «неавторизованные оригиналы», якобы их покупают и звезды, которые не хотят переплачивать. А известные магазины и сами не гнушаются торговать подделками, опять же, по словам «серых» продавцов.

Более того, опрошенные экспертами люди всерьез полагают, что товары, называемые «копиями» и «репликами», ничем не уступают оригинальным по качеству и законности.

Важность формулировок имеет значение и при выборе интернет-магазина. Так, для 63 процентов клиентов важно, чтобы в доменном имени сайта присутствовало название бренда. Этого для них бывает достаточно, чтобы считать найденный ресурс официальным.

Фото: Общественное движение Антидилер

В числе стран, которые сильнее прочих страдают от подделки известных брендов, — Франция. В Париже с 1951 года работает целый музей контрафакта. В нем выставлены как наиболее распространенные, так и редкие образцы подделок: часы Cartier, духи Chanel, чемоданы Louis Vuitton и так далее.

На экспозиции сделан акцент на деталях, которые могут позволить отличить оригинальную вещь. К примеру, в случае с футболками Lacoste размеры указываются только цифрами, соответственно, увидев на ярлычке указание XL или M, можно понять, что это подделка.

Горячая антиконтрафактная линия

Выше уже упоминалось, как производители пытаются бороться с контрафактом сами. Так, Группа компаний «БАТ» поддержала инициативу Международной ассоциации «Антиконтрафакт» в создании горячей линии, единого сервиса для обращений граждан по вопросам любой поддельной продукции.

«Можно не только оставить жалобу на конкретную торговую точку, но и получить консультацию специалистов, как убедиться в легальности товара, как выбрать качественный продукт и не попасться на обман, — продолжает Романюк. — Одних действий государства и бизнеса недостаточно, именно поддержка гражданского общества может стать переломным фактором в борьбе с нелегальным рынком».

Екатеринбург. Сотрудник Верх-Исетского таможенного поста Екатеринбургской таможни считывает код маркировки на импортируемой обуви. С 1 июля 2020 года в России началась обязательная маркировка импортной обуви, программа проводится с целью борьбы с контрафактной и некачественной продукцией.

Екатеринбург. Сотрудник Верх-Исетского таможенного поста Екатеринбургской таможни считывает код маркировки на импортируемой обуви. С 1 июля 2020 года в России началась обязательная маркировка импортной обуви, программа проводится с целью борьбы с контрафактной и некачественной продукцией. . Фото: Донат Сорокин / ТАСС

Горячая линия получила поддержку и со стороны государства, в лице Минпромторга и Государственной комиссии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции. Однако о каких-то заметных позитивных сдвигах с момента ее запуска пока говорить рано.

«Нужно менять и отношение потребителей к контрафакту, в то время как в условиях кризиса и сокращения доходов покупатели все чаще обращаются к нелегальной продукции в попытке сэкономить, — замечает вице-президент ассоциации «Антиконтрафакт» Байсолт Хамзатов. — Даже сегодня потребителю нужно рассказывать, почему контрафакт опасен, как отличить подделку и куда обратиться, если купил совсем не тот товар, на который рассчитывал. По нашей задумке линия должна стать тем окном, где можно не только оставить жалобу на торгующий контрафактом магазин, но и получить исчерпывающую консультацию».

Фото: Общественное движение Антидилер

Создатели горячей линии и те, кто ее поддерживает, уверены, что в борьбе с подделками большое значение имеют новые цифровые метки и другие высокие технологии. Но и роль принципиальных сотрудников правопорядка и общественный контроль, основой которого может стать изменение в психологии покупателей, трудно переоценить.

«Психологические аспекты покупок брендовых вещей кроются в подтверждении своего статуса в обществе: материального достатка и принадлежности к определенному кругу людей, — говорит психолог Вероника Крапухина. — Однако немногим жизнь дает шанс оказаться в привилегированном классе».

По словам Крапухиной, при низкой самооценке, отсутствии самопонимания и страхе принять себя таким, как есть, многие находят компенсацию в покупке неоригинальной одежды и аксессуаров. А в некоторых случаях предпочтение подделкам отдается по причине того, что человек просто хочет сэкономить.

Представители крупного бизнеса полагают, что в их силах информировать граждан о проблеме, негативных последствиях приобретения нелегальных товаров для здоровья, благополучия граждан и экономики в целом. И таким образом изменить лояльное отношение к проблеме в обществе.

«При тесном сотрудничестве всех заинтересованных сторон, при поддержке бизнес-сообщества, а также российских граждан рынок потребительских товаров станет прозрачнее, а бизнес и экономика России более устойчивыми», — резюмирует Елена Романюк из «БАТ».

Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.